Чтение онлайн

Изумление падчерицы развеселило Люсьелу. Девушка помогала отцу объезжать трех чудесных, черных, как ночная мгла, скакунов, доставленных из ленартских поместий. Именно эти кони стали украшением конюшни «Соколиной лужайки». Неужели отец позволит ей оседлать одного из этих красавцев! Девушка на мгновение представила себя восседающей на вороном жеребце с Пречиозой на руке — и непроизвольно бросилась к Люсьеле. Крепко обняла стареющую женщину, чем несколько перепугала ее.

— О, благодарю, благодарю вас, приемная матушка!

— Какая радость видеть тебя столь похожей на благородную даму, — сказала Люсьела и улыбнулась, увидев Ромили в новом платье. — Теперь сними его, дорогая, платье еще надо дошить. Дара, Дара, — обратилась она к швее, которая поправляла наряд на полной груди Мэйлины, — здесь чуть отпусти и здесь — неприлично молодой девушке выставлять на обозрение все свои округлости.

Мэйлина надулась.

— Ну почему все мои платья болтаются как мешки? Что я, ребенок, что ли? Вон у меня какая фигура, не то что у Ромили.

— Конечно, — согласилась старшая сестра, — титьки у тебя, как у деревенских девок. Ты вполне можешь наняться в кормилицы. — Она критически оглядела округлую фигуру сестры. Та огрызнулась:

— Любое платье висит на тебе, как на вешалке. Ты можешь обойтись старыми штанами Дарена. И так выглядишь как мальчишка, особенно в мужских кожаных бриджах. Совсем как одна из этих… из Ордена Меча…

— Ну, девочки, — миролюбиво сказала Люсьела. — Ромили, не смейся над сестрой, она растет куда быстрее, чем ты, — в этом все дело. И ты, Мэйлина, веди себя потише — Ромили уже выросла, и ваш отец вполне определенно выразился, что ей уже не к лицу скакать на лошади по-мужски, тем более носить штаны и сапоги. Она теперь станет настоящей леди, на которую во время летнего праздника будут любоваться гости из «Высоких скал». О-о, здесь устроят соколиную охоту и собачий гон… Возможно, сам Алдаран из Скатфелла с сыновьями и дочерьми явится сюда и даже господа из «Сторновых высот».

Мэйлина завизжала от удовольствия — обе дочери Скатфелла были ее ближайшими подругами. В зимнее время, когда снежные заносы отрезали «Соколиную лужайку» от дома Скатфеллов и «Высоких скал», они не могли видеться. Ромили, в общем-то, было все равно — Джесами и Джеральда были ее ровесницами, однако во всем походили на Мэйлину, такие же сочные и полные… До смерти пугались лошадей, на которых они ездили, и заботились больше о нарядах для верховой езды и орнаментах, украшавших седла, чем о самих скакунах или мастерстве выездки. Старший сын владельца «Высоких скал» был одних лет с Руйвеном, они были лучшими друзьями. Люди из Сторна все взрослые, большинство из них женаты. Наедут с детьми…

Может, ей выпадет удача участвовать в скачках вместе с отцом и Дареном, который тоже приедет домой из монастыря Неварсин? Может, позволят в первый раз выпустить в полет Пречиозу?.. Собственно, это даже не плохо, если при гостях она будет носить женские наряды и скакать в дамском седле. Действительно, зачем на праздник надевать сапоги и бриджи, подшитые кожей? Гости побудут и разъедутся, а Ромили докажет, что является примерной дочерью. Она и в дамском седле не подкачает — сидит в нем как влитая. Пусть мачеха и отец порадуются… Кто знает, может, подобное послушание зачтется?

Что-то напевая про себя, девушка вернулась в свою комнату, чтобы переодеться. Ромили собиралась пойти на конюшню, вывести Ветрогона — заодно можно присмотреться к вороным скакунам. Может, и в самом деле взять с собой Раэля, когда отправится прогуливать Пречиозу — та будет сидеть на луке седла на длинной бечевке? С собой придется захватить кусочки мяса, чтобы вовремя награждать ее. Как иначе можно выдрессировать хищную птицу?.. В комнате она сразу принялась разыскивать сапоги и бриджи, доставшиеся ей от Руйвена, однако их нигде не было.

Она хлопнула в ладошки, чтобы подозвать служанку, убиравшуюся в ее помещении. На звук появилась старая Гвенис.

— Няня, в чем дело? Где моя одежда для верховой езды?

— Твой отец строго-настрого наказал, — ответила Гвенис, — а леди Люсьела добавила, чтобы я немедленно выбросила бриджи и рубаху. Они до того износились, что и для мальчишки, помощника Девина, уже не годятся. Пока твои новые наряды не будут готовы, ты можешь надеть старые платья, моя радость. — Она указала на юбку и блузку, разложенные на кровати. — Если хочешь, девочка, я помогу тебе одеться.

— Ты все выбросила? — рассвирепела Ромили. — Да как ты посмела?!

— Зачем бранишь меня, любовь моя! Разве могла я не подчиниться леди Люсьеле? Сама подумай… А что, юбочка вполне тебе к лицу, даже если и немного будет жать в талии. Посмотри, я еще вчера, как только леди Люсьела приказала, все приготовила.

— Как я могу скакать на Ветрогоне в этом? — Ромили смяла одежду в комок и швырнула в угол комнаты. — Он не приучен к дамскому седлу. Я тоже ненавижу его! Верни мне бриджи!.. — бушевала девушка, но няня с печальным видом покачала головой.

— Я не могу, моя хорошая, твой отец строго-настрого наказал… Больше тебе не придется скакать в мужских штанах. Пришло время, тебе же в самый канун летнего праздника стукнет пятнадцать, мы уже должны подумать о женитьбе. Ну какой мужчина захочет взять в жены девчонку-сорванца, которая мчится на коне в мужских штанах, словно шлюха или одна из этих сумасшедших из Ордена! Послушай, Ромили, это же просто неприлично. Такая большая девочка — а что выделываешь? Убегаешь из дома и всю ночь торчишь в соколятнике!.. Тебе пора понять, что ты благородного происхождения и у тебя масса обязанностей. Теперь, если желаешь прокатиться на коне, одевайся как подобает. И не мели больше глупый вздор.

Ромили со страхом глянула на старую нянюшку. Вот какое наказание выдумал отец! Куда более тяжкое, чем порка, куда более жестокое… К тому же ей было хорошо известно, что приказы отца никогда не оспаривались. И против чего в этом случае можно протестовать?.. Против юбки? Глупо… Все вроде по справедливости. Пришла пора забыть ребячьи забавы… Что здесь можно возразить? И то, что подобное решение было сродни тому, как она поступила с пойманной птицей, впервые пришло ей в голову. Вот и ее начали приручать, вот она, если так можно выразиться, дрессировка. И все вроде по обычаю, по установлениям древних, никем и никогда не оспариваемых…

«Лучше бы он выпорол меня. Наконец, он должен был напрямую поговорить со мной. Ведь я тоже человек!.. А не отдавать меня в руки Люсьелы, чтобы дать ей возможность сделать из меня настоящую даму…»

— Этот наряд испугает моего коня! — крикнула Ромили. — Он меня и близко к себе не подпустит. Я его не надену!

Она принялась пинать ногами ненавистные тряпки.

— Вот и хорошо, моя радость. Лучше останься дома. Зачем тебе эти скачки? Пора вести себя как юная благородная дама, — примиряюще сказала Гвенис. — Ты и так слишком долго торчишь на конюшне, надо заняться и домашними делами. Пусть с ястребами и лошадьми возятся твои братья.