Портрет Дориана Грея
Шрифт:
— Я ненавижу конторы, я терпеть не могу чинуш, — отвечал Джеймс. — Я сделал свой выбор. Я об одном прошу. Берегите Сибилу, мать, вы должны ее защищать.
— Джеймс, как странно ты говоришь… Ну конечно, я буду следить за Сибилой.
— Я слышал, какой-то молодой человек повадился каждый вечер в театр и ходит потом за кулисы с нею повидаться. Что вы на это скажете?
Миссис Вэйн тотчас уверила Джеймса, что этот молодой человек безупречный джентльмен.
— Он всегда так учтив со мной, — сказала она, — и на вид такой богатый, образованный…
«Присматривайте за Сибилой!»
— Вы даже имени его не знаете, оборвал ее Джеймс.
— Ну и что? — возразила она с самым безмятежным выражением на лице. — Он покуда не открыл своего настоящего имени. Небось, из аристократов. И если он богатый, — лукаво продолжала миссис Вэйн, — не пойму, что тут плохого для Сибилы.
Джеймс Вэйн прикусил губу.
— Берегите Сибилу, мать, — повторил он. — Очень вас прошу — берегите ее.
— Ты меня обижаешь, сынок. Уж я ли не приглядываю за Сибилой. Если он богатый и знатный, так отчего бы им не обвенчаться. Он с виду такой аристократ…
Может, Сибила найдет свое счастье. Они будут такой чудной парой. Он красавец собой, просто загляденье. Все говорят.
Джеймс что-то пробормотал себе под нос и забарабанил пальцами по стеклу. Он повернулся, хотел что-то сказать, но тут дверь открылась и вбежала Сибила.
— Какие вы оба серьезные! — вскрикнула она. — Что случилось?
«Какие вы оба серьезные!»
— Ничего, — пробормотал Джеймс. — Не вечно же веселиться. Прощайте, мамаша. Я пообедаю в пять часов. Вещи у меня уже сложены.
— Пойдем, Сибила, — обернулся он к сестре, — погуляем немного.
Они вышли в мерцающий, ветреный солнечный день и пошли по мерзкой Юстон-роуд. Прохожие оборачивались на странную пару: мрачный грубый парень и тоненькая изящная девушка.
Сама Сибила и не догадывалась о производимом ею впечатлении. Она улыбалась, думая о своем Прекрасном Принце, о том, как она по нему соскучилась. Джеймс тоже думал о ее поклоннике.
— У тебя, говорят, новый друг завелся? Кто таков? Почему ни слова брату не сказала? Ох, как бы зла от него не было! — буркнул Джеймс.
— Не надо, Джим! — крикнула она. — Не смей так про него говорить! Я его люблю!
— А сама даже имени его не знаешь! — отвечал брат. — Да кто он такой? Я имею право знать!
«Ты даже имени его не знаешь!»
— Его зовут Прекрасный Принц. Тебе не нравится такое имя? Ах, если бы ты только его увидел, — сказала Сибила, — ты понял бы, что это самый лучший человек на свете. Вот вернешься из Австралии и познакомишься с ним. Знаешь что? Приходи сегодня в театр. Он там будет.
— Лучше бы ты его остерегалась, — снова проворчал Джеймс. — Если только твой Прекрасный Принц тебя обидит, клянусь, я его убью! — взревел он наконец.
«Клянусь, я его убью!»
Глава 6. Лорд Генри и Бэзил обсуждают помолвку
«Дориан Грей помолвлен!»
— Полагаю, ты слышал новость, Бэзил? — спросил лорд Генри в тот же вечер. Бэзила ввели в отдельный кабинет Бристоля, где они собирались ужинать.
— Нет, Гарри, — сказал художник, отдавая плащ и шляпу кланяющемуся слуге. — А что случилось?
— Дориан Грей намерен жениться, — сказал лорд Генри, внимательно изучая выражение лица своего друга.
Бэзил вздрогнул, потом нахмурился:
— Дориан помолвлен! — воскликнул он. — Быть того не может!
— Это однако же правда, — сказал лорд Генри.
— Кто она? — нетерпеливо спросил Бэзил.
— Какая-то безвестная актриса, — был ответ.
— Не могу поверить! — сказал Бэзил. — Он же разумный малый!
— Дориан так умен, что не может время от времени не совершать глупостей, — объявил лорд Генри.
— Женитьба не совсем такой шаг, какой можно делать время от времени, — напомнил Бэзил своему другу.
— Я не сказал, что он женится. Я сказал, что он помолвлен. Тут есть некоторая разница, — ответил лорд Генри со своей особенной тонкой улыбкой.
— Но вспомни о происхождении Дориана, его богатстве и положении в обществе! — воскликнул Бэзил. — Как может он жениться на девушке не своего круга!
— Если ты непременно хочешь, чтобы Дориан вступил в этот брак, повтори ему свои слова. Тогда он уж точно на ней женится.
«Жениться на девушке не своего круга!»
— Я надеюсь, что она хорошая девушка, Гарри, — вздохнул Бэзил.
— Она больше, чем хорошая, она красивая, — пробормотал лорд Генри, потягивая вино из бокала.
— Пусть она хоть раскрасавица, Гарри, но мне не хотелось бы видеть Дориана рядом с дурной женщиной, — твердо сказал Бэзил.
— Вот сегодня сам и посмотришь. Мы увидим ее в театре. Дориан сейчас присоединится к нам, а потом поведет в театр.
— И ты это одобряешь, Гарри? — спросил художник, кусая губы и нервно меряя шагами кабинет. — Наверно, всё вместе — глупое детское увлечение.
— Я с некоторых пор ничего не одобряю и не осуждаю, — заметил лорд Генри. — Это уж самому Дориану решать.
И тут появился Дориан. Он сбросил вечерний плащ и обоим друзьям пожал руки.
Весь розовый от возбуждения.
— Гарри, Бэзил, поздравьте меня. Никогда я не был так счастлив, — Дориан, порозовевший от возбуждения и радости, был сейчас необыкновенно хорош собой.
— Надеюсь, ты будешь счастлив всегда, — сказал Бэзил. — Но как ты решился так скоропалительно сделать предложение этой юной особе?
Дориан рассказал друзьям, что случилось это накануне вечером.
— После того как я с вами расстался, Гарри, я переоделся, поужинал в итальянском ресторане на Руперт-стрит и пошел в театр. Сибила играла и была великолепна. Она родилась актрисой. Я сидел в жалкой ложе и не помнил себя от восторга. Я забыл, что я в Лондоне, что сейчас девятнадцатый век…