Чтение онлайн

Нахмурившись, Летиция кивнула.

– Типичный брак Вариси.

Минерва склонила голову.

– Я не смогла бы этого сделать. Даже того, как влюбилась в него, знала, что не в состоянии оставаться в стороне, зная, что он, не любя меня, ложиться в отдельную кровать, а потом и в чужую. Я бы увяла, сошла с ума, как Каро Лэмб.

По их лицам она поняла, что они понимают ее.

– Так что же случилось прошлой ночью? – спросила Клэрис.

Еще раз вздохнула.

– Прошлой ночью Ройс поклялся, что если я соглашусь стать его герцогиней, он останется верен мне.

На несколько минут воцарилась тишина.

Наконец, Пенни сказала:

– Я понимаю, как это…все меняет.

Клэрис поморщилась.

– Если бы мы сейчас говорили не о Ройсе, я спросила бы, поверила ли ты ему.

Летиция фыркнула.

– Если он говорит, а уж тем более клянется в этом, то так оно и будет.

Минерва кивнула.

– Именно так. На первый взгляд это должно меня убедить с легкостью принять его предложение, но мне удалось заставить его дать мне время подумать. Будучи уверен в себе, он, убирая одну проблему, тут же создает другую.

Сжав спинку дивана, Минерва сосредоточилась на чайном подносе, стоящем на столе.

– Ройс обещал, что никогда не станет лгать мне, и я принимаю это. Убеждает, что будет заботиться, и это я тоже признаю. Но что случится, если мы поженимся, пройдет несколько лет, а он больше не будет приближаться к моей кровати, - подняв голову, она посмотрела сначала на Клэрис, потом на Пенни и, наконец, на Летицию. – Как я буду чувствовать себя потом? Зная, что он больше не хочет меня, но из-за своего обета, просто… - она махнула рукой. – Существует. Воздерживается. Единственный из мужчин.

Они не спешили успокаивать ее.

Наконец, вздохнув, Летиция сказала:

– Безрадостные мысли.

Клэрис поморщилась. Пенни тоже.

– Если бы он любил меня, - сказала Минерва, - то эта проблема не существовала бы. Но он был предельно честен со мной, и я не могу его винить в этом. Он пообещал мне все, что в его силах дать мне, но не обещал любовь. Он не смог. Ройс признался, что не знает, в его ли силах пообещать это.

Клэрис хмыкнула.

– Ничего в этом странного нет, они никогда не знают.

– Что заставляет меня задать следующий вопрос, - повернувшись, Летиция посмотрела на нее, - ты уверена, что он не влюблен в тебя, но просто об этом не знает?

Пенни подалась вперед.

– Если ты никогда не влюблялся раньше…ты уверена, чтобы он смог бы это понять?

Минерва некоторое время помолчала.

– Кое-кто недавно сказал мне, что любовь подобна болезни, и самый простой способ узнать ее, это искать симптомы.

– Отличный совет, - подтвердила Клэрис.

Пенни кивнула.

– Любовь заставляет нас делать вещи, которые мы обычно никогда не делаем.

– Она заставляет нас рисковать, тогда как обычно мы этого не делаем, - Летиция посмотрела на Минерва. – Так как ты думаешь? Может ли Ройс любить тебя, но не знать об этом?

Некоторые поступки, слова, небольшие откровения – все мелочи, которые удивили ее, пронеслись в голове. Слова Хэмиша повторяли ее мысли, которые она обдумывала до этого. Что на земле может оказаться настолько сильным, чтобы заставить его порвать с давней традицией и активно добиваться другого брака? Брака, в котором, если она правильно поняла его, может прийти любовь?

– Да, - она медленно кивнула. – Может.

Если она решит стать герцогиней Ройса, с момента, как она скажет «да», назад пути не будет.

Гонг на обед прервал их разговор; ни Ройс, ни Джек Уорнфлит не появились, но все остальные гости делали невозможным продолжить их разговор.

Большую часть обеда Минерва мысленно припоминала симптомы Ройса, но ни по отдельности, ни в совокупности, они не были убедительными.

На выходе из столовой ее поджидал Ретфорд; остальные гости направились дальше, пока она обсуждала с дворецким некоторые вопросы. Поговорив с Ретфордом, Минерва неожиданно для себя спросила о Треворе.

Судьба благоволила ей, и она нашла его в прачечной, где он гладил галстуки хозяина. Когда Минерва вошла в комнату, он быстро поставил утюг и обернулся.

– Нет, нет, - она махнула рукой. – Не обращайте на меня внимание.

Нерешительно Тревор взял утюг с подставки.

– Могу ли я вам чем-нибудь помочь, мисс?

Это в высшей степени неловкий вопрос, но Минерва должна спросить, должна знать. Глубоко вздохнув, спросила:

– Тревор, вы служите его светлости уже несколько лет, не так ли?

– Семнадцать лет, мисс.

– Именно так. Хорошо. Возможно, вам известно, есть ли в поведении его светлости по отношению ко мне что-то, что отличается от его общения в прошлом с другими дамами?

Вопрос повис в воздухе. Тревор, посмотрев на нее, удивленно моргнул.

Смущение затопило девушку; она поспешила добавить:

– Конечно, я пойму, если долг по отношению к его светлости не позволит вам ответить.

– Нет, нет. Я отвечу, - черты лица Тревора смягчились. – Мой ответ, мисс, заключается в том, что я действительно не могу сказать вам ничего по этому поводу.

– О! – она поникла; вся собранная смелость оказалась зря.

Но Тревор не закончил.

– Мне не было известно о каких-либо дамах. Герцог никогда ни одну женщину не приводил к себе домой.

– Он никогда не делал этого?

Сосредоточив все свое внимание на белье, которое складывал, Тревор покачал головой.

– Никогда. Это его главное правило. Всегда только их кровать.

Посмотрев на камердинера, Минерва кивнула и отвернулась.

– Спасибо, Тревор.

– Рад был помочь, мисс.

– Хорошо! Это обнадеживает, - устроившись на одном из диванов, Клэрис посмотрела на нее. – Особенно, учитывая тот факт, что он настаивал на том, чтобы ты спала в его кровати, а не в своей.

Летиция и Пенни, сидящие на другом диване, кивнули в знак согласия.

– Да, но, - ответила Минерва, - кто может гарантировать, что это не потому, что он пытается убедить меня стать его герцогиней. Ройс принял решение жениться на мне до того, как соблазнил меня, так что вполне в его характере настаивать на его кровати. Таким образом, он пытается показать, что уже считает меня своей женой.