Под маской любви
Шрифт:
Внезапно послышался звон, не слишком громкий, но достаточно ясный, чтобы Лапка встревоженно подняла голову. Кассандра обернулась к окну, выходившему на церковную ограду.
Звон раздался снова, за ним послышался неприятный скрежет, словно кто-то точил о камень нож. Кассандра вылезла из-под одеяла и заторопилась к окну. Вслед за ней на пол соскочила и кошка.
Дождь закончился. Луна едва пробивалась сквозь густые облака, но и в таком тусклом свете можно было разглядеть кованую кладбищенскую ограду. Прямоугольники склепов торчали из высокой травы, словно зубы.
Кассандра поежилась. Вид кладбища никак не изменился, но отчего же оно кажется ей таким жутким? Должно быть, потому, что теперь там лежала Ливиана.
Вновь послышался скрежет, будто кто-то пытался сдвинуть тяжелое надгробие. А что, если несчастная Ливиана хочет покинуть свое последнее пристанище?
Кассандра отошла от окна. Она слышала немало историй о погребенных заживо, о призраках и встающих из гроба вампирах. Однако несколько лет, которые она провела в этом соседстве, ей ни разу не довелось столкнуться с чем-то подобным. Скорее всего, этот шум производили бродячие кошки, которыми кишел Сан-Доменико.
И все же на сердце у нее было неспокойно, Кассандра чувствовала, что этой ночью ей уже вряд ли удастся заснуть. А что, если спуститься вниз? Прежде бессонными ночами она нередко ходила на кладбище, а теперь сможет еще раз попрощаться с покойной подругой.
Приоткрыв дверь спальни, Кассандра прислушалась. В старом дворце царила тишина. Девушка накинула поверх пеньюара длинный бархатный плащ, отороченный мехом, Лапка же потянулась, широко зевнула, свернулась клубком и вновь погрузилась в сон, положив голову на туфельку хозяйки.
Кассандра взяла тетрадь в кожаном переплете, чернильницу и свое любимое перо. По ночам ей писалось лучше всего. Засунув дневник в карман плаща, она на цыпочках спустилась вниз. Жестяной фонарь и трутница ждали на столике у парадного входа. Прихватив их, девушка выскользнула во двор, затворила тяжелую дверь и зажгла огонь.
Резкий ночной ветер трепал волосы Кассандры, бросал их на лицо. Кровь билась в висках, словно морской прибой о линию берега. Посещения кладбища всегда настраивали Кассандру на меланхоличный лад и одновременно каким-то непостижимым образом действовали на нее возбуждающе! Именно здесь она чувствовала себя по-настоящему живой. Как ни странно, для этого ей требовалось оказаться в обществе мертвецов. Агнесса считала подобные места неподходящими для благовоспитанной девицы даже при свете дня, и от этого прогулки по кладбищу становились для Кассандры еще увлекательнее.
Прежде так и было. Но сегодня ей всюду мерещились призраки. Она задержалась у ограды и оглянулась на часовню старого. Нет, дело надо было довести до конца. Все дело в бедняжке Ливиане и сегодняшних похоронах. Вот почему ей так зябко и тревожно этой ночью.
Железные ворота с тоскливым скрипом раскачивались на ветру. Без сомнения, этот скрип и напугал Кассандру. Миновав ограду, девушка повернула налево, к фамильному склепу, где вот уже много веков находили последний приют предки Ливианы. Влажная земля хлюпала под ногами, заросли высокой травы загадочно белели в полумраке.
Раздался треск, словно кто-то наступил на сухую ветку. Кассандра резко обернулась, скользя глазами по проступавшим в темноте силуэтам надгробий. В кустах словно мелькнул чей-то плащ.
Или ей почудилось? Кассандра не могла сказать наверняка. Кому могло прийти в голову разгуливать по кладбищу в столь поздний час? Девушка осторожно оглядывалась по сторонам. Ночь изменила вид памятников, преломив их тени под причудливым углом. Ангел над входом в склеп напоминал не воина Света, а хищную птицу, изготовившуюся схватить добычу. Над головой Кассандры сгустками тьмы на кожистых крыльях повисли летучие мыши.
Кассандра содрогнулась: как же она ненавидела этих тварей. Летучие мыши растворились в темноте, но ей казалось, что они дразнят ее, что они затаились и ждут момента, чтобы напасть, как вампиры.
