Чтение онлайн

Уложив мальчика на кровать, Палатем включил ночник на тумбе и присел на край постели, освобождая детские ножки от ботинок. Затем вытащил полотенце и чистые носочки из комода, вытер влажные стопы и аккуратно натянул на них белье. Несмотря на частые манипуляции с телом, чтобы снять одежду и переодеть его в пижаму, Китэ продолжал спать, периодически причмокивая и неразборчиво бормоча всякую несуразицу. Один раз он произнес “хозяин” и мужчина улыбнулся, но как только взор пал на белые подтеки в уголках глаз, её и след простыл.

– Мне жаль, – прошептал Палатем и поцеловал ребенка в лоб.

Глава девятая

12 октября, 1962 год. Республика, зона S, район 5

Два часа, сорок две минуты. Глубокая ночь, а кухня дома Тии благоухала ароматами не хуже, чем могла бы днем. Фритатта с лобстером и икрой, тунец с чесноком и розмарином, стейк из говядины, запеченные овощи, пончики с вишней, шоколадные эклеры – стол полнился от вкуснейшей еды, которую обычным смертным удается видеть от силы раз за всю жизнь. Азаги завороженно любовалась яствами, сглатывая подступающие слюнки.

– Угощайся, – радушно предложила Тиа.

– А как Вы успели приготовить… всё это? – спросила девочка, потирая шею под подбородком.

– Ночные визиты стали обыденным делом. К тому же, я ждала Китэ, а одуванчик любит хорошо поесть. Но я рада, что и ты теперь с нами. Ведь с нами, верно?

– Простите, как Вас…

– Что это я, совсем забылась. Тиа Арлетс, но ты можешь называть меня бабушкой. Ничего страшного, – женщина растянулась в улыбке. – Ну же, поешь, дорогая.

Азаги взяла вилку и сразу положила обратно.

– Я не так мала, как может показаться, поэтому из соображений этики буду звать Вас госпожой Арлетс, а не бабушкой. Так удобнее.

Морщинистая ладонь прошлась по пышным девичьим волосам – писательница напряглась, сжав кулаки на коленях. Обратив внимание на тревожную реакцию, Тиа мягко потеребила её за щёчку.

– Азаги Брау, – благоговейно произнесла женщина, – интуиция редко обманывает человека, а зная своего внука, думаю, вполне уместна догадка, что это он отыскал тебя.

– То есть?

– У него чутье на особенных людей. Не бери в голову, – уклончиво ответила та. – Представляю, как он был счастлив встретить своего литературного кумира.

– Кажется, я разрушила его представления о себе, – девочка поникла.

– Одуванчик – добрый мальчик. Он всё прощает, порой даже самые тяжкие грехи. Просто дай ему привыкнуть к мысли, что твои произведения и реальная жизнь не одно и то же. Если бы ты знала, сколько пришлось боли на его судьбу… – Тиа перевела взгляд на еду, меняя тему разговора. – Почему не ешь? Тебе не нравится? Наш повар может приготовить что-нибудь другое. Такая худенькая. Боже, ни грамма жира. Чем тебя кормили?

– Я… – девочка снова потерла шею, неуверенно выдавив: – Я не голодна. Благодарю.

– Но как же? Мой слух меня пока не подводил. Помнится, кто-то говорил, что проголодался до жути.

– А когда вернётся этот Ваш “хозяин”? Обходя проблему, почему Китэ его так зовёт, спрошу о другом – у него есть имя?

– Палатем Ласерта, – опередил мужчина, незаметно появившись за спиной.

Азаги повернулась на стуле, садясь в пол-оборота к дверному проёму – опёршись плечом на косяк, рыжеволосый босс медленно стягивал перчатки с каждого пальца по отдельности.

– Если я правильно поняла, Вы взялись выяснить, кто заправлял тем кукловодом, да? С чего планируете начать? – спросила девочка.

– Для начала позволь осведомиться в трех вопросах. Первое: у тебя семья есть? – Палатем был предельно серьезен. – В больнице ты ушла от ответа. Неужели нашу маленькую писательницу никто не ищет?

– Меня никто не разыскивает уже достаточно длительное время, так что этот пунктик можно отметить, как решенный.

– Ох, ты еще и сирота? – Тиа вновь положила руку на сердце.

– Уверена, что не хочешь навестить их? – настаивал мужчина, подразумевая, что родные всё же у девочки есть.

– Можно попросить Вас об одолжении больше не возвращаться к этой теме? Госпожа Арлетс, будьте свидетелем нашей договоренности, – писательница очевидно не была готова к подобному разговору. – Есть вещи, которые должны оставаться в тени. У Вас ведь тоже имеется свой набор тайн, но я учтиво туда не лезу.

– Камень на земле неинтересен до тех пор, пока кто-то не обмолвится, что это тайник. Молчи о своих секретах и тогда никому не потребуется лезть к тебе в душу, – насмешливо проговорил Палатем. От негодования Азаги притопнула ногой по полу – она сама себя выдала.

– Вас это не касается. Семья – запретная тема. Спрашивайте меня о чём угодно, только не об этом, – проворчала она, отводя глаза в сторону.

– Действительно, – спешно поддержала женщина, подходя к “хозяину” и хлопая его по руке. – Пусть всё остается, как идёт. У нас найдутся дела куда важнее, чем выяснение личной жизни, верно? Дитя напугано, ей нужно отдохнуть.

Тиа и Палатем обменялись взглядами, молча условившись на соблюдении границ дозволенного.

– Вы хотели задать мне три вопроса, – буркнула Азаги, поднимаясь со стула. – Мало того, Вы не ответили на мой, хотя я задала его первой.

– Что вызвало фантазм? – продолжил допрос мужчина.

– Злость, что же еще. Фортуна задумала эмоформов гадкими одаренными, что из всего эмоционального спектра оживать способен только негатив.

– Дыма без огня не бывает.

– Моя злоба имеет отношение к первому вопросу. К тому же, мертвых это к жизни не вернет. Смысл спрашивать?

– Как часто случаются выплески?

– Мы перешли к третьему вопросу?

Мрачно улыбнувшись, мужчина выпрямился, отошёл к прихожей и скинул свое пальто на ближайший крючок. Снятые перчатки упали на декоративный столик неподалеку.

– Эрсола, отведи её за стекло, – приказал мужчина помощнику, подошедшему сзади, после обратился к девочке: – Раз ты так самостоятельна, то для нашего приватного заседания не потребуется родительского разрешения. Предложение эксклюзивно.

– Палатем, что ты задумал? – обеспокоилась женщина.

– Вы отсекли трем солдатам головы. По-моему я узрела всё. Или нет?.. – усомнилась Азаги, когда перед ней распахнулась дверь напротив кухни. – Не боитесь, что я могу кому-то рассказать о Ваших делишках?