Чтение онлайн

Сама Объединённая оппозиция включала в себя правоцентристскую «Партию гражданских свобод», леворадикальную «Партию демократических преобразований», партию националистов «Обновлённая Русь», и общественно-политическое движение «Неформал».

«Неформал» включал в себя разрозненные политические группы и течения, начиная от группы политически ангажированных экологов «Зелёный лист» и заканчивая многочисленной группой лиц нетрадиционной сексуальной ориентации «Радуга». Управление этой разномастной политической ордой осуществлялось Центральным Комитетом, в состав которого входили по одному представителю от каждой партии, и только общественно-политическое движение «Неформал» представляли два делегата – эколог и лесбиянка.

– А разве нельзя, чтобы эти два течения представлял один человек? – задал вопрос на первом заседании Объединённой оппозиции её новоизбранный председатель Борислав Булычёв. Оказалось, что теоретически возможно, но на текущий политический момент в «Неформале» эколога с нетрадиционной сексуальной ориентацией не нашлось.

Для большей наглядности я составил список ведущих оппозиционеров и партий, от которых они вошли в ЦК. Получился список из шести человек:

1. Борислав Булычёв – председатель ЦК Объединённой оппозиции;

2. Алексей Новак – председатель «Партии гражданских свобод»;

3. Вениамин Кирилленко – первый секретарь «Партии демократических преобразований;

4. Гордон Калита – лидер партии националистов «Русь обновлённая»;

5. Сергей Чистопрудный – представитель экологического крыла «Зелёный лист» ОПД «Неформал»;

6. Эссенция фон Люфт – представитель от группы лиц нетрадиционной сексуальной ориентации «Радуга» ОПД «Неформал».

– Да, компания довольно разношёрстная! – сказал я сам себе. – С такими соратниками и врагов не надо: живьём съедят за милую душу! Интересно, как Булычёв с этим «политически зверинцем» общий язык находит?

Я по своему опыту знал: чтобы понять, кто из них что из себя может представлять, нужно собрать как можно больше информации о каждом. Члены ЦК были людьми сильными, амбициозными, способными открыто бросить вызов обществу и идти против мнения большинства. Теоретически любой из членов ЦК мог тайно или открыто желать занять место председателя. В любом случае подковёрная борьба в ЦК должна иметь место. Мне оставалось выяснить, кто из этой политической дюжины способен ввязаться в открытое противостояние с лидером Объединённой оппозиции, а кто не пожалеет нажитых в нелёгкой политической борьбе кровных сбережений, чтобы нанять снайпера.

Кроме кропотливой работы с архивами, а также с документами, находящимися в свободном доступе, необходимо встретиться с самим «объектом» разработки и попытаться его разговорить, если, конечно, это не противоречит оперативному плану. В моей ситуации личный контакт со всеми членами ЦК был вполне допустим, и я решил под благовидным предлогом по возможности встретиться с каждым.

Первым из списка на открытый контакт пошёл лидер националистов Гордон Калита. Я позвонил ему по телефону, который обнаружил в изданной его партией брошюре «Русь изначальная», и договорился о встрече. Калита не выразил никакого удивления, а только поинтересовался: приехать ему ко мне на Лубянку или я соблаговолю встретиться с ним в его офисе.

– Давайте встретимся на нейтральной территории, – предложил я. – Это удобно для обоих.

Я умышленно не хотел «светиться» в его офисе, так как не знал реального расклада сил и побоялся спугнуть заговорщиков, если таковые имеются.

– Хорошо, – легко согласился он. – Вы знаете, где расположен мой офис?

– Судя по координатам, которые я почерпнул из вашей брошюры, недалеко от метро «Аэропорт».

– Совершенно верно. Так вот, не доезжая на автобусе до офиса одну остановку, увидите кафе «Берёзка». Я там буду Вас ждать в пятнадцать часов. Устраивает?

– Вполне!

– Тогда до встречи.

Ровно в пятнадцать часов я открыл двери кафе с ностальгическим названием «Берёзка» и подошёл к столику, за которым тридцатилетний мужчина в строгом деловом костюме манерно подносил маленькую чашечку с кофе к узкогубому рту.

– Полковник Каледин, – представился я.

– Гордон Калита, – произнёс он, вставая и протягивая руку. – Судя по тому, как Вы безошибочно определили среди посетителей кафе, что Калита – это я, в ФСБ, наверное, обо мне уже собран определённый объём информации?

– Должен Вас разочаровать! С вашим фото я познакомился на сайте вашей же партии. Из этого следует, что Вы не представляете для Федеральной Службы Безопасности никакого интереса.

– Неужели? Тогда чем объяснить нашу с вами встречу?

– Профилактикой. Ваш лидер Борислав Булычёв открыто предложил Президенту конструктивно работать с Объединённой оппозицией. Президент, в свою очередь, хочет знать, с кем ему предстоит иметь дело, и насколько можно каждому из вас доверять.

– Хм, логично. Однако я бы сказал, что вопрос не в том, являемся мы экстремистами или заговорщиками, а насколько мы можем доверять Президенту?

– Вы доверяете своему лидеру?

– Вы о чём?

– О его статье, в заголовке которой он ясно даёт понять, что в нынешней политической ситуации он Президенту не доверяет.

– Чистой воды пиар, хотя, надо отдать ему должное, статья неплохая. Борислав спит и видит себя в президентском кресле, поэтому специально идёт на небольшие обострения с Кремлём. Дескать, посмотрите, какой я политически подкованный и смелый! Это я, Борислав Булычёв, не убоялся подвалов Лубянки и открыто посмел выступить с критикой против существующей власти! Кто я после этого, как не борец с коррумпированными государственными структурами и засильем чиновничьего аппарата! Вот альфа и омега его нашумевшей статьи, да и политической деятельности тоже. А в действительности ему ничто и никто не грозит, и по большому счету он ничем не рискует.

– Чувствуется, что между вами особо тёплых отношений нет.

– Это правда. Мы, оппозиционеры, вынуждены находиться с ним в одной лодке, потому, как Объединённая оппозиция – реальная политическая сила, а поодиночке мы затеряемся и пропадём!

– Если Булычёв выдвинет свою кандидатуру баллотироваться в Президенты, то лично Вы и ваша партия его поддержите?

– Булычёв никогда не станет Президентом. Он очень удобный для Кремля политик – этакий ручной бунтарь, который что-то кричит, против чего-то протестует и даже иногда грозит Владимирскому централу кулачком. Нынешней власти это нравится. «Глядите, – говорит Кремль, – вот она, оппозиция, и все поборники прав человека и политических свобод могут её потрогать и даже пообщаться! Мы никого не преследуем и ничего не запрещаем!»

Для заграничных эмиссаров Булычёв борец, а для меня Борислав политический бездарь, который увлечённо играет роль профессионального оппозиционера, но обречён всегда оставаться на вторых ролях.

– А Вы, разумеется, смогли бы на его месте быть более принципиальным и бескомпромиссным?

– Я этого не говорил, – сухо уточнил Калита и аккуратно поставил кофейную чашечку на блюдце.

– То есть цель критики вашего лидера…

– …Указать ему на его ошибки и недоработки.

– Цель вашей критики, – повторил я, проговаривая каждое слово, – не банальная попытка смены лидера, а всего лишь корректировка существующего курса?