Чтение онлайн

— Как ты себя чувствуешь, Одда?

— Хорошо, госпожа Окналзски, — мелодичный голос прозвучал отдалённо, словно эхо.

— Просто — Силион, пожалуйста! Прежде ты летала на ваммарах? — уточнение не было лишним, хотя… Даже, если и так, то реакция такова, будто бы привыкла к ежедневным полётам.

— Нет, госпожа Силион.

— Первый раз?! — кудрявая голова чуть опустилась, подтверждая.

— Господин Ланакэн… Я не встречала ещё никого, кто способен был бы аналогично перенести свой первый полёт… Она… она буквально рождена для этого! — Безумная Красавица не скрывает восхищения талантом удивительной девочки.

— Думаешь, стоит попробовать направить её в оттоиры Рангме? — с очевидным сомнением уточнил Осилзский, никогда не сталкивавшийся лично с весьма специфической работой.

— Думаю, не пожалеете, господин! Поразительная выносливость! Главное, научиться свистеть, — воодушевлённо повторила рекомендацию его порядком вымотавшаяся за насыщенный событиями день подруга.

— Хорошо. Сиано полетела в горы обучать следующих оттоиров. Придётся тебе пролететься с Оддой туда. Я буду ждать в Убежище. Как раз доставлю нашего тихоню. Смущает, насколько малыш запуган. Однако среди сверстников, думаю, оттает быстро. Только вот… Как твоё самочувствие? Выглядишь уже серьёзно измученной…

— Я ещё способна к выполнению настолько лёгкого задания. Не беспокойтесь, господин Ланакэн! — благодарно улыбнулась, склоняясь, Силион и пошла со своей замкнутой пассажиркой. Воин задумчиво посмотрел им вслед. Какие разные две девушки. И как же много пережили обе…

Сиано недовольно нахмурилась, заметив приближающуюся зеленоглазую в сопровождении новенькой.

— И что это сюда опять григстанка припёрлась?

— Ну, она же нас учила всё-таки всему… Мало ли что может понадобиться, — смущённо отметил Суари, заметно зардевшись, но столкнулся с полным непривычного выражения взглядом своей начальницы и поспешил удалиться. Странно, но неожиданно понял: на него смотрели без ожидаемого гнева.

Незнакомка низко поклонилась и молча осталась стоять чуть позади своей провожатой.

— Я привела тебе нового кандидата в оттоиры. Мы вынуждены были лететь с ней при первой встрече. Она великолепно чувствует себя в воздухе. С разрешения Ланакэна, передаю под твоё руководство. Надеюсь, поможешь ей. Она только прибыла в Убежище. Сильно напугана.

— Хм… На напуганную не сильно похожа… А вот молчунья, прям как падшая! И волосы чуть не до земли, — не удержалась Рангма от колкого замечания, изучая кукольную прелесть новенькой: непривычно светлую для их племени кожу, словно бы не знавшую солнца, непомерно длинные волосы, тонкие слабые нежные конечности. Как же удивил поднявшийся навстречу поражённый взор Безумной Красавицы, никак не ожидавший подобной прозорливости.

— Не может быть!.. — беззвучно проронила бывшая ученица, спохватилась, оттащила на некоторое расстояние наставницу и торопливо возмутилась: — У меня тут мужчины есть, между прочим! Что будет с дисциплиной, если узнают?!

— Надеюсь, они не столь наблюдательны, как ты, и не обидят её. Кроме тебя, меня и Ланакэна в Убежище никто не знает. И ей я велела перед приходом сюда молчать. Но Одде необходимо встать на ноги. Оттоир из неё, возможно, даже лучше тебя получится, однако прошлое свой неизгладимый отпечаток оставило. Ей очень сложно влиться в новую среду. Одна надежда на тебя! — взмолилась подруга Осилзского.

— Ты это очень лично принимаешь, почему-то… Или мне показалось? — непроизвольно высказала ощущения темпераментная собеседница, уперев кулак себе в бок.

