Подружка Мелинои
Шрифт:
– Доброе оружие!
Наблюдавшая за стрельбой Кэй закусила губу. Захар спустился в каюту, зарядил ракетницу и сунул ее за пояс. Распотрошив коробки, он рассовал по карманам боезапас, не обращая внимания на цвета. На глазах девушки навернулись слезы: ей было жалко ребят на пристани. Этот дикарь начнет палить во всех, кого сочтет помехой своему бегству. Плевать ему на человеческие жизни. Кэй представила вдруг, как горящие ракеты вонзаются в людей, из глаз ее покатились слезы.
– Не смей стрелять в моих друзей! Ты… животное!
Она даже не заметила, что громко кричит. Захар же хмыкнул, вытер ладонью кровь со лба и показал Кэй.
– Видишь? Ай, девонька, если б я умер, когда башкой-то приложился, ты б и слезинки не проронила. А ведь дело-то мое правое – домой пробираюсь. Ну а ты льешь слезы по тем, кто живой и невредимый. Грешно.
– Мы тебя и так отправляем домой! Домой, понимаешь?! Мало того, если ты не попадешь туда, к себе, вовремя – произойдет катастрофа. И не будет ни тебя, ни меня, никого! Там туннель такой специальный, колодец…
– Вы меня, лешака, убьете, в колодец пихнете – и вся недолга, – перебил ее Захар, по-своему воспринимая слова. – Вы тут загорать будете, я червячков кормить у тракта. Нет, мы сделаем вот как: ты пойдешь со мной, и дружок твой, что там будет встречать, пойдет, если жить захочет.
И Захар указал пальцем на торчащую за поясом ракетницу.
– О боже! – простонала Кэй и закрыла лицо руками.
Не получалось ей переубедить этого питекантропа. Не слышит же ничего, дурень чертов. Точнее, слышит только то, что хочет. И самое страшное, что он сейчас важнейший человек на всей Земле. Его даже пальцем нельзя трогать.
– А если… э-э-э… Гостя не отправить? В теоретическом курсе нам, конечно, давали общие, так сказать, понятия. Но ведь первые Гости – их-то не отправляли. Не было полигонов, расчетов, и никакой катастрофы не произошло.
– Сергей, когда появился первый Гость, я другими делами занимался. Да и когда проводили сам Эксперимент, я не очень-то следил за новостями. У меня на то были веские причины… личного характера. В общем, масса ушла к Центавру – вот все, что мне было известно. Как и что там с первыми Гостями – не следил, извини. Меня привлекли к работе много позже, после взрывов в районе Тунгуски. К тому времени уже и вход в Кызылкумах рассчитали, и полигоны построили.
– Да, я читал. И еще тогда определили, что если не отправить Гостя обратно, будет катастрофа.
– Не то чтобы… С организацией отправки уже при мне заканчивали. А до этого стали появляться точечные пробои т-поля. Они ветвились и множились, как молнии от генератора Тесла. Били наугад, непредсказуемо. В разных местах выбивало разновеликие куски и вышвыривало в тайгу, в то самое место, где сейчас полигон. Взрывы, шум… Забором тогда все обнесли, чтоб людей не нервировать. Если хочешь, залезь в архив, поройся в файлах.
– Хотел, но они под грифом «Для служебного пользования», – вздохнул парень. – Меня не пустили.
– Прости, забыл, – виновато улыбнулся Виктор. – Так-то в файлах множество разнообразных наблюдений и остроумных теорий. Читается как фантастический роман. Потом я попробую тебе допуск организовать, а пока опишу вкратце. В общем, эти разрывы-разряды никто, кроме автоматических регистраторов, естественно, не видел. Сперва что-то происходило в необитаемых районах, в океанах и морях. Приборов не много было в те времена, да и всплески списывали на ошибки техники. Подобные всплески случалось и раньше из-за несовершенства детекторов. Наверное, так бы и продолжалось, но под удары стали попадать сооружения и машины. В том числе и планеры, что заставило забить тревогу диспетчерскую систему. Количество катастроф росло, но до поры все случаи получали правдоподобные объяснения. Говорили про разные флуктуации и почтенный возраст машин. Всякое придумывали. Потом, когда число аварий сильно превысило среднестатистическое, причем настолько, что не хватало объяснений, в тайге нашли людей. Точнее – безжизненные тела. Информация о них не значилась ни в одной базе, а одеты они были так, словно собрались играть в исторических фильмах. Причем вся одежда – подлинная. Тогда и догадались, что с приборами-то полный порядок, и принялись фиксировать эти самые разрывы. Потом наделали регистраторов, а всех темпорологов мобилизовали следить и предсказывать места, где произойдет убыль массы. Да только толку мало вышло из этого. Единственное, что удавалось выяснить, – что не такой уж разброс случайный. Ну и что выбиваемая т-полем масса вещества растет. И сильнее всего в определенных местах.
