Чтение онлайн

Раньше я часто приходил на одно и то же место в парке около пруда, которое был укрыто от случайных глаз, но в тоже время находилось почти у всех на виду. И вот как обычно я пролезаю сквозь ветки деревьев и вижу, что мое излюбленное место занято. Там сидит какой-то мальчик, хуже того, этот мальчик плачет.

В любом другом месте я, возможно, не стал бы интересоваться у него что случилось, а предпочел бы остаться в стороне. Однако это было мое место, а значит – я чувствовал свою причастность к тому, что здесь происходит.

– Почему ты плачешь? – спрашиваю я мальчика, присаживаясь рядом с ним.

– Уходи, оставь меня в покое, – злится сквозь слезы мальчик, даже не взглянув на меня.

– Я не могу уйти, поскольку это мое место, – спокойно отвечаю я.

Здесь пришло время мальчику удивленно посмотреть на меня.

– Простите, я принял вас за другого… – извиняется он.

– И ты меня прости за то, что потревожил, – отвечаю я. – Просто это мое место для раздумий и здесь обычно никого не бывает, а тут…

– Я не знаю, зачем сюда забрался, – говорит мальчик, вытирая слезы, – просто я хотел побыть один.

– Именно за этим я обычно сюда и прихожу, – улыбаюсь я. – Почему ты плачешь?

– Плачу… потому, что я… потому что я другой, – неразборчиво бормочет мальчик и снова начинает плакать…

– Почему ты другой? – удивляюсь я, – У тебя вроде все на месте – две руки, две ноги. Может, ты болен или с родителями что-то не так?

– С родителями, да, – отвечает мальчик. – Почти у всех ребят в моем классе есть смартфон, а дома у них стоят компьютеры… а у меня, у меня нет ничего. Потому что мои родители не могут себе этого позволить…

– Поверь, это не те вещи, о которых следует печалиться, – отвечаю я после небольшой паузы. Мня очень удивила названная мальчиком причина. «Другой»… это страшно, но я понимаю, почему так произошло.

– Да как же не плакать! – почти кричит мальчик, – Они дразнят меня! А когда не дразнят, то обсуждают игры… а я… ничего не могу об этом сказать. Лучше бы я не рождался.

Категоричность суждений молодого человека меня напугала. Неужели с такими проблемами сталкиваются многие дети?

Мы разговаривали еще полчаса, прежде чем я решился сделать свое предложение.

– Необеспеченность еще долго будет преследовать тебя, – отвечаю я мальчику. – Но сейчас я в состоянии тебе помочь. Держи.

Я вынимаю из сумки конверт, в который упакованы iPhone и зарядное устройство, и протягиваю его мальчику. Он непонимающе смотрит на конверт.

– Там лежит то, что по твоему мнению играет такую существенную роль. Практически новый iPhone. Он не принадлежит мне, но он и не краденный – так что пользуйся, я дарю его тебе.

Мальчик еще несколько минут непонимающе хлопает глазами, потом неуверенно открывает конверт (тот не запечатан) и достает оттуда вожделенный девайс.

– Спасибо, – с сияющими глазами говорит мне ребенок. – А тебе он не нужен? У тебя еще есть?

– У меня нет другого такого, более того, я никогда раньше ничем подобным не пользовался, – качаю головой я. – Я не платил за него, но он не краденый – это подарок. Но тебе он нужнее… Бери.

Мы обменялись телефонами, и я попросил мальчика написать мне, если ему снова будет тяжело…

Через 5 минут я отправил СМС «Твой подарок уже пристроен. Есть человек, которому он нужнее». Я ожидал вопросов, но в ответ незамедлительно пришло сообщение: «Молодец!!!».

Как же я жалею, что поступил тогда именно так! Благими намереньями вымощена дорога в Ад…

Этот мальчик не был «Другим» в том значении, какое я придаю этому слову. У многих молодых людей в основном в силу финансовых причин еще нет смартфонов. Но ключевой фактор принадлежности к поколению iP – это само желание принадлежать к нему.

Я уже перестал удивляться, когда на собеседованиях задают вопрос о том, в каких социальных сетях я зарегистрирован и сколько у меня там друзей. Вполне разумным также представляется и то, что после собеседования они заглянут на мои странички в социальных сетях, чтобы дополнить свое представление обо мне. Интернет перестал быть игрой понарошку – теперь ставки стали реальными. Ты не можешь отказаться от аккаунта, иначе тебя сочтут подозрительным. Еще могут вспомнить Брейвика и американского Джокера, у которых не было персональных станиц в социальных сетях. Ты не можешь создать мертвую страницу, поскольку это тоже вызовет подозрения. Уход за своим виртуальным «Я» более не является чем-то добровольным, теперь это составная часть твоего успеха. Выбери правильную аватарку, заведи нужное количество друзей, не выкладывай компрометирующие тебя фотографии, не ставь глупых статусов, не пиши «привет, как дела?» и т. д. – запретов появилось действительно много.

– Вы зарегистрированы в социальных сетях? – спрашивает рекрутер.

– Да, Вконтакте, Facebook, Twitter, – отвечаю я.

– И сколько у Вас в среднем там друзей, – без интереса спрашивает интервьюер.

– Вдвое больше, чем у Вас, – отвечаю я.

Лицо рекрутера меняется. Он не может понять, откуда я его знаю.

– Откуда Вы знаете, сколько у меня друзей? – удивляется, наконец, он.

– Я нашел ваш профиль, пока ждал своей очереди – отвечаю я. – У Вас на столе табличка с именем.

– Понятно, – кивает он. – Продолжим… хм… Прорекламируйте мне эту бутылку воды.

Он резко толкает в меня бутылку воды, которая стояла рядом с ним.

– Лучше бы спросили, почему люки круглые, – отвечаю я. Этот вопрос знают все рекрутеры, поскольку он из разряда «е2-е4».

– Вы что, не хотите получить эту работу? – поднимает брови интервьюер.