Чтение онлайн

– Домашние маги, - презрительно бросил он.
– Показывают к какой ветви магии принадлежат.

– Ты о них явно не высокого мнения, - произнес я, прикидывая, что в этом мире не бедствуют.

На подносе был целиком запеченный в яблоках молочный поросенок, гусь, кровяные колбаски, картофель, мягкие, ароматные булочки и множество продуктов, которых не ожидал увидеть в мире технологически приближенном к Средневековью моего родного мира.

Маг наколол на вилку кусочек мяса, прожевал и разразился речью:

– Сидят в замках под защитой лордов и за ворота носа не кажут, не то, что я! Вдоль и поперек исходил множество королевств.

– А почему ты не показываешь принадлежность к своей ветви магии? Ведь черный цвет - это не ментальная магия?

Эртифекс наставил на меня руку с зажатой в ней гусиной ножкой и, пережевывая мясо, проговорил:

– Черный цвет - демонология. А я не выставляюсь, потому что Церковь не спит, это они сидят в безопасности, а я вольный ветер.

Я кивнул головой, показывая, что все понял. И в этот момент глаза мага распахнулись, и он застыл как седой кролик, увидевший удава.

Эртифекс не мигая смотрел, куда-то мне за спину. Я в пол-оборота обернулся, желая высмотреть удава, загипнотизировавшего его. То, что увидел, объясняло на миг притихший зал. Карие глаза, были будто застывшее море ехидства с островом сарказма, который представлял собой зрачок. Они быстро пробежались по залу, не зацепившись взглядом ни за одну деталь. Пухлые алые губы раздвинулись в легкой, усталой улыбке, обнажая ровные ряды ослепительно белых зубов. Они так ярко контрастировали с матовой кожей присущей мулаткам моего мира, что наверно, не один я потрясенно моргнул.

Она тряхнула густыми, длинными волосами цвета вороного крыла и с непередаваемой грацией пантеры, двинулась вглубь зала к столу, за которым сидели маги.

Зал потихоньку начал оживать, а я все смотрел на это произведение искусства. Точеные ноги, затянутые в бордовую кожу бридж и в тон им, такого же цвета жилетки, одетой поверх безукоризненно белой блузки с рукавами до локтя. Высокие мягкие сапоги были вышиты бисером, а гордую, утонченную спину закрывал легкий плащ с капюшоном, который был скорее предназначен защитить свою обладательницу от палящего солнца, нежели чем от ненастья.

Ощутив мое пристально внимание, она обернулась. Тонкие стрелы бровей удивленно взлетели вверх и потерялись в густой челке нависающей прямо над глазами, но тут же она вновь приняла невозмутимый вид и плавно отвернулась, слегка потревожив волнистый водопад волос, спускающихся до лопаток.

Я перевел взор на отживевшего мага и грустно произнес:

– Даже ее броню невозмутимости пробил мой внешний вид.

– Здесь не причем твой внешний вид, - проговорил Эртифекс пытаясь высмотреть красавицу за спинами воинов, которые к слову начали мериться силами и устроили армрестлинг.

– Не утешай меня.

– Да правду говорю. Она, как и все остальные маги приложила руку к работе над твоим телом, так что уже видела тебя, тут другое.

– Что же?

– Ну, - протянул маг и в нерешительности замер, но мой подбадривающий взгляд сделал свое дело.
– В общем, Кара не слишком высокого мнения о моей магии и подвергала сомнению возможность того, что я научу тебя нашему языку, а увидев, как ты спокойно со мной беседуешь, изрядно удивилась.

– Вон оно как, - произнес я.
– А кто она эта Кара? К какой ветви магии принадлежит?

– Она маг жизни. Происходит из древнего рода фран Санд! Когда-то этот род был на вершине власти в самом Анхероне…

По тому, с каким блеском в глазах Эртифекс начал рассказывать о смуглокожей красавице, заподозрил его в трепетных чувствах к ней. Хотя тут совсем ничего удивительного не было, две трети зала не могли глаз от нее оторвать.

Маг мог бы долго вываливать на меня поток информации, повествующий о Каре, если бы я весело не перебил его:

– Похоже, кто-то в нее влюбился.

Эртифекс густо покраснел и поспешно выдохнул:

– Нет что ты. С чего ты это взял?

– Секира ну ты-то поддержи меня, - проговорил я.

Воин ответил мне таким взглядом, что я мгновенно выпалил:

– Все-все, сам справлюсь. Эртифекс, - обратился я к магу, - тут все понятно. Взгляды, вздохи, даже то, что ты покраснел, о многом говорит.

Маг совсем смешался и уставился в тарелку.

– Не твоего она поля ягода, - продолжил я, искренне считая, что поступаю правильно.
– Ты посмотри на нее! Она же челкой скрывает, что у нее на лбу написано: “Стерва”.

Эртифекс потрясенно уставился на меня, затем перевел взгляд на Кару, словно пытаясь сквозь волосы увидеть ее лоб.

Я тут же поправился:

– Не воспринимай все буквально. В общем, ты меня понял. Это мое мнение.

Маг печально вздохнул и тихо прошептал:

– Я тоже так считаю.

Дальше потребление еды прошло в молчание, а затем мы с Секирой пошли тренироваться, а маг усвистал по своим делам. Поднимаясь из-за стола, отметил, что воин ничего не съел. Закинув эту странную инфу подальше в укромный уголок, начал настраиваться на махание секирой.

Снова оказавшись перед чурбаном, занялся его уничтожением, думая о том, что мне предстоит изрубить еще не одного такого буратину.

Так прошло примерно полтора часа. По истечению которых пришел Эртифекс и протянул мне свой защитный артефакт.

– Сейчас тебе он пригодится.

Его слова обрели реальность, когда Секира позвал меня в круг для спаррингов. Несмотря на все свои выдающиеся физические данные, я только бестолково отмахивался от оружия воина. Мастерства мне чертовски не хватало. То, что он разделал меня под орех, можно и не говорить. Отойдя к краю площадки, он отрывисто начал разбирать детали боя и поучать меня. Я внимательно слушал, стараясь задушить злость. Он все делает правильно, сразу показывая, кто здесь мастер, а кто сосунок, призванный учится у ветерана.

Второй раунд прошел чуть лучше. Мне почти удалось задеть его мускулистое тело, но как оказалось, Секира все контролировал и сделал это специально, чтобы выбить оружие у меня из рук. Таким увальнем, еще никогда себя не чувствовал. А собравшиеся посмотреть на мои потуги воины графа, еще больше заставляли меня злиться на себя. Они каждый раз одобрительно хлопали в ладоши и свистели, когда Секира исполнял чудеса со своим оружием. Иногда мне казалось, что этот хренов позер специально красуется перед публикой.