Чтение онлайн

На военном совете было решено отложить активные действия до местного утра, когда операторы соберут достаточно информации об объекте. Мы не опасались нападения, ведь за ситуацией следил линкор на орбите.

Утро на этой планете наступало дважды. Сначала восходила яркая звезда, светившая подобно пяти Венерам на земном небосклоне — это была компаньонка основного Солнца, которое лишь через полчаса лениво поднималось из-за вершин, одаряя высокогорье каким-то безжизненным, чуждым человеческому восприятию светом. Рассвет наступил в пять часов вечера по земному. К этому времени выяснилось, что база надежно экранирована — на галофоне возникла трехмерная проекция, напоминавшая гипсовый слепок муравьиных ходов. Но о внутренности этого муравейника, о его энергетическом потенциале и обитателях не было сведений. Правда, в силовом поле была брешь диаметром около сантиметра — там наружу выходили кабели для сбора информации о внешнем мире — но мы не сомневались, что эта слабинка компенсируется мощной системой обороны в данном месте.

— Подозреваю, что если бы мы даже телепортировали через эту лазейку ядерный заряд, они все равно смогут уберечься, — высказал свою точку зрения Скорпион.

А один из операторов, присоединенный к компьютеру, тут же добавил:

— Судя по объему сооружения, энергии на поддержание силового поля хватит едва ли на три дня. Потом мы можем попытаться взять их штурмом.

— Отлично! — Скорпион включил селектор внешней связи и принялся орать в рассветную тишину, что мы, дескать, никуда не торопимся, что за нами весь флот, и что лучше сдаться по-хорошему. Ответа вновь не последовало.

— Теперь надо держать ухо востро. — Впервые за все время я решил вмешаться в ход событий. — У меня такое ощущение, что они пойдут на прорыв.

Скорпион кивнул, и вслед за ним кивнули операторы.

Ровно через час земля во мгновение ока вздыбилась перед нами. Бетонный купол разлетелся на куски к чертовой матери, засыпав одну самоходку. В небо рванулся эсминец, сотрясая грохотом окрестные скалы, обрушив на нас шквал немного хаотичного, но достаточно эффективного огня, не давая нам подняться с грунта. Мы вынуждены были включить защиту. Тут же связавшись с линкором на орбите, Скорпион попросил не упускать из виду. корабль беглецов, но и не ввязываться в бой.

— Срочно подъем! — крикнул один из операторов, и только мы набрали высоту, как по горному лугу, будто по шкуре гигантского зверя, пробежала дрожь. Порода осела, образовав воронку. Столбики мини-смерчей закружились по склону, и кое-где из-под земли вырвались наружу струи пара и проблески огня.

— Взорвали... — констатировал Скорпион обиженным голосом.

— Взорвали, но не все. — Один из мальчишек ткнул пальцем в монитор. — Уничтожена глубинная часть базы, наверное непосредственно исследовательский центр. А вот этот коридор, или, вернее, тоннель, уходящий на километр ниже по склону, жилая зона, судя по всему, пострадал мало.

И когда мы снова опустились на обезображенную взрывом поверхность, оператор воскликнул:

— Да там есть кто-то живой!

Действительно, под нами, на глубине в тридцать метров, сканер показывал слабое излучение человеческого организма. Попросив оператора тщательно идентифицировать объект, я стал внимательно наблюдать, как Скорпион отдает указания, стремясь как можно быстрее добраться до жилого отсека. Командор предложил телепортировать куски породы, так как было рискованно проводить взрывные работы, а бурить было нечем. На телепортацию, конечно, пойдет уйма энергии, так что нам придется оставить здесь и транспортник с экипажем, и перевозимые им самоходки дожидаться, пока реактор не наберет утерянную мощность. Вот оператор тронул меня за руку, дав понять, что анализ окончен:

— Это существо похоже на человека и на мальчика для битья, но точно не кибер.

Мне становилось интересно:

— А оно вооружено?

— Особой активности не замечаю.

"И то хорошо", — подумал я. Тут и Скорпион, наконец, доШел до бетонных стен тоннеля, прорезав в породе шахту диаметром не более метра. Он тут же занялся формированием штурмового отряда, а я как бы в оцепенении следил за его действиями, ощущая растущее внутри меня знакомое чувство, которое люди называют интуицией или прозрением. Неожиданно для окружающих я вскочил и сказал громко и властно:

— В тоннель иду я один! Там ждут меня! Вы слышите — только меня!

Все замерли, а затем Скорпион тихо продублировал:

— Фобос идет один. Не мешать ему. — И он приблизился ко мне, и он зашептал мне на ухо. — Что? Опять тебя пробрало?

Я не ответил — мое состояние было настолько очевидным, что слова казались лишними.

— Не знаю, что ждет тебя там, но лучше было бы его сразу уничтожить, — уже более громко сказал мне вослед Скорпион, изобразив, как надо давить блоху двумя ногтями.

