Чтение онлайн

– Помню конечно. Фильм замечательный, но насчет стертых файлов, конечно, придуманный. Иначе всегда бы существовал риск, что кто-то посторонний может войти в этот компьютер и узнать всю информацию.

– Вся информация по Шатену находится у меня, – снова повторил Головко, – и никто, кроме тебя, о нем не знает. Ни один человек, Юра, даже в нашем отделе. Тебе известно, что мы дружим с ним уже много лет и он мне как родной брат. Поэтому я никому не могу доверить его судьбу.

– Поэтому ты ищешь предателя среди других ведомств? – спросил Белобородов. – Что он тебе еще сообщил, кроме этого неприятного случая с группой Старика?

– Бразилец по-прежнему враждует с Отшельником. Оба никак не могут договориться. Судя по всему, они самые удачливые мерзавцы во всей этой преступной среде. Шатен считает, что у Отшельника тоже есть свой высокопоставленный информатор, который помогает ему осуществлять поставки. Иначе невозможно объяснить постоянные удачи Туманова.

– Тогда в следующий раз соберем всех на совещание и объявим им, что один из них работает на Бразильца, второй на Отшельника, третий тоже на кого-нибудь, а мы подозреваем всех троих, – разозлился Белобородов. – Ты вообще понимаешь, что говоришь?

– Юра, ты сам все лучше меня понимаешь, – сказал Головко. – Они не просто удачливые. Оба прекрасно понимают, что успешно действовать они смогут только в том случае, если имеют надежное прикрытие в лице кого-то из высокопоставленных офицеров. Так было всегда. И даже в советское время, и в девяностые, и сейчас. Просто раньше было меньше всяких крыс и офицеры понимали, что такое честь. А в девяностые это понятие исчезло, испарилось, улетучилось. И каждый офицер мечтал крышевать какую-нибудь банду, чтобы получать гарантированную оплату и нормально существовать. И поэтому мы сейчас сидим с тобой и гадаем, кто именно может нас предать.

– Шатен больше ничего не передавал? – уточнил Белобородов.

– Напомнил об их конфликте, – сказал Головко. – Он говорит, что ходят слухи о большом сборе. Именно для того, чтобы прекратить войну между Бразильцем и Отшельником.

– Большой сбор? Они думают их помирить?

– Конечно. Оба авторитета считаются руководителями славянских групп, хотя один наполовину кубинец, а другой мусульманин. Но все понимают, что кавказцы будут их теснить. Слишком много кавказских авторитетов осело в Москве. Поэтому никому не выгодно, чтобы Бразилец начал свою войну с Отшельником.

– С кавказцами понятно, – сказал Белобородов, – из Азербайджана их выгнали еще в девяностые годы. Гейдар Алиев объявил всем криминальным авторитетам, что им нужно покинуть республику в десятидневный срок. Все, кто понимал, – уехали. Кто не понял, остались и в течение трех дней были уничтожены. Говорили, что один особо крупный авторитет через несколько лет рискнул вернуться в Азербайджан и уже на следующий день получил пулю в лоб. С тех пор там никто не делал попыток нарушить запрет на въезд. А в Грузии, где количество титулованных «воров» вообще превосходит всякие мыслимые пределы, Саакашвили просто ввел уголовную ответственность за признание этого титула. Сделал, конечно, гениально, с учетом воровской специфики. Ведь настоящий «вор в законе» не имеет права отказываться от своего титула. Если он отказывается от него, то считается потерявшим моральное право так именоваться. А в Грузии ввели уголовную ответственность за принадлежность к «ворам в законе». И тогда все их преступные авторитеты оказались перед выбором – либо признаваться и идти в тюрьму на пятнадцать лет, либо уезжать из страны. Отказ от титулов они, конечно, не рассматривали. Вот и получилось, что большинство грузинских и азербайджанских авторитетов оказались у нас. Скоро их еще прижмут и в Армении, где Кочарян и Саргисян, прошедшие карабахскую войну, не станут церемониться с этим контингентом. И мы получим весь кавказский букет авторитетов в нашем городе.

– Судя по тем людям, которые ворвались в их парламент и расстреляли спикера и премьер-министра, там тоже не все ладно, – заметил Головко.

– Люди, прошедшие войну, не умеют договариваться. Они признают только язык силы, – напомнил генерал, – поэтому всегда должны быть и силовики и дипломаты. Первые воюют, а вторые пытаются договариваться. Хотя Наполеон считал, что первые побеждают, а вторые лишь закрепляют их победы.

– Если будет общий сбор, то мы можем задержать многих из них, – предложил Головко.

– И подставить Шатена?

– Нет. В любом случае нет. Постараемся узнать об этом по своим каналам. Можешь себе представить, какая это будет удача – если мы сумеем взять их всех разом.

