Предназначенная
Шрифт:
При последних словах он уставился на меня. Я аж подавилась и закашлялась. Что я опять сделала? Или это намек на то, что я без спроса увязалась за опекуном? Надо же какая проницательность.
Рейден тоже покосился в мою сторону, но промолчал.
— Она та, о ком я думаю? — спросил Джак, по-прежнему не сводя с меня взгляда.
Я сидела, не шевелясь. Но от меня и не ждали реакции.
— Да, — кивнул Рейден. — Это ее дочь.
— А сын?
— Жив и здоров. Я свое слово сдержал – воспитал обоих как родных.
— Поражен, что она выбрала тебя, — пробормотал Джак, наконец, отворачиваясь от меня. — После всего, что было.
— Она была умной женщиной, понимала, что здесь их нельзя оставлять. Кем бы они выросли?
— Свободными волками, вот кем. А ты превратил их в шавок. Мой брат, наверное, в могиле перевернулся лицом в землю от такого позора.
— Не заговаривай мне зубы, — перебил Рейден. — Я хочу видеть границу. Немедленно.
Я не обрадовалась смене темы. Разговор был интересным. Стало ясно, откуда Джак знает Элис – он был знаком с ее матерью. Но оборотни снова переключились на пресловутую границу. Они сошлись в итоге на том, что ее надо осмотреть. Точнее Рейден очень на этом настаивал, и Джак, в конце концов, уступил.
После того, как альфа диких осушил очередной кубок (пятый по моим подсчетам), он поднялся. На ногах оборотень стоял твердо, как будто пил воду, а не вино.
— Я лично провожу тебя к границе, Рей, — заявил он.
Рейден встал и протянул мне руку. Я тоже иду? Впрочем, оставаться с незнакомыми оборотнями я не горела желанием. Уж лучше с Рейденом в лес. Да хоть на край света, лишь бы с ним. Стоп! Я тряхнула головой. Это уже из другой оперы.
Джак зажег факел от жаровни и, выйдя на улицу, повел нас в чащу. За нами увязались еще трое оборотней-мужчин. То ли в качестве охраны, то ли чтобы прибить нас где-нибудь в темноте. Но рядом с Рейденом не было страшно. Я не сомневалась: он легко со всеми справится. Самой странно насколько я верила в него.
Ночью лес походил на оживший кошмар. Ветви деревьев превратились в когтистые лапы и норовили схватить меня за волосы и подол платья. Я вздрагивала от уханья сов или других схожих птиц. Корни словно нарочно бросались под ноги, и я частенько спотыкалась. Не будь Рейдена, разбила бы нос. Он вообще вел себя как настоящий рыцарь: помогал, придерживал. На особо опасном участке вовсе подхватил меня на руки. Я только ахнула от неожиданности, а потом разочарованно вздохнула, когда он поставил меня на землю. Рейден усмехнулся моей реакции. Он явно наслаждался ролью защитника.
Я все гадала, что это за граница такая, и как скоро мы до нее доберемся. Не хотелось сильно углубляться в лес, да еще с такой компанией. А потом я увидела ее и забыла обо всем.
Световые шоу моего мира отдыхают. Казалось, северное сияние спустилось с небес. Стена света переливалась всеми мыслимыми цветами, искрилась и преломлялась. Живая, магическая граница потрясала красотой.
Теперь я лучше поняла ситуацию: есть граница и диким запрещено ее пересекать. Они заперты в резервации как в тюрьме. Их хваленая свобода имеет четкие рамки.
— Почему я не видела границу, когда мы приехали? — спросила у Рейдена.
— Днем она едва заметна.
Ясно, зачем мы пошли сюда ночью. Стоило проделать этот путь, чтобы увидеть подобное чудо.
Оставив меня возле дерева, Рейден вместе с Джаком приблизились к границе. Сияние подсвечивало лица мужчин, делая их похожими на восставших мертвецом с зеленой кожей. Минут пятнадцать два вожака ходили вдоль границы, присматривались и о чем тихо переговаривались. Но я не скучала, я любовалась магическим заслоном. Вот она магия в действии. Потрясающе!
— Ну что, убедился? — Джак выглядел довольным.
— Действительно, — а вот Рейден напротив насупился, — границу не пересекали.
Я внимательно слушала мужчин. Если граница в норме, значит дикие не имеют отношения к нападению на меня и к беспорядкам в городе. Или они обошли преграду с помощью магии? Подумав, я отмела этот вариант. Оборотни не владеют человеческой магией, а людей в поселении нет от слова совсем. Неужели это тупик, и мы зря проделали такой путь?
— А я говорил: мои в город не суются, — повторил Джак. — Вернемся в поселок. Ночь в самом разгаре.
— Мы пораньше ляжем спать, — возразил Рейден.
— Нет уж. Я настаиваю, чтобы вы задержались. Скоро начнутся танцы у костра.
— Звучит интересно, — сказала я и заслужила прожигающий насквозь взгляд от Рейдена. Его глаза светились в темноте как два фонарика.
— Вот, — обрадовался Джак. — Молодежь любит танцы. Идемте.
Обратная дорога, как это часто бывает, прошла быстрее. Вскоре мы были в поселении диких, где уже разожгли костер. Хотя нет, не так. Кострище. Искры долетали аж до облаков. Огонь освещал площадь и близлежащие дома. Оборотни собрались вокруг костра и передавали по кругу кувшин, наполняя кубки.
— Присядем, — Джак указал Рейдену на крыльцо общего дома, где постелили коврики, превратив его в лавку. — А ты иди к молодым, — это уже относилось ко мне.
Решив, что мужчинам надо посекретничать, я пошла к костру. Первый же оборотень вручил мне кубок с вином, и я охотно его приняла. Сейчас, когда все выпили и расслабились, дикие не казались враждебными. Скорее свободными и раскрепощенными.
У костра были не только люди, но и волки. Кто хотел, сменил личину. И это не осуждалось. Люди и волки стояли вперемешку, образуя одно целое. Я позавидовала диким. Им отлично живется в гармонии с природой. Куда лучше, чем городским оборотням с их вечной борьбой с собственной натурой.
Я как раз допила вино, когда заиграла музыка – барабан и свирель. Необычное сочетание. Барабан задавал мелодии бодрый ритм, а свирель добавляла нежности.
Начались танцы. И они обещали быть такими же дикими, как и сами танцоры.
Глава 18. Снегурочка
Танцоры окружили костер. Люди, волки, неважно. С каждым ударом барабана их становилось больше, но места хватало всем.
— Идем, — мне протянула руку какая-то девушка.
— Но я не знаю танца.
— Нет никакого танца, — улыбнулась она. — Есть ты и твои желания. Двигайся, как умеешь, как подскажет тело. Идем, тебе понравится.
Я уступила. Позволила втянуть себя в круг.
— Закрой глаза, — сказала девушка, — и отдайся мелодии. Она поведет тебя.
Я последовала совету. Подстраиваться под ритм долго не пришлось. Девушка была права: тело само знает, что и как делать. Надо просто ему не мешать. Осознав это, я окончательно расслабилась.
Ритм ускорялся, барабан бил чаще, и сердце ему вторило. Я распахнула глаза и увидела вокруг себя оборотней. Они полностью подчинились мелодии – красивые, сильные, необузданные, прекрасные в своей дикости.