Кассандра поспешила отогнать эту мысль. Мадалена обожала истории о вампирах, что ночами подстерегают добычу на берегах Большого канала, но подруга смеялась над ее страхами. Впрочем, теперь они не казались Кассандре такими уж нелепыми.
Пламя в фонаре заколыхалось, и Кассандра вдруг поняла, что у нее трясутся руки. Она глубоко вздохнула, стараясь унять дрожь и успокоить сердце. Казалось, что до ворот было невообразимо далеко. Она отступила на несколько шагов и едва удержалась на ногах, зацепившись юбкой за высокую кладбищенскую траву. Кассандра замерла и медленно обернулась. Что за нелепица! Она ведь никогда не боялась кладбищ.
В кустах пели цикады, листья громко шелестели. Приближаясь к фамильному склепу Ливианы, Кассандра касалась рукой надгробных камней — ощущение шероховатой поверхности возвращало ей чувство реальности.
И тут Кассандра замерла. В нескольких ярдах от нее простер широкие крылья ангел из серого камня. Но не это напугал девушку. Посереди серой громады усыпальницы зиял черный прямоугольник: дверь в крипту была открыта.
Этого не могло быть. Пантеоны всегда надежно запирали. Должны запирать, по крайней мере. Кассандра начала пробираться между могилами, чтобы подойти поближе. А что, если все это ей померещилось? Нет. В стене и вправду зиял открытый дверной проем. Сломанный замок валялся тут же, в траве. Кассандра застыла в двух шагах от склепа, раздираемая желанием захлопнуть дверь и броситься наутек и любопытством, призывавшим заглянуть внутрь.
Ей ни разу не приходилось бывать в крипте.
В это мгновение вновь раздался скрежет, и Кассандра отпрянула назад, чудом не уронив фонарь. Еще немного, и призрак схватит ее, утащит с собой в могилу!
Скрежет все не умолкал, будто ногти покойника царапали надгробную плиту. Кассандра сжала кулаки так сильно, что ее собственные ногти впились в ладони. Звук преследовал ее. Скрежещущий. Настойчивый. Кто-то отчаянно рвался на свободу.
Неужели Ливиану похоронили живой? Сестра Сиены Феличиана как-то рассказала своей госпоже о погребенной заживо даме из Падуи. Алчный кладбищенский сторож пробрался в склеп, чтобы поживиться драгоценностями усопшей. Снять перстни с окоченевших рук оказалось не так-то просто, и вор решил отрезать покойнице пальцы, но едва он сделал первый надрез, как покойница с пронзительным криком подскочила в гробу.
Возможно, Ливиана на самом деле не умерла. Возможно, доктора ошиблись. А что, если бедняжка очнулась в склепе и теперь, дрожа от страха, тщетно пытается выбраться на волю? Крышка гроба тяжела, затворы крепки. Несчастной девушке не спастись без посторонней помощи.
Сердце Кассандры трепетало от страха, но она заставила себя распахнуть дверь склепа и просунуть внутрь фонарь. Каменное ложе Ливианы, украшенное голубками и ангелами, было установлено в центре крипты на каменном постаменте, по стенам до самого верха располагались гробницы с прахом ее предков. Крышка гробницы Ливианы была сдвинута. Совсем чуть-чуть. Кассандра вытянула руку, державшую фонарь, стараясь получше осветить тесное помещение… И увидела здоровенную бурую крысу, прошмыгнувшую прямо у нее под ногами.
Кассандра с визгом отскочила назад. Крыса исчезла во мраке, оставив в пыли змеистый след голого хвоста. Девушка прислонилась к стене, стараясь отдышаться.
Призраки. Погребенные заживо. Какая чушь! Лука всегда говорил, что кузина читает слишком много страшных историй. Конечно, он прав.
Кассандра повернулась, чтобы уйти, но замешкалась на пороге. Плиту надо было вернуть на место, чтобы вечный сон подруги никто не тревожил.
Поставив фонарь на землю, девушка обеими руками взялась за тяжелую крышку и тут же остановилась. Осуществить задуманное ей помешало кощунственное любопытство, неодолимое желание еще один — последний — раз посмотреть на Ливиану. Кассандра с трудом отодвинула плиту и заглянула в гроб. В этот момент луна, сбросив облачную вуаль, проникла в склеп и ярко осветила покойницу. Кассандра склонилась над ней, ожидая увидеть знакомое лицо, обрамленное золотыми кудрями.