Чтение онлайн

16 января я послал командованию следующее донесение: «Атака произведена 12 января согласно плану. Все торпеды выпущены. Результатов атаки установить не удалось». Это было первое донесение, переданное по радио с тех пор, как мы покинули базу. В тот вечер при помощи шумопеленгаторов был обнаружен корабль, имевший турбинную установку. Торпедные аппараты лодки были изготовлены к стрельбе. Но ночь была темной, и поэтому стрельба по идущему кораблю была бы стрельбой вслепую. Шумы между тем стали затихать. Затем мы услышали шумы нового судна, с дизельной силовой установкой, но вскоре и они стихли. К 19 января мы вышли довольно далеко к северу, поэтому значительно похолодало. После полудня мы обнаружили самолет и, чтобы избежать атаки, произвели погружение. При этом надо сказать, что наша радиолокационная станция обнаружения воздушных целей не действовала.

В течение ночи 20 января у входа в пролив Бунго при помощи радиолокационной станции обнаружения надводных целей был замечен корабль. В то время как мы определяли его курс, на горизонте появилась подводная лодка. Время было ночное, на море стоял легкий туман, который снижал видимость. Показавшаяся подводная лодка сильно походила на «I-36». Мы подали свои позывные, но она на них не ответила. Неопознанная лодка имела преимущество в ходе и вскоре скрылась из виду. После прибытия в базу мы навели справки. Оказалось, что мы действительно обнаружили тогда подводную лодку «I-36», но нас она не заметила.

Каких же результатов добились другие лодки отряда «Конго»? Подводная лодка «I-56» направилась к о-вам Адмиралтейства, но, сделав три попытки подойти к месту выпуска человеко-торпед, обнаружила, что оборона островов была слишком сильной. Так и не выпустив торпед, эта лодка вынуждена была вернуться в базу. Подводная лодка «I-47» 11 января благополучно проникла через вход в бухту Холландия (Новая Гвинея). Она вошла в бухту как раз в тот момент, когда дозорный корабль отрабатывал учебные стрельбы. Лодка начала выпуск человеко-торпед на следующий день в 4 часа 00 мин. с интервалами в полчаса. Днем удалось перехватить работу радиостанции, передававшей подряд несколько радиограмм, по которым можно было судить, что речь идет об атаках подводных лодок или об их обнаружении. Лодка «I-47» легла на обратный курс, не сомневаясь в успехе проведенной атаки.

Подводная лодка «I-53» направилась к проходу Коссол у о. Палау. Прибыв к месту назначения, она не смогла выпустить одну из человеко-торпед из-за ее неисправности. У другой торпеды после отрыва ее от подводной лодки лопнула труба, и она взорвалась. Остальные две торпеды были благополучно выпущены, однако результаты их атаки остались неизвестными.

Что касается подводной лодки «I-36», то она уже вторично принимала участие в подобных действиях у о-вов Улити. На этот раз лодка подошла к островам с противоположной стороны. При подходе она слегка коснулась корпусом рифа, но повреждений не получила. С лодки были благополучно выпущены человекоторпеды, однако уточнить результаты этой атаки не удалось.

Подводная лодка «I-48» должна была атаковать противника у о-вов Улити 20 января. Предполагают, что ей удалось выпустить человеко-торпеды, но сама лодка обратно в базу не вернулась.

После войны мы узнали, что лодка «I-48» была потоплена американскими эскадренными миноносцами в районе о-вов Улити 22 января.

В общей сложности лодки отряда «Конго» выпустили 14 человеко-торпед, 10 торпед из-за различных неисправностей не были выпущены. Что касается результатов атак, то они не прояснились даже после войны. Однако, согласно американским данным, человеко-торпеды, выпущенные с подводной лодки «I-58», в Гуаме потопили крупный танкер, на котором погибла большая часть экипажа.

Плохие результаты работы установленных на лодках радиолокационных станций для обнаружения воздушных целей повлекли за собой создание восьмисекционной антенны. Своим долгим существованием подводная лодка «I-58» в немалой степени была обязана введению этого усовершенствования.

