Чтение онлайн

Девчонка Барса довольно быстро сообразила, что её новый мужчина – это не принц на белом коне. А скорее – демон на «Кадилаке».

И она, вместо того чтобы испугаться и сбежать, пошла ва-банк.

Она делала это, чтобы от Самира избавиться. Пыталась сначала защиту найти. Логично, хоть и глупо. К кому пришла? Ко мне.

Потом уже заявилась, чтобы просто поработать и узнать про Барса. Или чтобы побесить его.

У девчонки есть какой-то сатанистский талант находить самые больные места Барса и давить на них.

Видеть, как Самир Тарнаев, король провокаций, лорд адреналина, превращается в ревнивого, невменяемого подростка из-за одной девчонки...

Это лучшее удовольствие.

Моё тёмное удовольствие от того, что у Барса крыша ехала, было сладким, как месть.

Но, надо отдать должное. Девчонка – огонь.

Сначала она засадила Барса. Буквально. А потом, когда он её нашёл, взорвала ему мозги.

Огонь девчонка. Безусловно.

Но моя – всё равно лучше.

Нет никого лучше Яны.

Оставляя Барса, я двигаюсь к моей жене. Перехватываю её ровно в тот момент, когда она уже заносит ногу, чтобы таки залезть на проклятую тарзанку.

Обнимаю её за талию, тяну к себе. Девчонка не успевает даже пискнуть – её спина впечатывается в мой торс.

Желание вспыхивает мгновенно. Разливается по телу, подталкивая забить на всё и утащить девчонку в дом.

Сколько бы с ней не спал. Сколько бы времени не проводили вместе. Мне всё мало.

Это не жажда новизны. Это – ненасытность. Как голод, который не утолить, потому что его источник – бедовая девчонка.

Ещё надо. Ещё, сука. Всегда надо. Сейчас. Сию секунду.

Этот огонь не гаснет. Он тлеет под грудью постоянно. Ровное, горячее пламя обладания.

А такие моменты – когда она в моих руках, беспомощная и доверчивая, – они просто подливают масла.

И пламя вздымается до небес, ослепляющее, всепоглощающее.

Я прижимаю её к себе ещё сильнее. Чувствую, как её дыхание сбивается. Мои губы прижимаются к её уху.

– Ой, – она смеётся. – Привет.

– Привет, бельчонок, – мои губы прижимаются к её шее. – И что ты творишь?

– Хочу прыгнуть. Закрыть гештальт. Но… Эм…

– Стрёмно?

– Немного.

– Сюда иди.

Разворачиваю её к себе. Мои ладони сжимают её ягодицы через тонкий слой платья.

И рывком вверх поднимаю её. Не даю опомниться. Она взвизгивает, но её ноги обхватывают мой торс, бёдра сжимаются у меня на талии.

Она повисает на мне, как обезьянка, её руки хватаются за мои плечи. Её глаза огромные, доверчивые, но с тем самым огоньком авантюризма.

Я прижимаю её крепче. Так, чтобы она почувствовала каждую выпуклость моего тела. Чтобы она поняла, кто здесь сила. Кто решает.

Наслаждаюсь тем, как она трётся об меня, пытаясь удержаться. Её ладони скользят по моим плечам, ощупывают мышцы под футболкой.

– Обними крепче, – приказываю я. – Вместе прыгнем.

– Но ты в одежде! – её глаза округляются. – Я в одежде!

– Похуй. Держись.

Я не даю ей времени на новые возражения. Одной рукой, которая всё ещё держит её под ягодицей, я прижимаю её к себе так сильно, что у неё вырывается «ох!».

Другой рукой хватаюсь за верёвку. Пальцы сжимают мокрый, скользкий канат. Я проверяю натяжение одним резким движением. Держит.

Я отступаю на шаг, потом ещё на один, оттягивая верёвку назад. Яна раскачивается вместе со мной.

Её ноги сжимают меня ещё сильнее, её лицо прижато к моей шее. Я чувствую, как она зажмурилась.

И делаю шаг вперёд. Уверенный прыжок с края причала. На секунду мир замирает. Мы зависаем в воздухе.

Бельчонок вскрикивает – коротко, отрывисто. Ветер бьёт в лицо, холодный, свистящий.

И потом – падение.

Вода смыкается над головой. Глухой, булькающий гул. Темнота. Холод обжигает кожу, проникает сквозь одежду мгновенно.

Но я не отпускаю. Мои руки – стальные тиски вокруг девчонки. Мы погружаемся. Пузыри воздуха вырываются изо рта.

Выныриваю. Вода хлещет с головы, забивается в уши, но этот привычный шум – ничто.

Сразу встаю на ноги. И всё ещё держу Яну на руках. Не отпускаю. Не могу.

Будто если отпущу – она растворится, окажется сном, а я проснусь в своей холодной постели в пустом пентхаусе.

Девчонка отфыркивается. Часто-часто моргает, сгоняя с ресниц капли. Вода стекает по её лицу ручьями.

Платье прилипло к ней, как вторая кожа. Оно тёмное от воды, и сквозь ткань проступает всё.

Каждый изгиб, каждая линию, которую я знаю наизусть, но каждый раз вижу, как в первый раз.

Ткань обтянула её маленькие, упрямые груди, чётко очертил круглые, налившиеся за эти годы соски.

Яна похожа на русалку. На дикую, прекрасную, выловленную мной из глубин собственными руками.

Моя русалка. Моя белка. Моя проблема.

В её глазах сияет ошеломлённый восторг. Дикий, детский, чистый. Она только что кричала от восторга, падая с высоты.

А теперь смотрит на меня, и в этих золотистых глазах, отмытых озёрной водой, я вижу всё.

Доверие. Безумие. Любовь.

Забавная и пиздец какая любимая.

– Не страшно было? – усмехаюсь я.

– С тобой никогда не страшно, Демид.

Больше не могу терпеть. Наклоняюсь и захватываю её губы своими. Солоноватый привкус озера смешивается с её собственным, знакомым, сладковатым вкусом.

Я облизываю её нижнюю губу, провожу по ней кончиком языка, наслаждаясь её лёгкой дрожью, тем, как она наливается кровью, становится пухлее, горячее.

Возбуждение накатывает тяжёлой, горячей волной. Оно пульсирует в паху, растекается жаром по животу, сжимает горло.

Как мало её. Как хрупко она помещается в моих руках. И как сильно я её хочу.

Не просто трахнуть. А обладать. Наслаждаться. Пить из неё эту жизнь, как эликсир.

Яна отвечает. Сначала робко, затем всё увереннее. Её губы оживают, двигаются в ответ.

Мокрые, прохладные ладони прижимаются к моим щекам, скользят в мокрые волосы на затылке. Она тянется ко мне всем телом.