Призраку не место в доме
Шрифт:
– Ну… полнолуние?..
На лестнице послышались шорохи и осторожный шаг по битому стеклу. Веня посмотрел на Илью.
– Не бери в голову, – ответил он. – Или тебе нравится идея убивать людей из-за непогоды? К тому же она не единственная, кто приехал сюда накануне.
– Кто ещё?
– Какой-то пожилой ветеран и писатель-сказочник.
– Думаешь: кто-то из них?
– Ха, да чтоб они о мой труп споткнулись! – улыбнулся он, разведя руками. – Я бы не стал подозревать их только за то, что они не местные.
– А я бы стал, – вставил Костя. – Сюда даже слоны умирать не приходят, а тут сразу трое приехало.
– Даже писателя подозреваешь?
– А что, если он читает детям сказки только для прикрытия? А сам убивает, чтобы хороший детектив написать.
– Художник рисует с фруктов на столе, а этот – с трупов на земле? – иронизировал Илья. – Пока нет доказательств, ты не в праве сомневаться. Это обижает человека.
– Да мне насрать!
– Надо что-то делать, – поднялся Веня, – не зря же мы тут собрались!
– Что ты хочешь больше: словить убийцу или людей, что заметают следы? – спросил Костя.
– Твою мать! Надо срочно идти к магазину, пока там ещё есть улики!
– Ну его нахрен, – покачал головой Костя, уперевшись в стену, – сейчас нас всех там положат.
– Я с тобой, – вскочил Илья. – Ай! – скрутился он, схватившись за сердце. – С-су… сердце!
– Завязывал бы ты курить!
Веня отобрал у него бычок и швырнул в стену. Град искр фейерверком рассыпался на пол. Илья медленно опустился на пол.
– Не мороси, – ответил он, подняв болезненный взгляд, – сейчас отлежусь… и пойдём.
В ответ хлопнула дверь. На миг забежал свежий воздух. Ребята остались вдвоём, пока беглый шаг отдалялся от них.
– Вот же деби-ил! – схватился за голову Костя. – Ну куда он один ночью…
– Эй, – хмуро посмотрел Илья в его перепуганные глаза, – заведи себе привычку говорить так, чтобы не боялся повторить.
– А как мне его назвать?! Упрямый, как корнеплод… Его же грохнут!
– Забентуй пасть, если сказать ничего толкового не можешь!
– А ты сам подумай, – переметнулся к нему Костя, – если бы они хотели быть незаметными, стали бы разъезжать на машине там, где не у всех велосипед есть?
Глаза Ильи округлились, а лицо побледнело. Он был готов бросится в погоню за другом, если бы только мог встать.
– Это ловушка, – прошептал он. – Останови его! Ты ещё успеешь! Давай!
– И бросить тебя? – возмутился Костя. – Да не в жизни.
– С меня не убавится, не первый день живу с этим!
Костя не знал, что ответить. Илья прожигал друга глазами, пока его беглый взгляд искал, за что зацепится.
– Его только пуля остановит, – наконец ответил он.
3
Снаружи господствовали тьма и холод, наступивший с приходом звёзд. Худые просёлочные дороги гнали Веню в самое сердце – к магазину с виду напоминающий сарай. Тишину прорубали крепкие мужские крики и возбуждённый собачий лай. Среди тех, кто не спал, был человек, зашедший сюда втайне.
Ступив на мост, Веня сбавил шаг, магазин был совсем рядом. Накрыв бритый затылок капюшоном, Веня притаился в кустах. Всматривался – никого, и вокруг лежит мёртвая тишина. Вене и раньше приходилось видеть места преступлений, но от этого места как-то по-особенному стыло что-то внутри, как стыли ноги.
Веня кошачьей поступью обогнул магазин: ни тела, ни следов борьбы здесь уже не было. Он обходил окрестности снова и снова – ничего. Найти улики туманной ночью в грязном снегу, перетоптанным в кровавую кашу, было почти невозможно, как вдруг…
Звенящая бутылка побежала по асфальту и врезалась в сугроб. Чьи-то шаги. Очень шумные для такого места шаги. Словно этот человек вовсе и не пытался скрыться, раствориться в ночной мгле. Сердце прыгнуло, пульс брал разбег. Кровь согревала поледеневшие пальцы. Мысли путало навязчивое «бить или бежать». Бежать! Точно бежать! В погоню за фигурой, стремительно покидавшей место преступления.
– Эй, стой! – вдруг выпало у него изо рта.
Тёмная фигура только дрогнула и пустилась бежать, скользя и спотыкаясь. Веня бросился следом. Разглядеть негодяя не удавалось, а вот догнать получилось. Повалив незнакомца в снег, он понял, что в руках у него не жестокий убийца, а фигура хрупкой девушки. Порой, внешность бывает обманчива…
– А-а-а! – вскрикнула она.
Она перевернулась на спину. Из-под шапки блеснули испуганные глаза и выпали растрёпанные волосы. Веня застыл в недоумении, однако отпускать её не спешил.
– Что ты делаешь!? Пусти! ПО-МО…
Веня заткнул ей рот.
– Заткись! Кто тебя подослал? Где остальные? Что ты тут…
Не став дослушивать, она укусила его за палец. Веня резко одёрнул руку.
– То заткнись, то отвечай, – она глазами нарисовала дугу. – Отвали от меня, шизик!
Тьму вспорола яркая вспышка, родившаяся вдалеке. Две жёлтые фары несутся прямо на них по мосту, ведущему в тупик.
– Бери, что хочешь, только отпусти меня! – её тон внезапно перешёл на мольбу, а лицо потеряло хладнокровие.
– Это не за тобой? – нахмурился Веня.
– Я не хочу это проверять! Пожалуйста…
Веня оторвал девушку от земли и, крепко схватив за руку, побежал навстречу машине.
Летящие навстречу фары блеснули в испуганных глазах. Сердце накачивало кровь горячим адреналином. У неё появились силы на сопротивление.
– Нет! Отпусти! Я не хочу! Мне больно! – истерила она, вырываясь из рук и падая в грязь.
Это сильно замедляло. Веня явно спешил, словно боялся, что они проедут мимо. Он жёстко выломал ей руку – она закричала от боли. Веня взвалил её не плечо. Ноги скользили по мокрому снегу, но Веня только набирал ход. Заскрипели тормоза. Хлопнули двери. Мотор замолчал.
– Вставай… Эй, ты меня слышишь?..
Веня открыл глаза. Он лежал на твёрдом песке, а рядом сидела она, ударяя его в плечо. Здесь, под мостом, почти не было снега. Они скатились сюда по крутому склону раньше, чем на них упал автомобильный свет.
– Просунулся? Надеюсь, тебе больно! Я бы хотела сказать «спасибо» за то, что не выдал меня, но ты меня сильно напугал! В чём проблема сразу сказать…
– Давно я отключился? – приподнялся Веня, вспоминая резкий спуск.
– Секунд пятнадцать.