Чтение онлайн

На входе нас встретила охрана. Узнав зачем мы здесь, один из охранников проводил нас в небольшое отдельное здание, где я стал заполнять кучу бумаг, а родственники помогали мне чем могли. В конце ко мне с помощью какого-то артефакта быстро привязали жетон учащегося, который является пропуском на территорию академию. Плюс мне дали адреса нескольких ателье, где я должен буду пошить себе несколько комплектов формы: все кто имел право находиться на территории академии обязан носить её. У преподавателей она была одного вида, у обслуживающего персонала другого, а у учащихся третьего. Принимавшая у меня документы дама предупредила, что заселиться в общежитие можно будет не ранее чем за три до начала учебного года. К тому же сроку я должен определится с дисциплинами, которые хотел бы изучать: были обязательные для всех и были которые выбирал сам учащийся из расчета того, чем он будет заниматься в будущем. Такой подход меня несколько удивил.

При выборе учебных дисциплин, которые я буду изучать, решил, что раз уж являюсь чародей, то стоит свою судьбу связать с рунами, а в дополнении выбрал ещё механику и воздухоплавание, ну и все сопутствующие им предметы. Причем механика и воздухоплавание оказались здесь очень взаимосвязаны. Хотя я первоначально подумал, что механику относиться к автомобильному транспорту или к железной дорогой. Ими вообще здесь никто не занимается, так что у меня большое поле деятельности.

Надо отметить, что руны мог нарисовать любой человек, но чтобы они работали, их должен наносить именно чародей, вкладывая в них пропущенный через себя эфир. Может конечно наносить маг, но такие руны существуют в пять раз меньше, так как обычно они вкладывали много эфира чем необходимо и только единицы из них могли наносит их как надо. По этой причине руны изучают только чародеи, а остальные только пользуются их трудом.

Возвращаясь домой сестра Нарда спросила у Арганы:

– А какие ещё есть праздники в академии?

– Официальных всего два и один не официальный - день богини любви Верены.

– Как?
– удивленно остановился я. 'Верена - это почти как Венера!' - пронеслось у меня в голове.

– Верена - богиня любви и домашнего очага. Она одна из двенадцати старых богов, - стала объяснять Аргана, - многие до сих пор её почитают.

– Интересно!
– покачал я головой.

– Праздник учащиеся отмечают в первый месяц лета и он ещё символизирует окончание учебного года. Он неофициальный и возник после того как в академии разрешили учиться женщинам.

– А как он возник?
– поинтересовался Астронг.

– Ну, - покраснела двоюродная сестра, - двоих влюбленных застукали в кустах. Обоим грозило отчисление, да к тому же вставал вопрос об отмене разрешения обучаться женщинам. Но влюбленных защищал один из учащихся, он потом стал очень известным правоведом. На суде он смог убедить всех, что парень и девушка любят друг друга и хотят летом пожениться. А как известно ещё с древних времен за десятину до праздника в честь богини Верены и десятину после...
– замялась уже почти пунцовая Аргана.

– Мы поняли, - пришел я ей на помощь, - продолжай.

– Через девять месяцев есть большая вероятность, что родиться ребенок с даром. В общем влюбленным сделали внушение и отпустили, а они летом поженились.

– То есть, ты хочешь сказать, что в конце лета учащимся принято кое-чем заниматься?
– несколько озадачено поинтересовался я. Как-то у меня не бился местный этикет и оргии.

– Нет! Что ты!
– быстро закрутила головой двоюродная сестра, - только если влюбленные, которые хотят пожениться, а иначе тебя нарядят в шкуру петуха.

– Это ещё что такое?

– В академии лет пятьсот назад возникла традиция: если кого-то признали виновным в чем-либо серьезном, то на площади перед главным зданием голого посадят в бочку со смолой по шею, а затем обсыплют перьями и будут гнать плетьми до ворот академии.

– И многих так гоняли?

– Одиннадцать преподавателей и около трех десятков учащихся за весь период существования академии. Но это за серьезные правонарушения и их надо ещё обязательно доказать.

– Например?

– Пять преподавателей за воровство, одного за то, что он приставал к учащейся с возмутительным предложением, двоих за сведение личных счетов, одного преподавателя за то, что он шпионил в пользу наших врагов, а ещё одного за плохое преподавание - он очень плохо знал предмет, а своё место занял благодаря протекции главы. Самого главу тоже впоследствии одели в шкуру петуха за воровство и кучу других преступлений. А его бюст учащиеся заменили на скульптуру петуха с головой главы. Она так и должна стоять до сих пор там.

– Ты это прочитала в книгах?
– удивлено посмотрел я на Аргану.

– Нет, - покачала головой двоюродная сестра и опустив глаза чуть тише произнесла, - мам рассказала.

Как мне рассказывали: супруга дяди Грина была очень умной и веселой женщиной. Её все очень любили. Её с дядей старший сын погиб на последней войне: он только закончил академию и попал на линкор, который был сбит во время одного из сражений. Бой был очень жаркий и каждый корабль дрался до последнего, при этом кто-то из молодых лейтенантов предложил выкинуть все амулеты левитации - либо победим, либо смерть. Его все поддержали. Когда у отца Грина умерла вторая жена, то именно супруга дяди настояла, чтобы десятилетняя сводная сестра воспитывалась в семье Грина вместе с их сыном. А через десять лет отец Валда и сводная сестра дяди поженились. Так, что гибель супруги дяди Грина и для нашей семьи большая утрата.

***

По возвращению домой мы застали осматривающего дядю доктора.

– Это эрл Трей, - представил нам врача Грин. Мы в свою очередь тоже представились. Как мне рассказывали раньше: доктор служил на корабле вместе с отцом и остальными, а сейчас занимается частной практикой. Много эрл Трей не зарабатывает хоть и считается очень хорошим врачом: за время службы он получил очень хорошую практику по всевозможным ранениям и поэтому пациенты у него были в основном военные, у которых никогда не бывает много денег. Не смотря на не великие доходы и необходимость копить деньги на учебу в академии, а также приданное четырех дочерей, доктор старался, чем может, помочь старым боевым товарищам, а те в свою очередь не забывали его.

Сам доктор был небольшого роста и довольно упитанным, от чего походил на шар. Когда мы вошли, он о чем-то болтал с Медведем и дядей, одновременно осматривая рану последнего. У меня сложилось впечатление, что доктор был довольно жизнерадостным человеком:

– Так это, что ещё такое?
– произнес врач себе под нос, - а не важно, скорее всего лишнее, поэтому отрежем, - и улыбнувшись посмотрел на поморщившегося Грина, - в этот раз ты отделался всего лишь одной ногой. Через пять недели танцевать будешь!

– Хорошо бы, - ответил дядя.

– Кого ещё ты видел из наших?
– произнес Медведь, когда врач стал доставать из своей сумки какой-то прибор.

– Щербатого, Данга и Рыжего. Эта неразлучная троица появилась две недели назад и сейчас ищет работу. Ко мне заходили и спрашивали о капитане - думали к нему наняться, если тому нужны охранники. Они ничего не знали его смерти и узнав сильно огорчились. Если, что их можно будет найти в таверне у Пройдохи.

– А от Якоря ничего не слышно?