Чтение онлайн

– Брэд что-нибудь видел или слышал?
– поинтересовалась Нора, делая мысленную пометку лично позвонить Брэду Вульфу и узнать больше деталей.

– Non. В это время он был со своим клиентом. И Госпожа Наташа предпочитала работать одна.
– Тон Кингсли был спокойным, но Нора ощутила в его словах горечь. Он был в ярости, когда Госпожа Наташа ушла от него. Ему было почти плевать на 15 процентов, которые он брал с каждой ее сессии. Деньги, который он получал от профи Доминантов и профи-сабов были каплей в море по сравнению с доходами от ночных клубов. Нет, его разозлило то, как Наташа высокомерно отказывалась признать, что то, что она делала, было опасным и требовало внимания охранников Кинсгли.
– Но мистер Вульф всегда проверял ее после каждой сессии. И хорошо, ведь вполне возможно, именно этим он спас ей жизнь.

Тело Симоны сотрясалось от тихих слез. Нора прижала ее ближе, обняла крепче.

– У них есть подозрения, кто мог это сделать? – задала вопрос Нора.
– У нее был календарь встреч или может записная книжка?

– Да, но, как и у тебя, там только инициалы и коды - никаких имен. Нападение могло быть неким актом возмездия. Преступник потратил время, чтобы разрушить ее подземелье и оставил записку.

Нора прищурилась на Кингсли.

– Что было в записке?

Кингсли тяжело вздохнул, его прекрасные брови от беспокойства сошлись на переносице.

– В ней говорилось: «Все шлюхи , как она, умрут».

В комнате раздался коллективный вздох ужаса. Слово «шлюха » забронировано для любителей играть в их мире. Мужчины доминанты могли шептать его своим любовницам на ушко, чтобы подарить ей запретные ощущения, но ни один мужчина не посмеет назвать одну из них шлюхой в качестве оскорбления. Только если этот человек не хотел, чтобы в его дверь постучался Кингсли.

– Угроза могла быть уловкой, - сказал Кингсли.
– Трата времени на такую записку могла быть попыткой скрыть реальный мотив преступления.

– Какой мотив?
– спросила Нора.
– Он похож на психа , а мы анализируем его мотивы?

– Наташа работала одна, - напомнил ей Кинсгли.
– Она хранила у себя много налички. Это могло быть ограбление. Он мог быть и не клиентом, а отверженным ухажером, жаждущим отомстить ей. И да, он запросто мог быть психом , как ты и сказала, который думал, что нанял проститутку, но пришел в ярость, когда выяснилось, что это не так.

Нора не могла с этим поспорить. У нее было несколько клиентов, которые приходили к ней в ожидании секса. Они убедили себя, что правило «Доминатрикс не спать с клиентами» было простым прикрытием от закона. Некоторых мужчин она избавила от иллюзии, что несколько сотен баксов могут ее подкупить. Был только один клиент, с которым она спала, и он стоял в этой комнате.

– И кое-что еще, - добавил Кингсли.
– Никто не может найти ключей Наташи. Если они у нападавшего, тогда у него есть ключи от клуба мистера Вульфа и от нескольких моих.

– Черт, - поморщившись, сказала Нора. Смена замков не рассматривалась. Члены «Восьмого круга» использовали свои ключи для входа и выхода. Кингсли не мог сменить замки, не передав новые ключи почти тысяче людей. И на это уйдет время.
– И что теперь?
– Она задала вопрос, который был на языке каждого в этой комнате.
– Что нам делать?

– Ничего, - ответил Кингсли.
– Rien. Все встречи со всеми клиентами отменяются до тех пор, пока не поймают преступника. Я не могу охранять вас в ваше личное время, но настоятельно рекомендую оставаться с друзьями на данный момент. Безопасность в числе. Не приводите домой того, кого вы еще не знаете и не доверяете. Если услышите что-нибудь, увидите что-нибудь, что вызовет дискомфорт или подозрения, немедленно звоните мне. Oui ?

Женщины в комнате понимающе закивали.

– Я понимаю, что простой в работе может вызвать финансовые трудности у некоторых из вас. Вы все получите компенсацию за перерыв. Полиция думает, что Наташа, скорее всего, сможет опознать нападающего, когда придет в сознание.

– Кто-то должен поехать в больницу, - сказала Симона.

– Я поеду, - отозвался Сорен.
– Можешь поехать со мной, если хочешь.

Симона улыбнулась ему. Сорен мог потерять все, если кто-то расскажет, что он садист. Технически он был связан с Кингсли давнишним браком, и это объясняло, почему он находится в его доме. Но определенно не было оправданием присутствия в клубе француза. И, тем не менее, опасность разоблачения никогда не останавливала его. Один из них подвергся нападению и сильно пострадал. Домина или монахиня, Сорену было все равно.

– А теперь можете идти. Я буду держать вас в курсе всех новостей. Если кто-то предпочитает оставаться здесь на время кризиса, вы знаете, мой дом всегда открыт для вас. Свободны.

Женщины встали и освободили комнату. Нора направилась к Никки, спрашивая, не могла бы она остаться с Ириной. Тесса и Джай решили, что остановятся в одной из гостевых комнат Кингсли. Им не страшно было возвращаться домой, но они предпочли остаться у него, где могли находиться в курсе событий.

Нора сказала Симоне, что она с радостью примет ее в своем доме в Коннектикуте. Симона поблагодарила ее и ответила, что подумает, но сегодня останется в больнице, на случай если Наташа придет в себя.

Нора наблюдала, как все расходятся. Сорен в последний раз долго посмотрел на нее, прежде чем покинуть комнату. Она улыбнулась ему, убеждая, что все будет хорошо. Казалось, это не убедило его, так же как и ее.

Как только она осталась наедине с Кингсли , Сатерлин выдохнула и рухнула в кресло перед его столом.

– Какого черта происходит, Кинг? – Это все, что она могла спросить.

– Je ne sais pas.
– Он поставил свою ногу в сапоге на кресло рядом с ней.
– Я рассказал все, что знаю. Говорил с комиссаром полиции, детективом Купером, и со всеми, кого знаю. Они убедили, что сделают все возможное, и как можно быстрее.

– Хорошо. Миленько. А теперь расскажи, что происходит на самом деле.

Кингсли на мгновение посмотрел ей в глаза и отвел взгляд.

– Две недели назад Наташа предложила мне себя. Я отказал ей. На следующий день она ушла.

Нора кивнула, замолчав на пару секунд, чтобы решить, как ответить.

– Во-первых, скажу, что впечатлена тем, что ты отказал ей?

– Элли.

– Прости. Но, пожалуйста, не говори мне, что винишь себя в случившемся. Ты имеешь право сказать «нет», если не хочешь кого-то трахать.

– Я хотел ее трахнуть.

– И ты отказал ей потому что…?

– Обычная причина, - ответил он. И это все, что он сказал, и все, что ему нужно было сказать. Лишь три человека в мире Кингсли знали, что он был свитчем. Очевидно, Госпожа Наташа ощутила его склонности, и, вместо того чтобы уступить ее преимуществам, он отказал ей.

– Кингсли , ты не виноват в том, что она пострадала. Мы все здесь страдаем.

– Знаю, - ответил он и устало перешел на французский.
– Je sais.