Чтение онлайн

Цаген готов уступить мне место, я уже говорил с ним об этом. Все зависит теперь от вашего согласия.

А почему вы так хотите быть среди тех, кто первыми ступят на Кварту?

Северсон склонил голову:

Боюсь за Алену. Вы ведь знаете, я и она...

Так вон оно что! Может, ревнуете? Не доверяете своим коллегам? Или думаете, что Алена – слабая женщина, которая нуждается в том, чтобы рядом с ней был рыцарь? Так их будет целых пять... Я понимаю, вы хотите все время быть вместе. Я не против. Но поймите – мы не на прогулке. Завоевывая неведомые дали Вселенной, без дисциплины мы бы быстро потерпели поражение. Как бывший солдат, вы это должны знать лучше, чем я. «Красивым личиком сыт не будешь!» – говорили наши предки... – улыбнулся Нав – ратил, взглянув на сокрушенное лицо Северсона. – Но все-таки под моей грубой блузой бьется доброе сердце, так что попробуем уговорить Цагена. Если он действительно уступит место в «Стреле», полетите с нами.

Цаген охотно отдал Северсону снаряжение и личные запасы продовольствия. Счастливые избранники направились к «Стреле». Вслед им звучали пожелания:

Счастливой дороги!

Сердечный привет квартянам! – До скорого свидания!

Люк герметично закрылся. Несколько человек быстро отделили «Стрелу» от исполинского «Луча».

Атомные реакторы ждали только сигнала, чтобы освободить невероятную энергию для реактивных двигателей.

Вперед! – приказал Навратил.

Ракетоплан выскользнул из объятий «Луча» и устремился вниз, к огромному живому глобусу.

Через два часа он уже плыл на высоте ста двадцати километров над поверхностью Кварты.

Сперва осмотрим всю планету, – сказал Навратил Краусу. – Киносъемка нам очень поможет при составлении карты, и к тому же так легче будет найти подходящее место для посадки ракетоплана.

Главный пилот молча кивнул головой в знак согласия.

Далеко внизу быстро чередовались суша и море. На горизонте, в багрово сияющей атмосфере, висело самое большое солнце – желтая Центавра А; позже всплыла чуть меньшая, оранжевая Центавра Б. Самая маленькая из дружной троицы – кроваво-багряная Проксима – появилась уже при полете над противоположным полушарием.

Сомневаюсь, что квартянам известны санки и лыжи, – пошутил Краус.

Я тоже так думаю, – согласился Мадараш. – Кажется, здесь снегом не разживешься. А может, сейчас на всей планете знойное лето? Попробуй-ка угадать, когда еще не знаешь этих трех странных солнц!

Взгляните, – Краус указал пальцем вниз. – Видите вон тот широкий пролив между двумя массивами суши? Идеальное место для посадки. Как вы думаете, капитан?

Возможно, – тряхнул головой академик. – Но кто даст гарантию, что именно там мы не разобьемся о дно? Безусловно, стоит все осмотреть с близкого расстояния.

Так, может, спустимся еще ниже? – спросил Краус.

Да, снижайтесь до двух тысяч метров...

* * * «Луч» тем временем установил постоянную скорость в восемь километров в секунду. Такая скорость была необходима кораблю для того, чтобы превратиться в искусственный спутник Кварты.

У аппаратов остались только дежурные, а остальные астронавты собрались у телевизоров и напряженно следили за передачей со «Стрелы».

Воздух, кроме азота, содержит еще и гелий, но вполне пригоден для дыхания! – сообщает Свозилова. – Давление на высоте тысячи метров над поверхностью – ноль целых восемь десятых атмосферы. Это значит, что внизу мы сможем свободно обходиться без скафандров...

Чудесно! – воскликнул Вроцлавский, придвигаясь ближе к телевизору. – Итак...

Он не успел закончить фразу: раздался такой удар, что весь корабль содрогнулся. Все повылетали из кресел. Через мгновение центробежная сила показала, что «Луч» приобрел вращательное движение.

Первым опомнился Чан-су. Он с трудом добрался до видеофона и нажал на кнопку общего вызова. Лампочка не загорелась.

Напряжения нет! – воскликнул он. – Тревога номер один! «Луч» поврежден!

Все моментально надели скафандры. По аварийному расписанию каждый помчался на свой участок: Вроцлавский – в кабину управления, Чан-су – на электростанцию, остальные к складам ядерного горючего и кислородным камерам.

Распахнув стальные двери атомной электростанции, Чан-су застыл в изумлении на пороге: сквозь огромный рваный проем в стене на него смотрело звездное небо. От аппаратуры остались одни обломки.

Старательно закрыв за собой герметичные двери, чтобы из звездолета не выходил воздух, Чан-су бросился в главную кабину.

Там его ждали неутешительные новости:

Приборы не работают...

Склады горючего и продуктов уничтожены... Уничтожены оба вспомогательных ракетоплана...

Скорость «Луча» от удара снизилась...

Чан-су распоряжался четко и энергично:

Включите резервные газовые ракеты и выровняйте звездолет... Проверьте аккумуляторы... Как кислородные камеры?

Там все в порядке. Аккумуляторы целы, – ответил Вроцлавский.

Чан-су включил резервный передатчик и сел к микрофону:

Алло! Алло!.. «Стрела», «Стрела»!.. Говорит «Луч»... Корабль сильно поврежден. Причин пока не знаем. Видимо, метеорит... Уничтожена атомная электростанция, а также оба нижних склада...

В тот миг, когда Навратил услышал этот отчаянный призыв, поплавки «Стрелы» коснулись поверхности моря.

Перед астронавтами открылся новый, доселе невиданный мир.

Глава III

Под тремя солнцами

У аппарата – Навратил. Вы слышите меня?

Я – «Луч». У аппарата Чан-су. Слышим вас хорошо... Орбиту звездолета мы уже выровняли, так что теперь опасность разрушения не грозит. Мы все здоровы.

У нас также все в порядке. «Стрела» совершила посадку на поверхность моря без приключений. Сейчас плывем к континенту. Погода стоит чудесная. В небе светят два солнца, а с берега дует слабый ветерок... Выяснили, что повреждено на «Луче»?

Всех повреждений еще не знаем, но и без того ясно: ударом метеорита корабль разрушен так, что о длительном путешествии в межзвездном пространстве не может быть и речи.

Академик Навратил побледнел:

Это значит... Это значит, что мы здесь пленники надолго... Робинзоны в чужой звездной системе...

К сожалению, да, – отозвался Чан-су. – Но у нас еще остаются два вспомогательных ракетоплана: «Стрела» и «Ласточка». Они, конечно, не могут преодолеть колоссальное расстояние между Альфой Центавра и нашим Солнцем, зато дадут нам возможность передвигаться между планетами системы...

Повисла пауза. И когда она уже начала становиться гнетущей, вдруг вспыхнул экран монитора в кабине «Стрелы», и на нем появилось лицо Молодиновой:

Я – «Ласточка»... Что случилось, Навратил? Мы вызываем вас уже три часа!.. Только что облетели вокруг Квинты. Нашли на ней только самые простейшие формы жизни. Слишком разреженная атмосфера непригодна для дыхания человека. На освещенной стороне планеты очень высокая температура, а на ночной стороне сильные морозы. Итак, Квинта не населена... Какова жизнь на Кварте? Есть ли там люди?