– Посмотрим, – сказал Белобородов, – как у нас получится. И передай Шатену, чтобы был особенно осторожным. Все трое, кто сегодня у нас был, знают о том, что мы имеем своего человека, внедренного в банду Бразильца. И это обстоятельство меня нервирует больше всех остальных.

Невозможно работать без толковых помощников, когда тебе подчиняются сотни людей. Нужно иметь нескольких человек, которым ты доверяешь и которые, соответственно, руководят остальными. Иначе невозможно наладить любой нормальный процесс. Это азбука управления, которую Оскар Ваганов хорошо знал. Именно поэтому он так долго и терпеливо отбирал себе помощников, чтобы через них управлять остальными людьми. Он принимал их обычно в загородном доме, окруженном собственной охраной. Среди тех, кто сегодня к нему приехал, было четверо людей, каждого из которых он знал много лет. Никита Федунец, Игорь Широбоков, Таир Бицуев и Арсен Болкаров. Он мог поручиться за каждого из них. Он знал путь каждого, знал, чем они занимались последние десять лет, кто и в каких преступлениях был обвинен или разыскивался. Он должен был доверять всем четверым. Но именно поэтому испытывал некоторые сомнения.

Никите было пятьдесят шесть лет. Четыре отсидки, два убийства, грабеж в молодости, торговля наркотиками. В девяносто девятом он был тяжело ранен в перестрелке с сотрудниками милиции и чудом выжил. У него на теле еще оставались два пулевых ранения. Рассудительный, выдержанный, хитрый, опытный человек. Игорь Широбоков, двадцать девять лет. Руководил молодежной бандой отморозков, которые убивали приехавших гостей – вьетнамцев, корейцев, кавказцев, азиатов. Получил четырнадцать лет тюрьмы, отсидел восемь и вышел на свободу. После этого совершил еще два убийства, но о них никто не знает, кроме Ваганова. Дерзкий, вспыльчивый, заносчивый. Таир Бицуев. Тридцать семь лет. Этот попал в первый раз в тюрьму еще в шестнадцатилетнем возрасте. Затем в двадцать шесть был осужден за убийство. Сидел в одной колонии с Вагановым. Умудрился сбежать, задушив конвоира, о чем знала вся колония. Был снова арестован, но доказать его причастность к убийству не удалось. Получил восемь лет, из которых отсидел только три года и вышел на свободу. Умный, сильный, агрессивный. И наконец Арсен Болкаров. Тридцать шесть лет. Это профессиональный контрабандист, ни одной отсидки, но на его счету два убийства. Жестокий, мстительный, обидчивый.

Четверо помощников, которым Оскар должен доверять. И один из них может оказаться информатором полиции, которого никак не удается вычислить. Сегодня они приехали к нему впятером, вместе с Феликсом и он хочет с ними поговорить. Неужели и здесь его обманывают? Неужели среди этой группы есть тот самый информатор полиции, который так тщательно скрывает свою причастность к его некоторым проколам. Но про группу Старика ни один из них не знал. Именно поэтому группу ждали столько дней. И именно поэтому самого Старика убили. Знал Викулов, но он вне подозрений.

Ваганов посмотрел на своего заместителя. А почему, собственно, он все время считает, что Феликс вне подозрений? Только потому, что он жестокий убийца? Но другие тоже далеко не ангелы. Или потому, что Викулов уже много раз доказывал свою преданность? Но и другие готовы разорвать любого по первому приказу самого Бразильца. Тогда почему он так слепо доверяет своему заместителю? Любого можно купить, это он точно знает. А звероподобный Феликс любит роскошь, ему нравятся красивые женщины. Он тратит на них немыслимые деньги. Находит самых дорогих, а потом получает удовольствие от унижения этих женщин. Какой-то странный садизм – платить такие деньги женщинам, а потом их унижать и мучить. Может, у него куча скрытых комплексов. Или такой садист не может быть осведомителем полиции? Конечно, может. Выбирают всегда тех, на кого можно собрать компромат, кому нужны деньги, кто готов пойти на сделку. И все-таки это невозможно. Феликс не пойдет на сделку с полицией. Он слишком сильно ненавидит ментов. А если это обычная игра? Ваганов снова посмотрел на Викулова. Нет. Он не должен его продавать. Хотя бы потому, что ему самому будет невыгодно. Место самого Бразильца он все равно занять не сможет. Коды и шифры в зарубежных банках знает только сам Ваганов, и своих осведомителей, среди которых есть и Министр, знает тоже сам Ваганов. Значит, на этом Викулова не купишь. Деньги? Он и так зарабатывает немало. Похоже, что Феликса нужно вычеркнуть из списка подозреваемых.