Чтение онлайн

###

Кримзон провел меня через город к небольшому домику на окраине. Деревянные стены почернели от дыма, но в остальном он держался хорошо. Изнутри пахло лекарственными травами, старостью и чем-то кислым — запахом немощного тела.

В затемненной комнате, в кресле с высокими подлокотниками сидел старик. Его кожа напоминала пергамент, натянутый на кости, редкие седые волосы свисали жидкими прядями.

Но когда он поднял голову, я увидел глаза — все такие же яркие и все такие же безумные, как восемь веков назад.

— Гости! — завопил Тириан, беспомощно замахав трясущимися руками. Его голос скрипел, как несмазанные механизмы. — Садитесь, садитесь! Мой сын скоро вернется с охоты! Принесет дичи!

Я замер. Сын? У Тириана и дети? Я бросил вопросительный взгляд на Кримзона, но тот лишь пожал плечами.

— Ты… узнаешь меня? — осторожно спросил я, присаживаясь на краешек деревянного табурета.

Тириан медленно поднял голову. Его глаза, когда-то, должно быть, острые как бритва, теперь были мутными, словно затянутыми дымкой. Он долго всматривался в меня, его взгляд скользил по моему лицу, но не находил узнавания.

— Ты… ты кто? — его голос был хриплым, как скрип несмазанных петель. — Сын мой? Нет… — Он покачал головой, и несколько седых прядей выбились из жидкой гривы. — Сына у меня не было… или был? Нет, точно не было.

— Я не твой сын, — покачал я головой. — Расскажи мне, старик, — спросил, опускаясь в кресло напротив. Кожа скрипнула под моим весом. — Как ты прожил эту жизнь?

Он замолчал, его взгляд устремился куда-то вдаль, за пределы комнаты, за пределы времени.

— Жил… — наконец продолжил он, облизнув потрескавшиеся губы. — Как все жили. Тейя росла… я помогал, чем мог. Кримзон… да, Кримзон дал мне этот дом после… после того как Лорго прислал ту охранницу…

Его голос оборвался. Он поднял дрожащую руку и потрогал медный кувшин на столике рядом, как будто проверяя, реальный ли он. Капля пота скатилась по его виску, исчезнув в гуще морщин.

— Как ее звали… — пробормотал он. — Рыжая была… смеялась, когда я шутил. Громко смеялась, так что эхо разносилось по всему дому.

Я видел, как его глаза на мгновение оживились, в них вспыхнул огонек давно забытой радости. Его пальцы непроизвольно сжались, словно пытаясь удержать призрак того смеха.

— Мы… женились, — продолжил он, и его голос стал тише. — Она умерла. Во сне. Старость — это не болезнь, понимаешь? Это… это как песок в песочных часах, который постепенно засыпает тебя целиком.

Внезапно он резко кашлянул, его тело содрогнулось от спазма. Я протянул ему кувшин с водой, но он отмахнулся. Когда кашель прошел, он вытер губы тыльной стороной ладони и продолжил, как будто не было этой паузы:

— А потом? Потом я просто… сидел. Ждал. Иногда приходили молодые маги, просили советов. Глупости все это. — Он фыркнул, и в этом звуке было столько презрения, сколько не смог бы выразить и молодой человек. — Тим Тарс… вот мерзавец. Из-за него я так и не стал тем, кем должен был стать.

— Почему ты так думаешь? — спросил я, стараясь сохранить голос ровным.

Тириан внезапно оживился. Его глаза загорелись старым огнем, и он резко выпрямился в кресле.

— Он отказался! — прошипел старик, и слюна брызнула из уголков его рта. — Отказался убить моего покровителя! Я бы получил его Дар! Стал бы сильнее, чем… чем…

Его голос снова потерял силу. Он откинулся на спинку кресла, внезапно уставший. Его пальцы начали барабанить по подлокотнику беспокойным, нервным ритмом.

— Ты… ты понимаешь? — он снова заговорил, но теперь его голос был слабым и растерянным. — Я мог бы… но теперь… теперь я просто старый дурак, который забывает, куда положил очки.

Я перевел взгляд на Кримзона, который стоял у двери, скрестив руки на груди. Его тень, удлиненная светом камина, тянулась через весь пол, как черная река.

— Зачем ты привел меня сюда? — спросил я тихо. — Он ничего не помнит. Это пустая трата времени.

Какое-то время Кримзон молчал.

— Лой нашла его, — наконец сказал он. — За день до того, как я отдал приказ уничтожить все порталы. Она передала ему пророчество. — Кримзон повернулся ко мне, его лицо было серьезным. — Он отказывался говорить его кому-либо, кроме тебя. Ни угрозы, ни обещания не действовали.

Я снова посмотрел на Тириана. Старик что-то бормотал себе под нос, его пальцы теперь теребили край халата. В свете заката его морщины казались еще глубже, как каньоны на карте долгой жизни.

— Тириан, — сказал я твердо, наклоняясь вперед. — Я — Тим Тарс. Что сказала тебе Лой?

В комнате воцарилась тишина. Даже камин на мгновение перестал потрескивать. Тириан замер, его глаза расширились. Потом его лицо исказилось в гримасе, в которой смешались ярость, страх и что-то еще, что я не мог определить.

— Ты… — он прошипел, и его голос внезапно стал сильным и четким, как у молодого человека. — Ты! Из-за тебя я… я…

— Конечно! Ты… ты… — Его пальцы впились в подлокотники, суставы побелели от напряжения. Внезапно его лицо исказила ярость. — Тим! Тим Тарс! Ты украл мой шанс! Украл!

Я вздохнул. Даже спустя восемь веков безумия он помнил только это.

— Я просил лишь об одном! — Тириан шипел, брызгая слюной. — Убить его! Он держал мой Дар в цепях, а ты… ты отказался! — Он ударил кулаком по подлокотнику, и старинное дерево треснуло.

— Он был твоим покровителем, а не жертвой.

— Лжец! — Старик рванулся вперед, но кресло не дало ему упасть. — Я видел правду! Видел, как он смотрел на меня! — Его дыхание стало хриплым, на лбу выступили капли пота. — А теперь… теперь я вот это. — Он показал на свое дряхлое тело дрожащей рукой. — НЕНАВИЖУ ТИМА ТАРСА!!!

Его крик оборвался хрипом. Тириан откинулся на спинку, внезапно обессилев. Через минуту он уже улыбался мне, как ребенок:

— Ты принес мне сладостей? Мой мальчик любит марципаны… Он такой хороший мальчик…

Я наклонился к старику, стараясь поймать его блуждающий взгляд:

— Тириан. Что сказала тебе Лой?

Старик замер. Его зрачки расширились, словно он увидел что-то за моей спиной. Когда он заговорил, голос звучал неестественно четко:

— «Одолев тигра в поле, не стоит считать, что сможешь одолеть его в его собственном логове».

Он замолчал, тяжело дыша. Потом продолжил, и тон стал резким, каким я помнил его в былые дни:

— «Иногда стоит проявить терпение и дождаться не настоящего себя».