Чтение онлайн

Лицо мальчика было покрыто густым слоем грима, а глаза блестели от радости.

– Когда не стоит на месте?
– спросил Джанджи, заинтересовавшись.

– Когда нужно ехать в другой город, давать представление, он движется вместе со всеми домиками на колесах.

– И ты тоже хочешь уехать с ними?
– спросил озабоченно Джанджи.

– Не знаю, - произнёс неуверенно Мантeллина.

– Давай вернёмся вместе к Тури, - предложил Джанджи, обнимая своего друга.

– Хорошо, - ответил Аугусто. Но его голос снова прозвучал неуверенно; неужели он собирается остаться в цирке?

– Ты не хочешь?
– переспросил его Джанджи.

– Я здесь работаю, - ответил Мантеллина.
– И всё, что я ем, я зарабатываю сам, - понимаешь? А вечером, в постели, когда думаю об этом, мне становится легко-легко и я чувствую себя свободным.

Свобода! Свобода! Как хорошо чувствовать себя свободным! И Джанджи решил, что он больше никогда не вернётся к Гвидо.

Поезд мчался во весь опор. Вдруг вдали стала вырисовываться высокая гора, покрыта я снегом. На расстоянии она казалась не белой, а нежно-розовой, совсем прозрачной.

Озеро было спокойным, тёплым, приветливым.

Мария ожидала Антонио на пирсе. Каштановые волосы девочки, собранные в узел на макушке, сплошной густой массой падали на плечи.

Как только Антонио увидел Марию, он почувствовал себя очищенным, будто обновлённым. Он подошёл к девочке, посмотрел на неё, но не осмелился протянуть руку.

– Здравствуй, - сказала Мария.

– Здравствуй, - тихо ответил Антонио и впервые за много времени улыбнулся, но так, одними глазами, что Мария этого даже не заметила.

– Ну, ты доволен?
– спросила девочка.

Антонио кивнул.

– Спасибо, - сказал он с глубоким вздохом, любуясь солнцем, всё больше заливавшим берег, и тенями, которые теснились у подножия горы, взбирались вверх, скользили по домикам и исчезали.

– Я никогда ничего не забываю, - сказала Мария.- Папа тоже так говорит.

– Спасибо, - повторил Антонио, не сводя с неё глаз. Они двинулись в путь.

– Нандо уезжает через несколько дней. Я как только узнала об этом, сразу же тебе написала.

Дорога шла в гору. Вдруг Мария остановилась, повернулась и, предвкушая то ошеломляющее впечатление, которое произведут её слова на мальчика, объявила:

– Сегодня ты будешь у нас завтракать. Папа хочет с тобой познакомиться, а мама испечёт для тебя торт.

– Кассату?
– переспросил Антонио.

– Да, - смеясь, подтвердила Мария.

– Кассата делается с цукатами и с миндалём, - уточнил мальчик.

Дальше они шли молча.

– А кассата вкусная? Я её никогда не пробовала.

– Очень вкусная, хотя, по правде говоря, я ел её всего один раз, - ответил Антонио.
– Помню, она пахла цветами.

Они подошли к гончарной мастерской. Старичок в чёрном переднике доброжелательно встретил Антонио и, после небольшого испытания, сразу же взял его на работу вместо Нандо.

– Молодчина Мария!
– сказал своему новому помощнику старик Ансельмо.
– Она чуть ли не каждый день приходила справляться, когда уезжает Нандо. Вот уж плутовка! Больно ей хотелось найти место для своего дружка!

Девочка покраснела.

Небольшой домик с садом, в котором жила семья Марии, находился на самом берегу озера.

Торт, испечённый девочкиной мамой, был очень вкусным. Озеро напоминало Антонио море. Он снял ботинки и носки и побежал по песку босиком, несмотря на протесты Марии и её мамы. Только капитан смеялся. Мужчины лучше понимают друг друга ..

Когда Антонио вернулся домой, Карчофо лежал уже в постели, но не спал. От досады и злости волосы торчали у него на голове, как иглы. Едва парень открыл дверь, Джузеппанджело сел на кровати и решительно спросил:

– Где ты был?

Антонио вытащил из кармана железнодорожный билет и бросил его другу.

– Вот где я был, - сказал он.

Карчофо повертел билет между пальцами: Милан - Лавено, туда и обратно. «Спасибо тебе, святая Розалия!» - мысленно произнёс мальчик. Он облегчённо вздохнул, откинулся на спину, и даже волосы, казалось, легли у него на свое место. Потом вдруг мальчика охватило сомнение.

– Нашёл работу?
– спросил он.

– Нашёл, - ответил Антонио, не глядя ему в глаза, - временно.

– А!
– воскликнул Карчофо, несколько разочарованный.

– Я променял верное дело, весьма прибыльное, на временную работу ...
– сказал Антонио и отвернулся к стене, что-бы не расхохотаться.

Вдруг подушка полетела ему в голову. Антонио поймал её и, в свою очередь, бросил в Карчофо. Они долго боролись и смеялись - до тех пор, пока на глазах у них не выступили настоящие слёзы. И всё же они были счастливы.

Так Антонио и Карчофо снова, словно после длительно разлуки, нашли друг друга.

В музыкальном училище, где занимался Тури, на тревожные вопросы студентов, получат ли они работу после окончания курса, им отвечали весьма неопределённо и советовали не строить себе иллюзий, ибо мест очень мало и, конечно, на всех не хватит.

Тури был в отчаянии. Ему казалось, что он сходит с ума. Зачем же тогда он перенёс столько невзгод и лишений, потратил бездну труда, уехал из Мардзамеми, оставил дом, продал кастрюльки, матрацы? Зачем? Для чего?

– Как же я вернусь домой?
– спрашивал себя молодой человек.
– В Мардзамеми у меня не осталось ничего, кроме четырёх стен. Как же я буду жить там без гроша в кармане и без работы?

Коммендатор Валли, отец Гвидо, в эти дни тоже был в отчаянии, и ему тоже казалось, что он сходит с ума. У каждого свои заботы.

Над чем мог ломать себе голову коммендатор Валли?

Ведь у него было всё: роскошный особняк, дача на берегу моря, прекрасная вилла в горах, кухарка, горничная, камердинер, дворецкий, гувернантка-англичанка для сына, два шофёра и несколько машин, а также огромный счёт В банке, различные земельные участки и имения.