— Что ж… Да. Так и есть. Моя мать — падшая полукровка. Большинство в курсе. Я не знала её: отец считал это недостойным его крови. Учту наперёд твоё замечание, — кровная кандидатка с трудом сглотнула и повернулась в другую сторону, борясь с зарождением стыда. Прежняя погонщица нгутов тяжело вздохнула и виновато пробормотала:

— Не знала. Извини. Значит, ты не совсем григстанка… Тогда понятно.

— Так что с Оддой Фуи? — обсуждение изъянов собственного происхождения удовольствия не приносит.

— Ладно, раз, говоришь, талантливая… Возьму под свою опеку… Будет ещё одна младшая сестрёнка, — выдавленная улыбка едва скрывает раздражение перед просьбой. Когда они снова приблизились к светленькой малышке, та по-прежнему стояла, поникнув и покорно ожидая решения дальнейшей судьбы.

— Теперь во всём слушайся эту женщину. Её зовут Сиано Рангма. Она твоя начальница и защитница. Да… И не забывай, что я говорила тебе — тут можно говорить без разрешения! — напутствовала Силион, с тревогой наблюдая за полным безразличием на столь невинных на вид чертах. Явно, ситуация так и осталась где-то вне способности воспринять. Игрушка Римма низко поклонилась и едва различимо пролепетала:

— Да, госпожа. Как вам будет угодно.

— Я же говорила… Тут так не принято! Хотя… мне тоже так привычнее, — устало призналась бывшая наследница Руали, отмахнулась и решительно пошагала обратно.

— Ну, а мы пойдём купаться! С дороги запылилась, небось! — заставила себя засмеяться Сиано.

— Да, госпожа Рангма, — от эдакого обращения будущая наставница поперхнулась, но на первый раз решила пропустить мимо ушей.

Купаться тут можно было только в одном месте. Крошечный водопад с настоящей ледяной горной водой, словно б отлитой из жемчуга. Девочка даже взвизгнула, попав под струю, но послушно вымылась, вышла и неумело натянула на себя одежду, трясясь от холода.

— Бодрит, правда? Тут только такой источник есть, — Сиано с любопытством обошла вокруг ученицы, рассматривая со всех сторон. Вроде, ничего в глаза, не бросается, но… мало ли какие приметы есть, о которых на воле не знают неопытные совсем девушки! Любопытная начальница оттоиров и не заметила, как осматриваемая вытянулась, хоть и хочется ещё ёжиться. Процедура слишком типична для рода занятий, для которого вывели изначально. Зубы заметно постукивают, но тёплые лучи уже приятно пробрались к телу.

— Я в курсе, кем ты была. Остальным знать не надо. Но… я не очень знаю: какие приметы есть, чтобы понять, что ты падшая была? — неловко поинтересовалась всадница, ощущая — уши начинают красноречиво гореть.

— Волосы длинные — стричь нельзя. Два клейма и одежда, госпожа Силион велела носить тут другую, — с большим трудом справившись с непослушными после ледяного душа губами, отозвалась опрашиваемая.

— Клейма? Что это?

— Это отметки фермы, а это знак Акагны, — девочка протянула внутреннюю сторону правой руки, где ровными рядами стоят какие-то символы, а затем опустила воротник — под ключицей выжжен цветок из семи кружочков.

— Знак чего?

— Знак Акагны. Это в память о первой человеческой падшей. Его ставят, как признание годности на ферме при созревании, — смиренное разъяснение вызвало прилив бешенства. Смерив пришелицу из жестокой среды яростным взором, руководительница оттоиров хрипло отметила:

— Из перечисленного изменить можно причёску и одежду. Надеюсь, не обидишься, но…

Выхватив короткий метательный кинжал, рождённая вольной схватила густые длинные влажные кудри, спадавшие до колен молочной пеной, и одним торопливым движением срезала их на уровне пояса. Посмотрела на светлый пучок, зажатый в кулаке, задорно рассмеялась и выкинула прочь. Бывшая григстанская игрушка на мгновение поражённо застыла, потом неверяще провела ладонью по новой причёске и как-то хрипло рассмеялась.