Перегородка, за которой открылся хорошо освещенный, обитый зеленым искусственным ворсом коридор, оказалась незаблокированной и легко поддалась моему плечу. Я ступил в жилую зону, и тут мне снова показалось, что я знаю, куда идти, будто мне приходилось бывать здесь не однажды. Не тратя времени на разглядывание интерьера, я почти побежал вплоть до той двери, возле которой ноги мои ощутили слабость, и только маленькая доза стимулятора вернула мне бодрость и ясность мысли. Немного подождав, убеждаясь, что со мной все в порядке, я вскинул бластер, выстрелил в замок и вломился в каюту, готовый увидеть нечто чудовищное.

Она сидела на разбросанной кровати, обреченная и напуганная. Поджав под себя ноги и целиком закутавшись в белую пуховую шаль, она прижимала изображением к груди какую-то карточку. Но она не плакала, она просто заворожено смотрела на меня своими удивительными, серо-зелеными глазами. И я тоже будто окаменел, разглядывая эти белые, отдающие фантастическим перламутровым блеском, волосы, это бледное, без малейшего изъяна лицо. Тут мне подумалось, что передо мной пластиковая имитация — не бывает столь идеальной кожи — но едва я протянул руку, чтобы коснуться этого прелестного существа грубой поверхностью перчатки скафандра (хотя это было бессмысленным порывом, ведь я все равно не смог бы ничего ощутить сквозь броню), как она закричала так громко и безысходно, что в приступе паники мною был нажат курок парализатора, тело ее дернулось и осело на мягкое ложе. Здесь только я осознал, что громадных размеров шаль является ее единственным одеянием. Фантазия моя заиграла, и, потянув за краешек накидки, я полностью обнажил ее. Она была развита как четырнадцатилетняя девочка — возраст, способный довести до безумия любого мужчину. Это неповторимое сочетание развитых женских органов и, несомненно, детские пропорции тела издавна были объектом вожделения многих, в том числе и командора Фобоса. Если бы на мне не было скафандра, то я бы уже овладел ею. Почти безумие поразило меня. Я готов был разодрать на себе металл и броситься на это притягательное тело. Даже отец Фабиан не выдержал такого искушения. И руки мои начали лихорадочно работать, последовательно отключая системы скафандра и стягивая амуницию, как вдруг, будто удар током, пронзили мой мозг слова оператора, сказанные незадолго до того, как я оказался в тоннеле: "Это существо похоже на человека..." "Она дитя дьявола! Беги! Перед тобой отпрыск сатаны!" — завопила во мне личность кардинала, но я не поддался вопящему священнику, а заставил себя приблизиться к распростертому без сознания телу, дабы внимательно осмотреть его.

Я нашел это под правой грудью, напоминавшей розовый бутончик, — контакты для шины компьютера. "Зачем им это?" — стучалось в моих висках. Машинально в ту секунду я повернул изображением вверх карточку, которую она выронила, лишившись чувств. На меня уставился самодовольный, не молодой уже мужичок неприятной внешности. Он был воплощением несуразности — большие оттопыренные уши и маленький подбородок; толстые губы и маленький носик. Весь его вид говорил о страдающей плоти, но в то же время глаза светились интеллектом, мощным и, как мне показалось, злобным. В это мгновение новая догадка пробрала меня до рецидива дрожи в коленках, и скафандр не мог уже укрепить мое ослабевшее тело, ибо я в первом порыве страсти отключил сервисные системы. Лишь через пару минут мне удалось овладеть собой и восстановить боеспособность своей скорлупы. Обругав себя как только можно, я нарочито грубо взял ее на руки, укутав в шаль с головы до ног наподобие мумии. Затем, немного подумав, я взял с собой фотографию мужичка, вспомнив, как она прижимала ее к груди. "Все просто, — бормотал я на обратной дороге, — все слишком просто. Есть мальчики для битья. А теперь, значит, есть девочки для наслаждений".

Свою добычу я не показал никому. Хотя на канонерке многие, и в том числе Скорпион, видели, как я пронес в свою каюту завернутое в ткань тело, никто даже не стал спрашивать у меня о произошедшем. Несмотря на замашки Казановы, Скорпион умел быть разумным человеком и предпочел не конфликтовать со мной. Однако я подозревал, что мой товарищ втайне проклинает меня, поскольку поведение Скорпиона стало сугубо официальным. Он, конечно, ревновал и думал, что я хочу овладеть находкой единолично, воспользовавшись своим служебным положением. Положа руку на сердце, Скорпион был недалек от истины, но я уже ничего не мог с собой поделать. Дабы не терзать далее душу своего товарища, я приказал выйти на орбиту и причалить к линкору, где обосновался со своим трофеем в подготовленной специально для меня каюте.