Предназначенная
Шрифт:
— На какой запах?
— Запах, — мужчина прикрыл глаза, — самоходки, людей, — он шумно сглотнул. — Они… где-то… поблизости.
— Но как?
— Ты – оборотень..., — Рейден начал заваливаться на бок.
Я удержала его, не дав упасть лицом в землю.
— Так, — сказала себе, — только не паниковать.
Сделав пару вдохов-выходов, я удобнее устроила мужчину около дерева. Он был без сознания, все попытки привести его в чувства ничего не дали. Что же делать?
— Рейден прав: я все-таки оборотень, — напомнила себе. — Ну, или Элис. Справлюсь.
Бросать мужчину одного не хотелось, но иного выхода я не видела. Просто сидеть и ждать, пока он очнется, не вариант. Кто знает, насколько глубоки его раны и есть ли внутренние повреждения. Возможно, без квалифицированной помощи он вскоре умрет.
Отойти от Рейдена было сложнее всего. Я пятилась назад, пока чуть не упала, споткнувшись о корень. Это немного отрезвило, и я, наконец, повернулась к оборотню спиной. Если хочу его спасти, надо действовать, а не жалеть себя. Бесполезнее занятия нет.
Сейчас самое время включить способности оборотня. Что выбрать: зрение, слух, обоняние? Как легче найти самоходку? Поколебавшись, предпочла обоняние. Самоходка может быть далеко, среди зарослей ее не увидеть даже при самом идеальном зрении. То же и со слухом. А запах – идеальный вариант. Он разносится повсюду. Да и Рейден советовал сосредоточиться именно на нем.
Я настроилась на обоняние и усилила его. Лес взорвался тысячами ароматов: петляющая среди деревьев дорожка звериных следов, птица на ветке, поляна с цветами и какой-то ягодой – все это и многое другое улавливал мой нос.
Я крутила головой, выискивая самоходку, но не находила ничего похожего. Никаких следов. Самое худшее – меня отвлекал запах оборотня. Он тянул назад. Как будто к талии привязали веревку и тащат за нее. Сопротивляться зову было невероятно сложно, и я просто шла вперед, надеясь, что чем дальше уйду от Рейдена, тем легче будет почуять что-то помимо него.
Спустя полчаса блужданий по лесу я по-прежнему не чувствовала ни самоходки, ни полисменов, и понятия не имела в каком направление двигаюсь. Возможно, прямо сейчас я возвращаюсь к границе резервации, где меня ждут разъяренные дикие. Рейден зря доверился мне. Я бесполезна.
В полном отчаянье я остановилась. Куда же идти? Медленно оборачиваясь вокруг оси, смотрела по сторонам. Деревья, кругом деревья. Похожие друг на друга как близнецы. По ним невозможно ориентироваться! Сейчас уже была готова разрыдаться не Элис, а Алиса.
Вдруг между кустами мелькнуло что-то рыжее. Я давно подозревала, что за мной кто-то идет. То ветка колыхнется, то трава примята там, где я не ступала. Я списывала это на лесных жителей и отчасти оказалась права – это, в самом деле, был зверь, но не лесной, а домашний.
— Сит, — позвала я, не веря своим глазам. На мой голос из кустов выбрался любимец Элис. — Ты что здесь делаешь?
Я бы, наверное, меньше удивилась, если бы встретила инопланетянина. Я была уверена, что Сит остался в загородном доме. Но он здесь. Он что повсюду ходит за мной? Вот это преданность!
Я присела на корточки, и Сит мелкими перебежками добрался до меня. Зверек обнюхал мои пустые ладони и разочарованно вздохнул.
— Прости, — сказала я. — Ничего съедобного у меня нет.
В ответ он фыркнул и припустил обратно в чащу.
— Эй, ты куда?!
На мой окрик Сит притормозил и обернулся. Он словно ждал меня, приглашая идти за собой. Я еще раз осмотрелась. Особого выбора у меня нет. Была, не была, пойду за зверьком.
Сит забегал вперед, а потом поджидал меня. При этом зверек не менял цвет, оставаясь ярко-рыжим, чтобы я не потеряла его в зарослях. Такая забота умиляла. Но я все равно сомневалась: верно ли направление? Почему я решила, что животному под силу вывести меня из леса? Может, он ведет меня в чащу, где у него логово.
Вдруг до меня донесся, нет даже не запах, а его отголосок. Это была не самоходка, а что-то другое, знакомое, важное. Не для Элис, а лично для меня. Крылья носа задрожали в попытке удержать запах. Тонкая, едва уловимая струйка, тянущаяся вдаль, манила меня.
Мне в руки точно дали нить Ариадны. Вцепившись в нее, я стремительно приближалась к цели. Шла напрямик, ветви ломались и трещали под ногами, оповещая обо мне заранее. Для чувствительного слуха оборотней я напоминала медведя, ломящегося через чащу. Хорошо бы меня не пристрелили еще до того, как доберусь до цели.
В этой погоне за запахом я потеряла Сита. Или он ушел, посчитав, что вывел меня и дальше я справлюсь сама. Без него я бы до сих пор блуждала по лесу. Он стал моим героем. Прямо-таки супермен, спасший деву из беды. Это было странно и подозрительно, но сейчас меня занимали другие вещи.
Привлекающий меня запах усиливался, и вскоре я догадалась, что это, а точнее кто. Айзек. Это он манил меня. Я и не подозревала, что следователь так много значит для меня, пока не прочувствовала его. Все ноты, оттенки аромата. Айзек пах уверенностью и силой, а еще умом. Это сложно объяснить, но, как выяснилось, запах многое говорит о человеке.
Полисмены, узнав меня, поспешили навстречу. Первым шел Айзек, и я бросилась к нему в объятия. Едва руки следователя сомкнулись на моей талии, я вздохнула с облегчением. Теперь все будет хорошо.
— Элис, что стряслось? — Айзек был встревожен не на шутку.
Я мысленно посмотрела на себя со стороны. Да уж, выгляжу я так, словно пережила кошмар наяву. Впрочем, это недалеко от истины.
— Скорее, — махнула рукой, — этнарх ранен. Захватите простыни, сделаем из них носилки.
Нежный голос Элис еще никогда не звучал так властно. Полисмены опешили. Они привыкли к тихой, скромной девушке, а не к воительнице, приказывающей, что им делать. И все же они послушались. Помогло волшебное слово «этнарх».
Меня шатало от усталости. Сказывалась бессонная ночь и стресс. Но страх за жизнь Рейдена придавал сил. Я вела мужчин через лес, к оборотню. Обратной дороги не помнила, ориентируясь по-прежнему на запах. На этот раз на запах Рейдена. Улавливать его было проще простого. Казалось, я учую его и с другого конца вселенной. И все из-за нашей связи.
Вскоре мы добрались до цели. Состояние Рейдена не изменилось за то время, что я плутала по лесу в поисках помощи. Он все еще был без сознания.