Чтение онлайн

– Нет, Госпожа. Парю.

Нора улыбнулась его спине, так чтобы он не увидел. Если он будет продолжать в том же духе, она наденет на него ошейник еще до завершения ночи, и это будет, пожалуй, худшей идеей за всю историю Преисподней. Она ушла от мужчины, который надел на нее ошейник и привязал к себе. Последнее, чего она хотела - это привязывать кого-то к себе теми же цепями, которых избегала сама.

– Время?

– Двадцать восемь минут, Госпожа.

– О, хорошо. Я становлюсь похотливой.

– Мы оба.

– Правда? Докажи, - сказала она и отстегнула сначала его правое, а затем левое запястья от креста.

Она шагнула назад и ждала, скрестив руки на груди.

Лэнс расстегнул джинсы и спустил их вниз. Стоя в боксерах, он разгладил и сложил свои брюки. Она забрала их у него, и он снял белье. А теперь Нора присвистнула. У мужчины были самые великолепные бедра, которые она когда-либо видела. Твердый изгиб мышц поднимался от колена до его бедра. Сегодня она укусит за эту мышцу и проверит, не сломает ли себе зуб.

– Я могу умереть на твоих квадрицепсах, - сказала она.
– Или между ними. Серьезно, ты, наверное, можешь расколоть ногами кокос?

– Я бы сказал спасибо, но думал, на эту часть тела вы обратите внимание в последнюю очередь, Госпожа, - сказал он с грустной улыбкой.

– Оу , я и эту заметила. Ее сложно не заметить.
– Она подошла ближе и обернула ладонь вокруг его толстой, твердой длины.

Лэнс тяжело выдохнул, когда она погладила его. Вероятно, он хотел, чтобы она сжимала и гладила его сильнее, но вместо этого она едва задевала его кончиками пальцев, касаясь как можно легче. Мышцы его живота сжались.

– Насколько хорош твой контроль?
– Она подразнила головку пальцем и ощутила жидкость на коже, каплю или две. Она растерла ее по головке.

– Достаточно. Прикажете мне не кончать, я не кончу. Хотя неделю или две я не продержусь, или же это произойдет во сне.

– Сколько тебе лет?
– Она провела тыльной стороной ладони по нижней части его члена.

– Тридцать шесть, Госпожа.

– Ты уже играл с Доминой?

– Мои первые отношения были с Доминой.
– Лэнс закрыл глаза, когда она обхватила его яички.

– Правда? Сколько тебе было, когда ты встречался с ней?

Лэнс открыл глаза и улыбнулся ей.

– С восемнадцати до двадцати двух. Во время учебы в колледже.

– Не многие девушки в колледже достаточно сильные, чтобы доминировать над мужчиной. Нужно несколько лет, чтобы понять суть.
– Нора полностью обхватила его длину и потянула.

– Эта девушка была прекрасна, высокая, темноволосая профессор около сорока лет, с извращенным умом и жесткой рукой.

– Трахался с профессором? Обожаю.

Она жестче погладила его, показывая свое одобрение.

– Она трахала меня, Госпожа. Я мог быть внутри нее, но всегда по ее прихоти и приказу.

– Люблю таких девочек. Кто-нибудь еще после нее?
– Она продолжала гладить, проверяя его выносливость, его способность сдерживать оргазм.

– То тут, то там. С тех пор только профессионалы. Никого за последние шесть лет.

– Почему?

Он тяжело выдохнул.

– Женился. Это было плохой идеей.

– Худшее, что я когда-либо слышала. Развелся?

– Да.

– Хорошо. Она не была одной из нас?

– Чтобы вы знали, Госпожа, разговоры о моем браке - лучшее средство, оттягивающее мой оргазм. Если мы будем о нем говорить, гарантирую вам, я не скоро кончу.

Она поняла намек и усмехнулась. Она могла сказать, что эта история была увлекательной, но не хотела давить на него. Он пришел в ее подземелье не для терапевтической сессии. Сегодня в меню были боль и секс. Дерьмо с узнаванием друг друга они оставят на потом.

– Поскольку я хочу, чтобы ты кончил в определенный момент, расспрошу тебя о бывшей жене в другой раз, когда буду в садистском настроении. А сейчас следуй за мной… - Не отпуская его, она шагнула назад и медленно и осторожно повела к обтянутой кожей скамейке для преклонения, не похожей на те, что стоят в храмах.

– Я последую за вами куда угодно, особенно с моим членом в вашей руке.

– Стой здесь. Принесу таймер. Мы же не хотим перестараться с болью и пропустить весь трах.

– Нет, Госпожа, совершенно не хотим.

Она заметила, как он немного растягивает слова, немного Старого Юга под его резким военным тоном.

– Откуда ты?
– Она сняла таймер со стены и протянула ему.

– Ребенок военного. Я отовсюду. Но мама с папой из Миссисипи. Ходил в школу в Бостоне, но думаю, не утратил их акцента.

– Бостон? Ты ходил в Гарвард?

– Массачусетский технологический университет. Закончил службу вневойсковой подготовки офицеров резерва ВМС.

Она закатила глаза.

– Ботаник. А здесь ботаников наказывают.

– А еще я задрот.

– Читаешь?

– Постоянно. Особенно после восстановления от операции. Большие, толстые научно-популярные книги.

– Выпускник МТУ и читаешь? Ох, ты определенно получишь. На колени, книжный червь.

Он сделал, как было приказано, и Нора взяла красный стек, тот самый, со стальным основанием. Она могла бы его использовать как трость и ударить всей длиной. Но это будет слишком просто. Кончик стека был с раздвоенным кусочком кожи, четыре дюйма длиной и напоминал язык змеи. Она все еще не нашла ничего, что могло бы жалить так же сильно, как этот стек.

– Ранее ты выбрал число пятьдесят, поэтому мы используем его двумя способами. Терпишь пятьдесят ударов этой сучки, и я, может, даже позволю тебе дважды кончить сегодня.

– Вы меня балуете, Госпожа.

– Считай.

Она опустила змеиный стек на заднюю сторону его бедра.

– Один.

– Больнее, чем выглядит, верно?

– Блять , да, Госпожа.

– Пожалуйста. Продолжай считать.

К двадцати голос Лэнса начал дрожать. К сорока Нора начала немного жалеть его. Но им осталось только десять ударов. Пятьдесят прозвучало сдавленно, словно ему понадобилась каждая толика энергии и каждая частичка мужской гордости, чтобы произнести цифру.

– Хороший мальчик… - промурлыкала она и провела ладонью по его пылающей коже.
– Очень хороший.

– Спасибо, Госпожа. Я хочу угождать вам.

– Да?

– Да, Госпожа.

– Сколько времени?

– Пять минут.

– Хорошо. В спальню. Быстро. На колени перед кроватью, руки на матрас, глаза закрыть.

Ей не нужно было повторять. Лэнс встал и целенаправленно направился в спальню, пока Нора задержалась в подземелье, собирая некоторые девайсы для бондажа.

Когда она вошла в спальню, то увидела, что он сделал все, как она приказала.