Продам киску. Дорого
Шрифт:
Мать улыбнулась, поняла, что дочь любит зятя, почувствовала нежность в ее голосе.
– Вот и хорошо, вот и ладно, - быстро согласилась она.
– Да я не о Танни. У нас все гладко, хоть и тоскую по вам, лесу, небу голубому, - призналась девушка. – Меня беспокоит Леда. Ее совсем недавно украли, так она вены вскрыла…
– Триглав, дай разума дочери твоей!.. – прошептала Прасковея.
– Я раны залечила, да и следят за ней теперь, но, боюсь, желания жить дальше у нее нет, - вздохнула Мурава. – Жених у нее в городе остался. Любимый.
И тут я вспомнила, что мне рассказывали дух замка и лункс о местных законах.
– А тот эльф, что ее украл, уже… - я замялась, подбирая слова, чтобы выразить мысль.
– Если ты про ложе, то не успели они, - поняла меня с полуслова Мурава. – Он ее на минуту одну оставил у накрытого стола и…
В общем-то, и я все поняла без слов, но тогда выходило – у девушки появлялась надежда на возвращение.
– Можно же выкуп собрать, - предложила вариант.
Прасковея улыбнулась и посмотрела на меня, как на глупого, но забавного котенка, запутавшегося в пряже.
– Можно-то оно можно, - кивнула Мурава. – Только суммы на выкуп такие, что всем градом не собрать. Разве что какой-нибудь добрый человек драконьи сокровища отыщет, да на благое дело их пустит.
Конечно, говорила она о том, чего никогда не случится, однако ее слова натолкнули меня на мысль.
– Драконьи сокровища, говоришь… - повторила за ней я, размышляя о том, с чего начну разговор с дядюшкой Грином.
Обе женщины посмотрели на меня с надеждой, но про свои планы я им рассказать не успела. Да и надо ли? Я же не знала, если ли у Каорских сокровища. И даже если они имеются, то это не мои деньги. Зачем обещать зря?
Дверь распахнулась и в комнату фактически влетел тот самый эльф, который страстно лобызал Мураву в «звезде миров». Правда, сейчас он был грозен и страшен, поскольку в руках держал… меч? А это еще ему зачем?
Он остановился, оглядел комнату, накрытый стол, нас с Прасковеей, Мураву, едва не подавившуюся шаньгой и опустил оружие, хотя заговорил весьма недовольным тоном:
– Кто вы такие? И что делаете в комнате моей жены?
А ничего… Хорошенький. На мой вкус кожа темновата, зато на ее фоне ярко горят синие глаза. Фигура опять же спортивная. Сразу видно, не избалован тещиными плюшками.
– Танни, ты чего?.. – шикнула на него молодая супруга. – Это мои мама и сестра навестить меня приехали, раз нам никак не выбраться.
– Мама… - осекся эльф, а потом со всем почтением поклонился Прасковее, чем растрогал добрую женщину едва ли не до слез. – Приветствую вас, давшая жизнь любимой моей! – напевно произнес он.
Прасковея поднялась, обошла зятя вокруг, а потом порывисто обняла, приговаривая:
– Хороший… Хороший… Ничего, что темненький, зато ладный какой…
Кажется, у Танни на темных щеках кожа стала еще темнее. Смутился бедолага, не привык к женскому вниманию.
Возможно, мы бы еще посидели – уж слишком трогательная вышла встреча, но браслет нагрелся, потемнел, и я сказала:
– Нам пора.
Прасковея кивнула. Знала, что с магией шутки плохи. Раз Спас предупредил, значит, самое время сматывать удочки и когти рвать.
– Ты уж береги ее, - попросила она зятя.
Эльф и без того был смущен, а сейчас и вовсе растерялся.
– Я жизнь за нее отдам – не задумаюсь, - пробормотал он.
– Живите оба, и будьте счастливы, - благословила их Прасковея.
Я же припомнила горницу в тереме, лункса, и мы перенеслись назад.
Глава 10
Признаться, я в терем переносилась с опаской. Что за порядки у них тут? Никакого житья нам, одаренным девицам, нету. Того и гляди – сопрут. И если у меня оставалась надежда на перемещение, то таким, как Мурава или ее горемычная подруга Леда вообще спасу нет. Темные эльфы, оказывается, еще ничего. Куда хуже светлые эльфы, оборотни и прочие собачки. А уж гномы так и вовсе темные лошадки – никто понятия не имеет, что от них ожидать. Даже доказать нереально – прут или не прут…
Кстати, одна любопытная мысль посетила меня, пока мы перемещались, да так засела в голове, что не давала покоя. И, разумеется, я поспешила ею поделиться с добрыми хозяевами. Конечно, после того, как мы убедились, что непрошенных гостей не было, и хвоста за нами тоже нет. Оказывается, браслет-оберег сработал из-за Танни, ибо стремился он к жене своей с одной мыслью – порубить на куски гостей непрошенных, то есть нас.
Ни в сказке сказать, ни в эротике снять. Не Овруч, а сплошной детектив!
И если уж откровенно говорить о магии, то я, скорее, ощущала себя ребенком, делающим первые несмелые шаги. Вряд ли мой дар можно считать панацеей от беззакония и мужского коварства. Как говорится, на каждую силу найдется управа. Нет никакой гарантии, что не существует никакой блокировки способностей и прочей ерунды. Да, пока я ничего об этом не знаю, но бабушка Вера, умея перемещаться, зачем-то бежала на Землю, унося в себе плод, надеюсь, любви. Хотя, Прасковея утверждала, что истинно одаренные лишь от великих чувств рождаются.
В общем, было о чем поразмыслить, пока я сидела на лавке и наблюдала за суматохой, которая поднялась сразу, как только мы прибыли.
– Отец! Что ты сидишь? – завопила с порога хозяйка.
Да так душевно завопила, что степенный Спас подпрыгнул и завертел головой:
– А? Что? Уж ни война ли часом? Враг у стен наших? – всполошился он.
– Ребенок не собранный, а у него одна война на уме! Ты Здравку вызвал? Надобно козу подоить, скотину накормить, вдруг он припозднится. Да на стол собирай, вечерить будем, а я пока мал-мало вещичек для Ритты соберу.
Все это Прасковея выдохнула, вытаскивая из чулана… огромный такой кованый сундук. Ничего себе «мал-мало»! В такой багаж весь мой земной гардероб с косметикой и вещами поместился бы, да еще место бы осталось.
– Вы чего туда складывать собрались?.. – в общем-то, так, из вежливости и от недоумения спросила я, не сильно рассчитывая на ответ.
– Молчи, Ритка! – цыкнул на меня лункс. – У нас в замке даже занавесок нет. В хозяйстве все сгодится!
Прямо едва не всплакнула от умиления, какой предприимчивый у меня кот. Я же смущалась, не хотелось у хозяев последнее забирать. Одежда и приданное может Мураве пригодиться. Вдруг удастся наладить контакт между миром темных эльфов и добрыми хозяевами.