Чтение онлайн

Обалдев от таких откровений всегда спокойного и равнодушного профессора, я даже обернулась на Виктора, словно пытаясь убедиться, что он слышит то же самое. Судя по ошарашенному выражению на бледной физиономии, если галлюцинации и имели место, то у нас обоих.

— Я честно ознакомил вас с теоретической базой артефакторики. Ее вполне достаточно, чтобы создавать мелкие одноразовые артефакты, — продолжал между тем старик. — А при наличии должного усердия и не только одноразовые. Теперь же дело за вами. Уверен, что толку от вас, как и от десятка ваших предшественников, не будет никакого. Но я обязан дать вам возможность попытаться. После чего с чистой совестью напишу прошение о вашем отчислении и вернусь к нормальной работе.

В голосе старого козла звучало такое превосходство и самодовольство, что я мысленно заскрипела зубами. Помним мы эти лекции: ничем не подкрепленная теория, кое-где зияющая дырами из серии «всегда так делали».

— Но, позвольте, — Орлей обрел дар речи раньше меня. — А инструменты и…

— Никакие инструменты вам не понадобятся, — фыркнул профессор. — Из содержимого этих мешочков я могу собрать как минимум десяток одноразовых артефактов голыми руками. И если в вас есть искра творца, то сможете собрать и вы. Хотя бы что-то одно.

Я снова переглянулась с Виктором, на лице которого не осталось и следа привычной холодной заносчивости. Впрочем, немого обожания, с которым он обычно смотрел на меня, там тоже не было. Все смыла простая и откровенная паника.

— Можете приступать. У вас есть ровно час. Разрешаю советоваться, подглядывать в книги, хоть в библиотеку сбегать. В общем, все то, что вам обычно на зачетах запрещают, — добил нас профессор с откровенным удовольствием. — А я пока схожу распоряжусь насчет экипажа. Хотелось бы выехать уже сегодня вечером.

— Нас вообще чему-то учить собирались? — ляпнула я, едва за стариком захлопнулась дверь.

— Похоже, нет, — протянул Виктор, запуская длинные пальцы в волосы. — Это катастрофа!

— Ну… Зачем так мрачно, — проворчала я, вытряхивая на стол содержимое мешочка. — Терпеть не могу паникеров. У нас есть целый час. Да и кое-что он все же рассказывал. Например, что серебро в соединении с волчьим зубом и чешуей…

— Ты и это «кое-что» не слушала, как я посмотрю! — перебил Виктор. — Я прочитал об артефакторах все, что есть в библиотеке. Я разговаривал с двумя Мастерами летом! Они порой неделями так и сяк крутят всю эту чешую, чтобы приладить в нужное место! А этот… гад! Дал нам всего час!

— Час, говоришь, — протянула я, задумчиво покрутив в руках серебряный самородок, косо сточенный с одной стороны. — А сам грозился за этот час десяток артефактов склепать?

— Он же Мастер! — в отчаянии воскликнул Виктор. — И, говорят, один из лучших!

— Мастер, — согласилась я, нагло вытряхнув на столешницу набор странных предметов, оставленных нашим горе-учителем Орлею. — Но это не отменяет того, что он еще и козел. Смотри!

Обозлившись на негодного профессора, я начисто забыла, с кем разговариваю, и, подцепив Виктора за локоть, подтянула ближе.

— Вот здесь и здесь камни обработанные. А тут целую дыру просверлили. Что в нее влезет?

Тонкие длинные пальцы Виктора пробежались по кучке разнообразной фигни и безошибочно вытащили обломок кости.

— Кость дракона, — уверенно проговорил он. — В сочетании с медью может служить стабилизатором в одноразовых артефактах.

— На лекции нам этого не рассказывали.

— Я же говорил, что много читал, — совсем по-человечески хмыкнул Виктор, воткнув костомаху на, судя по всему, предназначенное ей место.

— Вопрос в том, что эта пакость должна стабилизировать, — я отодвинула в сторону собственный набор всячины и стала аккуратно раскладывать в рядок то, что профессор оставил Орлею.

— Вопрос не в этом, — Виктор, совладав с паникой, говорил уже вполне нормально. — Медь с костью дракона может стабилизировать только что-то деревянное. А деревяшка тут одна. Настоящий вопрос в том, как повернуть эту кость, чтобы совпали каналы.

Он поставил получившийся минутой ранее волчок на гладко отполированную миниатюрную плошку и чуть надавил. Деталь со щелчком встала на место, будто всегда именно там и была.

— Ха! — не сдержала торжествующий возглас я и, недолго думая, повернула сначала волчок, а потом и кость так, чтобы совпали энергетические нити, которые прекрасно видела.

— Вот тебе и ха, — Орлей мои восторги разделять не спешил. — Если ты хоть иногда слушала профа, то должна помнить, что заклинание спайки необратимо, а на эксперименты нам этот козел…

Дослушивать трагический монолог я не стала, попросту шепнув необходимое заклинание.

— Лира! — только и успел охнуть Орлей.

А потом все части артефакта, способного создать вокруг своего владельца простенький воздушный щит минут на пять, пришли в движение, переплетаясь между собой, словно вдруг обрели змеиную гибкость. Затаив дыхание, мы с Виктором синхронно склонились над извивающимся комком, едва не стукнувшись лбами, но даже не заметив этого. Я видела не только это, но и срастающиеся буквально на глазах нити магии, что произвело на меня неизгладимое впечатление. В конце концов, это был первый артефакт, созданный именно мной. До сих пор я лишь пользовалась или любовалась чужими творениями. Некромантия — магия разрушения, и она никак не сочеталась с волшбой артефакторов. Но я-то теперь владела не только ею, и наглядное тому подтверждение загнало и меня в легкий ступор: я действительно научилась делать что-то, что в прошлой жизни навсегда осталось бы для меня недоступным.

— Да! — врезался в уши восторженный возглас Виктора, когда новый артефакт наконец застыл. — Да! Да!

Он хлопнул меня по плечу, едва не усадив мимо стула:

— Это было феерично!

— Не спорю, — кивнула я все еще под впечатлением от увиденного. — Теперь надо повторить.

— Повторить? — Виктор сморгнул и прошипел сквозь зубы что-то, сильно напоминающее ругательство. — А если не получится? Ты не думай! Этот сделала ты. Я и профу так скажу. И ректору, если понадобится!

— Обойдемся без признаний, — фыркнула я. — Скажи лучше, что из этого похоже на будущий стабилизатор.

Я широким жестом рассыпала кучку мусора, предназначенную щедрым профессором для меня самой. Орлей, мигом растеряв жертвенно-гордый настрой, зливший меня до зеленых бесов, склонился над столом.

Минут через десять мы молча любовались на гладкую серебряную каплю, в которую превратились два птичьих перышка, колючая нитка и самородок, попавшийся мне в руки самым первым.

— Лира! — с явным уважением проговорил Виктор, не отрывая взгляд от нового артефакта. — У тебя настоящий талант! Я читал, что мастера-артефакторы годами нарабатывают чутье, а ты…