Чтение онлайн

* * *

– Идем, - беру ее за руку и увлекаю за собой.

Накидываю пальто на хрупкие плечи, бережно укутываю жену, как ценную хрустальную вазу, заботливо застегиваю пуговицы, согреваясь под ее, полным обожания, взглядом. Как раньше. Будто мы больше не в шаге от развода.

Ксюшу трясет от предвкушения, пока я вывожу ее на улицу. Она всегда любила сюрпризы – и в такие моменты превращалась в ребенка, который ждет Нового года и верит в Деда Мороза.

Даю знак Глебу – и у входа в ресторан начинается огненное шоу. Ксю зажмуривается от неожиданности, инстинктивно жмется ко мне в поисках защиты, однако осознав, что ей ничего не угрожает, заливисто смеется и хлопает артистам.

– Малыш, - нежно зову ее, утыкаясь носом в висок.

В этот момент шоу подходит к кульминации. Ответственный за красивый финал файерист взмахивает подожженной веревкой, огонь перекидывается на специальное полотно, прикрывающее вывеску, - и оно вспыхивает, быстро сгорая.

Пепел осыпается на землю, а название ресторана зажигается яркими буквами.

– Александрия, - читает вслух Ксюша, и ее голос надламывается.

Разворачиваю жену к себе лицом, осторожно держу за плечи. Вижу, как глаза-карамельки поблескивают от слез. Значит, она правильно трактовала мой сюрприз…

– Помнишь, когда мы планировали малыша, то обсуждали имя, - не спрашиваю, а утверждаю. Тыльной стороной ладони стираю бегущую по бархатной щеке слезинку и понимаю: Ксюша все помнит. Бережно хранит в сердце, как и я. – Ты предложила назвать ребенка Сашей. Независимо от пола. Если девочка, то Александра. Если мальчик, то Александр.

– Тебе не понравилось, - сипло укоряет она меня. Обиженно надувает губы.

– Я передумал, - обхватываю румяные щеки руками. Целую кончик покрасневшего носа. – «Александрия» перейдет по наследству нашему первенцу, который у нас обязательно появится, - чеканю твердо.
– Я пройду курс лечения, я... Да все, что можно и нельзя, ради нас сделаю. Только дай мне шанс. Нам...

– Да, - неожиданно соглашается Ксюша, словно не до конца понимает, что происходит. Плывет, подбрасываемая на волнах эмоций. Всхлипывает и одновременно улыбается. Такая смешная и трогательная.

– Любимая, я предлагаю бороться. Вместе. За Сашеньку, - выпаливаю на одном выдохе.

Умолкаю. Жду реакции.

Вокруг шумят гости, из ресторана льется музыка, в небе взрываются фейерверки, но это всего лишь фон.

Есть только мы с Ксюшей. Глаза в глаза, ладонь в ладонь, душа в душу.

Наедине среди толпы.

– Я согласна, папочка, - ласковый шепот заставляет улыбнуться.

Кутаю Ксюшу в своих объятиях, прячу от всего мира. Целую в макушку, пока она трется носиком о мою грудь. Прощаю ей пренебрежительное «папочка», которым вредная жена называет меня, когда я чересчур ее опекаю и перегибаю с контролем. Главное, что она согласилась сохранить семью.

– Мы можем сбежать домой? – встав на носочки и подтянувшись ближе ко мне, жарко сопит в шею. – У меня для тебя тоже есть сюрприз.

Откликаюсь незамедлительно. Молча набираю эсэмэску Глебу, чтобы присмотрел за рестораном до конца вечера. Открытие состоялось, команда поваров и официантов работает слаженно, критик и конкурент ликвидированы. Можно расслабиться. Поэтому забираю свое главное сокровище, по пути к машине обронив банальную, но правдивую фразу:

– С тобой хоть на край света.

Не имею ни малейшего представления, что подготовила для меня Ксюша. Душу греет сам факт, что она старалась и не забыла о нашей годовщине. Значит, любит, и это самый важный подарок.

Я спокоен, счастлив и готов ко всему. До тех пор, пока не узнаю, в чем заключается ее сюрприз…

Глава 31

Ксюша

Заторможено наблюдаю, как белеют мои пальцы, судорожно сжимающие большую красочную жестяную коробку. Внутри нее, под горой печенья в виде сердечек, на серебристом дне спрятан главный сюрприз…

– Ксюшенька, помощь нужна? – шелестит за спиной, а я лихорадочно обнимаю холодный металл, впечатываю в себя, и раздавшаяся грудь призывно выпячивается в вырезе сарафана. Я четко знаю, с чем связаны метаморфозы моей фигуры, за которые меня упрекала свекровь, называя располневшей и непривлекательной. Теперь я принимаю их с радостью, а главное - я наконец-то могу разделить счастье с мужем.

Я скажу ему!

Может, не прямо сейчас… А через пару минут… Только переведу дыхание.

– Присядь, Мэт, будем чай пить, - оттягиваю неизбежное.

Сердце бьется так гулко, что, кажется, лупит прямо в бездушную жестянку, внутри которой заключена целая жизнь. Улыбнувшись, резко прокручиваюсь вокруг своей оси, так что юбка развевается солнышком, на пару мгновений оголяя бедра. Я провела работу над ошибками и решила даже дома выглядеть соблазнительно и женственно. Никаких лосин, футболок и спортивных маек. Надеюсь, Матвею больше не взбредет в голову лечиться воздержанием.

– Ой, только сначала оденься, - отшатнувшись, толкаюсь бедрами в край столешницы. Закусываю губу, беззастенчиво разглядывая любимого мужа.

Мэт стоит на пороге кухни, облокотившись о косяк двери. Обнаженный по пояс, в одном полотенце, обернутом вокруг мощных бедер, а широкую грудь покрывают лишь капельки воды, зависшие на темных волосках.

Хмыкнув, муж проводит пятерней по волосам, влажным и растрепанным после душа, куда я же его и отправила. Мотивировала это тем, что он пахнет кухней и дымом, хотя на самом деле выигрывала время, чтобы лучше преподнести ему самую важную, но наверняка шокирующую новость. Не придумала ничего лучше, чем спрятать тест и справку в песочных сердечках.

– Зачем мне одеваться? – нагло выгибает бровь и крадется ко мне, как тигр перед финальным прыжком на загнанного зайца. – Раньше тебя это не смущало, - подходит вплотную, упирается кулаками в столешницу по обе стороны от меня. Наклоняется ближе, ведет носом возле ушка, обдает запахами свежести, морского геля для душа и… кипящего тестостерона.

– Может быть, я отвыкла от тебя за долгие недели твоего тайного лечения, - фырчу ему в губы и стискиваю свои, при этом ехидно сморщив нос.

– Привыкай, - все равно целует, толкается языком в рот, заставляя разжать зубы и ответить ему. – Я ведь для нас двоих старался, - шепчет в свое оправдание.

Вновь жадно тянется к моим губам, но я отклоняюсь и выставляю между нами коробку. Встряхиваю ей, и печенье шумно перекатывается внутри. Наверное, я так глупо выгляжу со стороны, ведь Мэт и не догадывается, что я так трепетно прячу.

– Это твой сюрприз? – Мэт улыбается, перехватывая коробку со своей стороны. Аккуратно тянет, но я не отдаю. Смотрю прямо с его затуманенные, опасно потемневшие глаза – и дышу все чаще, сбивчивее.

– М, нет! – забираю свое сокровище. Точнее, наше общее.
– Лучше сначала присядь, - киваю на кухонный уголок. – Чтобы не упасть от шока, когда откроешь.