Чтение онлайн

— Во как.

— Вообще он в «поля» самолично никогда не выбирается. Видимо, считает ниже собственного достоинства. Но тут решил лично посмотреть. Раз уж вы, сеньор Маринари, так настойчивы в вопросах пересмотра своего рейтинга. Так что радуйтесь, это действительно большая честь.

— Гхым…

— Чисто! — крикнул один из мужиков-охотников.

— Чисто! — вторил ему напарник.

И тут же в дверь, едва протиснувшись, вошёл ещё один человек. По всей видимости, сеньор Бардоне. И что-то мне подсказывает, что у них в конторе существует некая градация — кто толще, тот и старше. Я-то думал, что Пуччини жирный, а этот товарищ так вообще… круглый.

Не обращая на меня никакого внимания, сеньор Бардоне с выражением глубокого презрения и брезгливости осмотрелся вокруг. Сука! Рожа такая, как будто в привокзальный сортир зашёл. Тем временем его помощник наконец-то снизошёл до владельца ресторана.

— Здравствуйте, сеньор Маринари! — подошёл ко мне этот вечно недовольный товарищ. — Меня зовут Жакомо Ваньюччи…

— Ни разу не сомневался.

— Что?

— Я говорю, очень рад приветствовать вас в «Марине».

— Да, — кивнул гад. — Но давайте уже наконец-то приступим к проверке…

И мы приступили.

Долго, дотошно, муторно. Короче говоря — как обычно. Стандарты ведь примерно во всём мире одинаковые, так что ничего удивительного или нового для меня не было.

Сперва прошлись по холодильникам, проверили товарное соседство и маркировки. Маркировки, кстати! Как знал! Буквально позавчера вручил Петровичу маркерный пистолет и заставил оббежать с ним всю кухню. Домовой бурчал о том-де, что «всё полезно что в рот полезло», и качество продукта нормальные люди понимают на вкус и запах, но всё равно сделал что велено.

Дальше прошлись по оборудованию. По посуде, на которой не обнаружилось ни единого скола. По журналам, которые я с недавних пор вёл каждое утро. Замена масла, приход, уход, бракераж, дезинсенция.

Потом сеньор Ваньюччи чуть ли не на час засел над накладными и ТТК — что именно хотел в них обнаружить мне не совсем непонятно. То почём я покупаю продукты и что именно из них готовлю вообще никого не должно е… э-э-э… беспокоить.

Но уж раз хочет, то пожалуйста.

Аврора с охотниками тем временем тоже не скучали и изучали оборудование на предмет артефакторики и аномалий. Тут я на мгновение затревожился насчёт Петровича, но в какой-то момент почувствовал, что домовой проснулся, смекнул что к чему и теперь помогает мне проходить проверку.

Как я это понял? Да вот так, блин — на ручке моего чудо-ножа школьной замазкой вдруг стало написано «РЫБА». Да и другие ножи сами собой подписались — «МЯСО», «ХЛЕБ», «ОВОЩИ». Хреново только то, что в одном итальянском слове из четырёх букв Петрович умудрялся сделать минимум две ошибки. Я прямо увидел, как домовой по-детски прикусывает язык от старательности, выводя эти каракули.

Короче! Каноничные мелкие пакости, которые ожидаешь от домового, сейчас работали в мою пользу. Да и не пакостями вовсе были. Так что проверку ресторан «Марина» держал с честью и достоинством.

— Как в лучших домах ПарЫжа и ЛондОна, — улыбнулся я, когда сеньор Ваньюччи впервые похвалил меня за сушильный цех, чуть задержался наверху и шепнул. — Петрович?

— Чо? — раздался шёпот из самого тёмного угла.

— Дело есть. Слушай меня внимательно. Прямо сейчас иди ко мне в комнату, возьми телефон и…

Короче говоря, я придумал ЦУ как раз для домового. Уж не знаю поможет или нет, но лишним точно не станет. Ну а потом, конечно же, дошло и до органолептической экспертизы. Едва не падая в обморок от одышки, сеньор Бардоне вылез из подвала, уселся за центральный стол и впервые с момента начала проверки обратился напрямую ко мне:

— Ну что ж. Давайте посмотрим на что способна кухня заведения, претендующего на повышенный рейтинг.

— А давайте, — согласился я. — Настоятельно рекомендую вам отведать agnello al forno. С пылу, так сказать, с жару.

— Несите.

Бардоне снисходительно кивнул, и я пошёл на кухню. Готовить, по сути, было не надо, только красиво сервировать и вынести в зал. Однако я специально чуть задержался и попросил Джулия подать проверяющему кофе. Из зёрен, которые зарядил едва уловимой ноткой умиротворения. Безопасное, едва уловимое и не вызывающее подозрений воздействие. Чисто для того, чтобы сеньор Бардоне усмирил своё высокомерие.

— Я сам отнесу, — сказал я кареглазке, взял чашку и двинулся к столу.

По пути прихватил с барной стойки чебурашку.

— Русская традиция, — улыбнулся я и усадил игрушку на соседний с Бардоне стул.

А когда подавал кофе, наши взгляды с Бардоне втстретились и тут я внезапно кое-что понял. Ах ты ж сучара такая. Ах ты ж… короче! По мозгу как будто мурашки пробежали. А я, будучи сыном своих родителей прекрасно знаю, что это значит — вот она, одна из самых подлых магических техник.

Бардоне оказался менталистом. И прямо сейчас этот гад пытался ненавязчиво залезть мне в голову. Стандартный, базовый приём, чтобы прощупать слабину противника — понять его страхи и мечты. Короче говоря всё то, на чём можно сыграть.

И ладно я! На меня где сядешь, там и слезешь, как бы сеньору Бардоне случайно не захворать от попытки ментального воздействия надо мной. Но этот гад ещё и Джулию принялся прощупывать. Краем глаза я заметил, как моя официантка резко выпрямилась по струнке и встала на месте. Глаза дурные, а на устах глупая подобострастная улыбка.

— Джулия! — крикнул я. — У меня на кухне соус подгорает! Проверь, пожалуйста!

Кареглазка вздрогнула, будто ото сна очнулась, кивнула и быстро-быстро пошуровала на кухню. Подальше от менталки сеньора Бардоне, который раскинул свои щупальца по всему залу.

Сволочуга какая, а? Прямо сейчас он внушал всем вокруг, что он здесь царь и бог. Что его нужно любить, уважать, а самое главное отдать ему все свои деньги, лишь бы он остался доволен.

— Прошу, — я склонился перед столиком Бардоне чуть ниже, чем-то было положено по стандартам сервиса.

Сделал вид, что поддаюсь, короче говоря. Пускай думает, что его воздействие работает. Я даже позволил своему взгляду немного помутнеть и изобразил лёгкую заторможенность. «Да, господин, я ваш покорный слуга, господин, э-э-э-э». Внутренне же я наблюдал за процессом с холодным, почти научным интересом. Техника у Бардоне была грубая. Ему бы потренироваться и отточить, но нет. Типичный чиновник, привыкший, что его ментальная дубинка на и без того испуганных рестораторах работает безотказно.

Затем изображая покорного зомби побрёл на кухню за бараниной, вытащил её на стол проверяющему и стал наблюдать за тем, как он ест. Вкусно было сволочуге, но он так искренне старался это скрыть, что я аж невольно улыбался. И тарелка, надо заметить, под конец оказалась вылизана, что совсем не свойственно для «органолептической экспертизы».