Чтение онлайн

— Где она? — грубо убирая руку, спросил он.

— Там, где не сможет помешать нашему счастью. Мы собираемся не только заключить сделку, но и создавать семью. Наш брак — коалиция силы. Объединившись, мы будем очень полезны друг другу. Моя семья даст тебе доступ в круги светской знати, увеличит твой доход, а ты поделишься своей магией.

Граф слушал ее сладкую речь и с каждым словом злился больше и больше. Он теряет время на глупые слова, которым не суждено сбыться.

Мужчина дотронулся рукой до виска Милены, второй обхватил ее за талию, чтобы она не упала. Тело графини обмякло, она закрыла глаза и склонила голову на грудь Уорика. Со стороны выглядело так, словно они пара влюбленных, которая мило обнимается.

Граф не мог отследить, куда перемещалась Милена, но имел возможность воспользоваться своей силой и заставить сказать нужную информацию.

Лицо графини оставалось безмятежным, словно она просто закрыла глаза, наслаждаясь обществом любимого. На самом же деле она была в полной власти графа. Милена задыхалась. Черный и холодный дым мрака заполнил все внутренности, ужас сковал тело. Что-то страшное жгло кожу. Она одновременно горела в огне и замерзала во льдах.

— Где она? — повторил вопрос Уорик. — Куда ты ее переместила?

— Лес Шанг, — осипшим голосом проговорила Милена.

— О, граф, рад вас видеть, — проговорил вошедший в комнату отец графини. — Не буду мешать вашему свиданию, — смутился он, увидев позу, в которой находились Уорик и Милена.

— Вы не мешаете, — граф подхватил девушку на руки и отнес ее к дивану. — Ваша дочь неважно себя чувствует, думаю, к завтрашнему вечеру придет в себя. А пока вынужден откланяться.

Не дав сказать мужчине больше ни слова, Уорик растворился в воздухе, оставив после себя черный туман.

***

Оказавшись в лесу, граф искал ее… Он перемещался из одного места в другое, надеясь отыскать след Амели. Пускал в ход магию, но все напрасно. Здесь его сила не помогала. Площадь Шанга была огромной, его магия поглощала следы пребывания здесь всего живого.

Он искал ее до захода солнца, после — смысла не осталось. Если днем человек еще мог остаться живым, то ночью здесь не выживет никто.

***

Утром Амели разбудили удары колокола. Встав с постели, она не могла понять, почему так шумно. И лишь взглянув в окно, увидела причину. Дети разных возрастов выстроились в шеренгу возле площади, находящейся за оранжереей. Они внимательно слушали говорящего мужчину, а потом дружно стали повторять за ним упражнения утренней зарядки.

В дверь постучали, и, не дожидаясь ответа, в комнату вошла полноватая женщина, которая несла перед собой емкость с водой.

— Доброе утро, — поздоровалась она, ставя ношу на пол. — Приводите себя в порядок. Вас уже ждут во дворе.

— Доброе утро. Спасибо.

После того как женщина ушла, Амели быстро приняла водные процедуры и, облачившись в одно из платьев из шкафа, вышла на улицу.

Под навесом стоял стол, за которым сидели шестеро мужчин разных возрастов. Каждый из них по очереди встал и представился. Они называли свои имена и должности. Сначала Амели не поняла, что значит «эторс культуры», «эторс дисциплины». Дети и преподаватели! Это заведение что-то вроде закрытой школы при монастыре. Только в отличие от религиозной общины, здесь правили свои законы, пока не известные девушке.

— Извольте разделить с нами утреннюю трапезу. Будем рады вашему обществу.

— С превеликим удовольствием.

Никто из присутствующих не поднялся и не отодвинул стул. Видимо, в этом мире или в этом заведении другие правила этикета. Амели села на свободное место и со всеми принялась за предложенную пищу, которая не отличалась изобилием.

Она старалась мало говорить, а больше слушать. Отвечала на вопросы с улыбкой и односложно: лишь «да» или «нет».

В процессе разговора Амели выяснила, что к ним пришло письмо от ее имени, в котором она желала занять свободную должность сансы пестуньи для самых маленьких детей.

В ее обязанности входило проводить с ними день, занимать их играми, беседами и трудовой терапией. Они малы для учения, но уже должны привыкать к основному режиму.

После завтрака ее познакомили с группой малышей, которая состояла из шести человек: четверых мальчиков и двух девочек.

Амели пришла в восторг от новой работы. Узнать бы еще, во что обычно играют дети этого мира. Но никаких правил или методичек по этому поводу не было. Геран лишь дал ей расписание детей. И каждый день разная трудовая терапия: вырывание сорняков, подметание пола, шитье, выкладывание камней. Работа, которую могли выполнять ее подопечные.

Познакомив ее с детками, мужчина удалился, а Амели осталась наедине с малышами, которые стояли в ряд с опущенными головами.

— Ну что ж, по расписанию у нас беседа на разные темы. Сегодня я предлагаю познакомиться поближе. Каждый из вас расскажет о себе.

Детки несмело переглянулись между собой и по очереди начали рассказывать свои истории.

Все они оказались сиротами или из семей, где им не рады. Рассказали то, что им поведали преподаватели. Каждый имел загадочное происхождение, о котором не принято рассказывать посторонним. Детям было от трех до пяти лет, но у каждого из них — взгляд взрослого человека.

Амели пыталась найти с ними общий язык, и после слов детей у девушки появлялись новые и новые вопросы.

Куда она попала? И чему здесь учат? Это не приютский дом и не монастырь. Начальная инстанция, вот только для чего?

День прошел в ознакомлении с правилами заведения. Несмотря на то, что точных указаний, как проводить игры и о чем беседовать, не было, все выполнялось четко по времени. Дети обедали, трудились и спали по часам.

Когда закончился первый рабочий день, Амели попросила бумагу и чернила. Вечером она расписала план занятий и словила себя на мысли, что ей это нравится. Зря на Земле не выбрала профессию воспитателя или преподавателя.

***

Уорик лежал на земле с закрытыми глазами, раскинув руки в стороны. Над ним сгущалась черная туча, которая проникала в его тело.

— Ты что делаешь? — появившись рядом, проговорил Моитес.

Он высоко поднял руку и призвал мрак к себе, развеивая черноту вокруг Уорика. Подойдя к племяннику, схватил его за руку и изо всей силы потянул к себе, заставляя сесть. Мужчина ударил графа по лицу, и тот открыл глаза. Черная дымка, заволакивающая зрачки Уорика, стала исчезать, показывая истинный цвет глаз.

Повернувшись к дяде, он какое-то время смотрел на него непонимающим и невидящим взором, а потом пришло осмысление.

— Мрак тебя побери, дядя! Зачем ты вмешался? — зло бросил он, поднимаясь на ноги.

— С этим шутки плохи! Ты слишком часто позволяешь мраку входить в свое тело, разум и душу!

— Я должен знать, жива ли она.

— Кто?

— Амели, — вздохнул Уорик и отвернулся.

Моитес непонимающе посмотрел на спину племянника. Он наведался к нему по делам из приисков и застал в таком положении. То, что делал Уорик, не сложно понять.