29 февраля 1944 года американские войска начали высадку десанта на о. Иводзима. Как только стало известно о том, что крупные силы флота противника ведут обстрел острова, в срочном порядке был сформирован второй отряд человеко-торпед, который получил наименование «Тибая». В качестве носителей торпед в него входили подводные лодки «I-368», «I-370» и «I-44». Отряд вышел в район о. Ивоздима 22 февраля. 25 февраля на подходе к острову подводная лодка «I-370» была потоплена американским эскадренным миноносцем, а 26 февраля в том же районе самолет с авианосца противника потопил подводную лодку «I-368». Третья лодка — «I-44» достигла Иводзима, но, будучи обнаруженной американским эскадренным миноносцем, вынуждена была погрузиться и пробыть под водой около 46 час. Атаки глубинными бомбами не последовало, но условия пребывания в лодке стали ужасными. Воздух содержал свыше 6 % углекислоты, и люди были уже на грани удушья. В конце концов командир лодки вынужден был отказаться от проведения операции и вернуться в базу. Командующий подводными силами, узнав об этом, пришел в ярость и немедленно отстранил от должности командира.

Итак, операция отряда «Тибая» закончилась полным провалом. Был сформирован новый отряд человеко-торпед, получивший наименование «Камитакэ». Отряду, в который вошли моя лодка «I-58» и лодка «I-36», была поставлена задача атаковать противника в районе о. Иводзима и нанести ему потери, хотя бы и малые. 1 марта 1945 года, когда лодка «I-58» выходила из Куре, нам были устроены теплые проводы. Пройдя пролив Бунго, мы с наступлением сумерек были уже в заливе Тоса, но надвигался тайфун, и чтобы избежать встречи с ним, весь следующий день лодка шла полным ходом в надводном положении.

Причина неудач отряда «Тибая» осталась не ясной, но после всестороннего обдумывания мы решили подойти к о. Иводзима с севера, где противник вел дозор не особенно тщательно. Противник сосредоточил свое наблюдение к югу и востоку от острова, где проходили линии его коммуникаций. Следовало ожидать, что мы обнаружим много кораблей и других целей в этом районе, но приказ запрещал нам атаковать противника, ибо наша главная задача заключалась в нападении на корабли, стоящие на якоре. Южный путь подхода к острову был для нас неприемлем.

В ночное время 3 и 4 марта радиолокационная станция обнаруживала самолеты противника, поэтому нам пришлось следовать в подводном положении. На лодке была установлена коротковолновая антенна последнего образца, результаты работы которой были отличными. Насколько это позволяла обстановка, мы следовали в надводном положении как днем, так и ночью и погружались лишь в крайней необходимости. Погрузившись 4 марта, мы услышали шумы, похожие на шумы противолодочных кораблей. Ночью 5 марта в течение 2 час. наблюдалось то же самое. Однако ничего плохого не случилось.

5 марта на средних волнах мы перехватили радиотелефонный разговор между кораблями, участвующими в обстреле о. Иводзима. Это указывало на то, что противник привлек крупные соединения больших надводных кораблей. 6 марта мы на день ушли под воду и стали приближаться к цели, приняв все меры предосторожности. Около 16 час. мы услышали звук четырех последовательных взрывов и в тот же миг ясно послышался шум винтов, который вскоре затих. За час до захода солнца мы подвсплыли на перископную глубину, чтобы осмотреться, и вскоре заметили большой корабль противника. Мы немедленно ушли на глубину, даже не определив его класса. Дело в том, что если этот корабль стоял на якоре, то для сближения с ним требовалось около часа времени, а батареи лодки разрядились; если же корабль двигался, то он не мог быть целью для человеко-торпед.

После зарядки батарей мы направились в наиболее благоприятный район для проведения успешной атаки с помощью человеко-торпед. Команда лодки была очень недовольна тем, что мы оставили в покое противника, вместо того чтобы его атаковать. Однако человеко-торпеды предназначались для атаки вражеских кораблей, стоявших на якоре, поэтому другого выбора у нас не было. После захода солнца мы приготовились всплыть, но неожиданно услышали шум винтов, а так как видимость была плохой, остались под водой. 7 марта задолго до восхода солнца мы всплыли для зарядки батарей. Северная часть о. Иводзима уже вырисовывалась на экране радиолокационной станции. Море было спокойным, ночь темной и безлунной. Перед восходом солнца мы погрузились, началась заключительная фаза подхода к острову. В тот же день после захода солнца мы всплыли и провели окончательную подготовку к выпуску человеко-торпед. За ужином, согласно обычаю, мы простились с водителями торпед, разъяснив им обстановку. Было решено начать выпуск торпед 8 марта рано утром. В 23 часа, закончив зарядку батарей, мы пошли 15-узловым ходом в надводном положении в район, находящийся в 17 милях к северо-западу от о. Иводзима, куда мы намеревались прибыть в 2 часа. На переходе на лодку несколько раз обрушивались потоки дождя. Видимость была плохой, что благоприятствовало действию человеко-торпед.