Последний день может стать первым
Шрифт:
– За “клыком” направо.
– Ясно.
Стылый ветер чуть притих, перейдя с оглушающего грохота на ровное завывание, похожее на голос какого-то чудовищного животного, угол ливня поменялся, и я смог отдышаться… Просветлело… Перевел дух и убрал со лба вымокшие волосы – с них стекают потоки воды, заливают глаза.
– D40, за этим зданием направо!
Как его Крыс назвал? “Клык”, кажется. Действительно, похоже. От этого узкого серого лезвия осталось не больше шестидесяти этажей – практически все панели разбиты, и над землей вздымается только пустой остов со сколом наверху. Это очень старое административное здание – Расчетное управление Шаттенберга. Сейчас трудно представить эту башню в первоначальном виде, когда она блекло отражала небо в сером монолите… Теперь в ее останках ветер воет особенно тоскливо. А вот и он – ударил с новой силой, дождь ливанул в лицо… Я согнулся и опустил голову так низко, как только смог.
– Крыс, далеко еще?..
– Близко. В конце улицы вход.
Дождь затихает – тяжелый непроницаемый поток сменился острыми редкими струями, стало потише. Ветер опять присмирел… Обманный маневр! Ударил с такой силой, что мне пришлось ухватиться за обломок столба – сразу признал в нем одинокий тонкий шпиль “клыка”. Сорвавшись с вершины, он врезался в землю прямо посреди дороги – памятник погибшему городу… Даже “защитник” опустился на колени, чтобы удержать равновесие. Я изо всех сил обхватил столб одной рукой, а другой вцепился в шерсть Крыса – главное не раздавить его ненароком. Его, по-моему, это уже не волнует – дрожит мелкой дрожью. Обломок шпиля рассекает ветер – свист, вой, грохот… Здания рушатся! Черт! Отрываюсь от столба, чтобы осмотреться… Ничего. Это где-то дальше… Ветер бьет в лицо с такой силой, что невозможно вдохнуть. От напряжения руки начало сводить судорогой – очень сложно ухватившись за столб держать крысу и излучатель и еще закрывать лицо от ветра, чтобы не задохнуться. “Защитник” такие вещи переносит куда как легче… Какого хрена я сюда поперся!? Судорога дернула руку – это уже серьезно…
– Крыс, держись! Я отпускаю! Сейчас тебя за ворот посажу…
Боль ужасная!.. Черт! Сползаю на колени… По лицу течет вода – ничего не вижу! Крыс-передатчик сейчас улетит вслед за сорванными панелями, которые ураган в щепки разбивает о стены зданий. Пальцы совсем не слушаются… Главное – столб не отпускать!.. Есть! Крыс схвачен!.. Теперь…
Нет! Вдох! Вода заполняет легкие… Только не сейчас! Кашляю… Рука не слушается… Крыс зажат в кулаке – стараюсь ребра ему не сломать… Суставы заклинивает, каждое движение – боль. Запихиваю Крыса за ворот шинели. Получилось… Жив он еще? Дорого нам ужин в компании первого поколения обойдется. Задерживаю дыхание – ветер бьет в лицо, с волос стекают потоки воды… Я могу не дышать минут десять, а без сознания и дольше, главное – не захлебнуться.
– Я тебя держу, S9.
Отпускаю столб, закрываю лицо… Судорога продолжает ломать руку… Время идет, как в бреду. Рядом упала и раскололась панельная плита – меня обдало мелкими осколками. В небе короткое замыкание – искрит только так… Кажется, что молнии впиваются в землю совсем близко, но это только кажется.
– D40, стихает или я оглох?
– Затишье. Пошли.
– Куда?
Я не ориентируюсь. “Защитник” меня куда-то тащит. Прямо перед глазами разевает пасть дверной проем…
– D40, сюда!
– Нет. Это здание может обвалиться.
Свет фонарей “защитника” пробивает улицу далеко впереди, но я не могу держать глаза открытыми дольше секунды – ветер сушит и жжет их. Очередной порыв сбивает с ног, но “защитник” меня держит, толкает со всех сил в пустой дверной проем… Падаю на сырой пол… На меня скалятся разошедшиеся, отключенные двери – из них рвется ветер… Когда в лицо ударил поток холодного воздуха, дыхание вконец сбилось. Пытаюсь сориентироваться… вот фонарь – пристегнут к портупее, вроде цел…
– Идем, S9. Вставай быстрее.