– Дальше я помню, – перебил Виктора практикант. – Рассчитали координаты, стали отслеживать. Сперва никто не понимал, что за место, ну а потом обнаружили связь между Гостем и затуханием бури в т-поле. И так далее. Я зачет сдавал по поиску.
– Успешно? – с улыбкой поинтересовался Виктор.
– Ну, как сказать… – замялся Сергей. – В общем-то, да.
– А дальше что было – расскажешь?
– Да, конечно! – закивал практикант. – Обнаружилась связь и зависимость. Провели наблюдения и на их основе сделали вывод о связи между Гостем и воронкой т-поля. Я на экзамене вычерчивал линии и…
– А теперь я тебе поведаю, как все было на самом деле, – прервал рассказ парня Виктор. – К месту будущего полигона первой прибыла группа быстрого реагирования ОЗ. Знаешь такую организацию?
– Угу.
– Ребята провели обследование местечка, обнаружили воронку, которая напрочь отказывалась принимать зонды. Точнее, она их как бы выплевывала обратно. Тогда в управлении решили… – Виктор с трудом проглотил комок, – …решили отдать Времени то, что ему принадлежит. То есть, тех людей, которых выдернуло из разных эпох и мест. Собрали Гостей, их тогда уже было одиннадцать человек…
– Сволочи… – с ненавистью в голосе проговорил Сергей.
– Не стоит их осуждать, – тяжело вздохнул Виктор. – Они искали способ спасти Землю.
– Все равно – так нельзя!
– Так вот, – проигнорировав последнюю реплику, продолжил Виктор. – Каждого Гостя подводили к воронке. А когда одного из них она забрала – т-поле угомонилось. В результате измерений появились кое-какие данные, обнаружились зависимости. В общем, когда начался новый всплеск, то бээровцы уже везли к воронке следующую кандидатуру на отправку. Вот так… гм… конвейер и наладили.
– Какие же гады эти вояки из ОЗ! – угрюмо проговорил Сергей.
– Дружище, как бы я хотел, чтобы тебе никогда не пришлось решать, кому жить, а кому нет, – тихо сказал Виктор. – Это по-настоящему страшно, я помню…
– Н-да, спасатели… А зачем скрывали все так долго тогда? Ведь многих катастроф удалось бы избежать, знай люди об опасности.
– Сергей, ты должен понимать, что некоторые вещи большинству людей очень трудно объяснить. Если человек не видит опасности, он может и не поверить в ее существование. И своим скепсисом помешать работать тем, кто занимается предотвращением возможной катастрофы. Но может и поверить, что опасность существует. При этом он будет абсолютно уверен, что машины и знания человечества в состоянии его защитить. И это тоже опасно. Если вдруг окажется, что на самом деле все не так, – произойдет беда. Люди могут превратиться в толпу, а толпа – страшный зверь.
– Но цивилизация… – начал было Сергей.
– Цивилизация – фиговый листок, темпоролог, – жестко прервал его Виктор. – Я знаю об этом не понаслышке. Когда рухнет привычный мир, люди достаточно быстро вернутся к своим базовым инстинктам. Цивилизованность будет облетать, как шелуха. Так было и так будет.
– Мы – другие!
– Я тоже так думаю, коллега, но история утверждает обратное. Уж поверь, мне необходимо было ее знать по роду деятельности. Сейчас – да, каждый по отдельности готов даже умереть, вызволяя тебя из опасности. Но едва общество в целом столкнется с глобальной проблемой, и ты уже не сможешь узнать многих своих друзей. И вовсе не потому, что они стали плохими. Они подчиняются все той же воле большинства. Толпа тебя растопчет, если ты перед ней встанешь. Толпа, состоящая из твоих же друзей. Просто прими это к сведению, и когда все бегут, то не стой на пути – отойди в сторону.