Фонари “защитника” высвечивают просторный зал – в огромные пустые окна и двери заливается дождевая вода, и лужи расползаются вглубь помещения. Зал совершенно пуст: подъемники стоят – сейчас они неотделимы от пола, скульптуры дезактивированы, лестницы нет…
– Место не самое удачное, но до другого объекта не дойдем. Давай наверх…
“Защитник” открывает дверь на боковую лестницу вручную – я бы ее не открыл без помощи андроида. Это административное здание – тоже какое-то Управление Шаттенберга. Строение довольно новое, должно бы было открыться, когда полетела его система… Но и сбои бывают – без электроники людям тут делать нечего…
Проходим второй этаж… D40 раздвигает дверь… Меня швыряет к стене…
– Закрой!
Я уже не понимаю, за что я держусь – перчатка проскользнула по стене, я обхватил поручни лестницы обеими руками… Ветер завихряется вокруг меня, бьет со всех сторон. От здания здесь остался только каркас, а на нем кое-где висят и торчат, как сгнившие зубы какой-то чудовищной твари, обломки панелей. Некоторые половые плиты верхних этажей обрушились под лучами истребителей и образовали подобие шахты, через которую видны остовы каркасов верхних этажей, вокруг все завалено обломками, залито дождем…
– Закрой!
“Защитник” задвигает дверь очень медленно – если он потеряет опору, ветер унесет и его… Бегу вниз, хватаясь за поручни, а ветер бьет мне в спину и, вступив в союз со сквозняками, завихряется вокруг, скручивая полы длинной шинели…
Запись№41 03. 09. 206 год Новой Техно-Эры 20:50
Устроились в самом дальнем углу зала, где нет ни окон, ни дверей. Ветер оглушает, здания рушатся… Как там Крыс? Сердце замерает – если он подохнет, я останусь без передатчика. Да, тогда и в отношениях с крысами могут возникнуть осложнения, хотя они знали, на что идут – крысы настроены вполне героически… Расстегиваю шинель… Что-то шевелится!.. Сажаю мокрого, дрожащего Крыса на плечо.
– Жив?
– Нужно сушиться.
– Ну да. Ветер сейчас воду сгонит. Когда потише будет, пойдем дальше.
Боевая форма придает мне некоторую неуязвимость, но не скажу, что защита предусмотрена ото всех бед, которые могут свалиться на наши головы – замерз я ужасно. А крысам в такой шторм и думать нечего из нор вылезать…
– D40, я не верю, что в бункере 071 нет аппаратуры слежения.
– Я проверил все склады.
– Это входит в стандартную комплектацию.
– Да, и еще много того, чего там нет.
Это я еще перепроверять буду… Боюсь, что D40 до определенного времени нужную информацию мне не предоставит и, мало того, будет скрывать. Сейчас это не столь важно – возможности заменить крыс нет и не предвидится. Но я не собираюсь упускать случай снабдить крыс разведтехникой, чтобы их наблюдения были точнее. Это рискованно – если они обнаружат обычную крысу, то просто не обратят на нее должного внимания, а вот технически оснащенная крыса – это серьезно… Ничего не поделаешь, пока придется полностью довериться этим существам. А там посмотрим…
– D40, что там с Котом?
– Тихо сидит.
– Достань его.
Когда “защитник” извлек Кота из сумки, тот, как труп, повис у него на руке, только глаза широко раскрыты. Я постарался улыбнуться:
– Есть хочешь? У нас привал.
Здесь ветер разбивается о стены и не такой сильный, только иногда особо мощные порывы, врывающиеся в окна, ощутимо ударяют. Я распаковал продукты…
– Ну что? Кот, составишь компанию?
“Защитник” поставил Кота на подгибающиеся лапы… Кот съежился в горбатую запятую, прижал уши, поджал хвост – только шерсть как-то жалко и лишайно ерошится. Я срезал кусок мяса и положил перед ним…