Рожденная в огне
Шрифт:
– Если вы приехали посмотреть новые работы, – прервала Мегги, – их у меня нет. И не будет, даже если вы встанете у меня за плечами!
– Я не встану у вас за плечами, Мегги. – Роган кивнул Тиму, подошел к ее столику. Он сел рядом с ней, взял рукой за подбородок, наклонился и поцеловал в губы. Поцелуй не был коротким. – Я приехал, чтобы увидеть тебя.
Она не скоро сумела перевести дух и окинуть взглядом пивную, посетители которой смотрели куда угодно, только не на нее и Рогана. Или делали вид.
– Тебя долго не было.
– Ровно столько, чтобы ты успела соскучиться по мне.
– Я почти не могла работать после твоего отъезда, – пожаловалась она, избегая его взгляда, как если бы ей было стыдно в этом признаться. – Начинала и бросала.., начинала и бросала… Ничего не получалось. Того, что хотела… Не могла избавиться от чувства, как ни старалась.., от чувства, что…
Она замолчала, взглянула на него из-под ресниц.
– От какого чувства, Мегги?
– Что скучаю по тебе. И я поехала в Дублин.
– Знаю. – Он перебирал кончики ее волос, заметил, что они сильно отросли. – Тебе трудно далась поездка?
– Как все, что я делаю. Но тебя не было там.
– Я теперь здесь.
Да, он был здесь, и сердце у нее так колотилось, что ей трудно было говорить.
– Я много чего хотела сказать тебе. Я не… – Она не закончила фразу, потому что в дверях показался Мерфи. – Наконец-то. Ты не слишком в ладах со временем!
Мерфи кивнул Тиму О'Малли, поздоровался еще с кем-то и, подойдя к столу Мегги, уселся напротив нее.
– Принесла? – бесцеремонно спросил он, беря с ее тарелки чипсы и отправляя их себе в рот.
– Конечно. Жду тебя целую вечность!
– Еще нет часа дня. – Он взял еще порцию чипсов, повернулся к Рогану. – Вы мистер Суини, не так ли?
– Как вы догадались?
– По одежке. Мегги говорила, вы одеваетесь каждый день так, как будто это воскресенье. Я ее сосед, Мерфи Малдун.
Ее первый поцелуй – вспомнил Роган, пожимая ему руку.
– Рад познакомиться с вами, – сердечно сказал он.
– Я тоже. – Мерфи откинулся на стуле так, что передние ножки оторвались от пола. – Можно сказать, я почти что брат Мегги, – продолжал он, раскачиваясь. – У нее, бедняжки, ведь нет мужчины, который бы приглядывал за ней.
– А ей он и не нужен. – Мегги сделала попытку опрокинуть его вместе со стулом, но Мерфи оказался начеку. – Я и сама могу за собой приглядывать.
– Да, – весело сказал Роган, обращаясь к Мерфи, – она часто делает подобные заявления. Но нужен или нет, теперь у нее есть такой.
Некоторое время Мерфи обдумывал это сообщение. Потом кивнул.
– Что ж, неплохо… Так ты притащила или нет, Мегги?
– Я же сказала уже. – Она взяла коробку, стоявшую у ног, поставила на стол. – Если бы не мое хорошее отношение к твоей матери, я разбила бы эту штуку о твою голову!
– Она будет благодарна, если ты удержишься от этого. – Мерфи открыл коробку. – Ух ты, здорово!
Ей понравится.
Роган тоже так подумал. Это была небольшая ваза бледно-розового цвета, прозрачная до такой степени, что за ней угадывалась тень от руки Мерфи.
– Пожелай матери от меня счастливого дня рождения, Мерфи.
– Так и сделаю, Мегги. – Он осторожно провел пальцем по вазе, прежде чем уложить обратно. – Значит, пятьдесят фунтов?
– Ровно пятьдесят. – Мегги протянула руку ладонью кверху. – Плати.
Мерфи в раздумье почесал щеку.
– А не слишком дорого за такую маленькую вещицу? В нее и не положишь почти ничего съедобного. Правда, моя мать любит всякие ненужные, бесполезные вещи.
– Будешь много говорить, я увеличу цену.
– Целых пятьдесят фунтов! – Покачивая головой, он полез за бумажником, тщательно отсчитал деньги и положил прямо в руку Мегги. – За такую сумму я купил бы ей десяток кастрюль и сковородок.
– И она обрушила бы их на твою голову! – С довольным видом Мегги убрала деньги. – Только идиоту может прийти в голову дарить женщине сковородку на день ее рождения.
– Эй, Мерфи, – позвали его с дальнего столика, – иди к нам, мы хотели тебя спросить…
– Заработала целых пятьдесят фунтов? – усмехнувшись, сказал Роган, когда Мерфи ушел. – Эта вещь стоит раз в двадцать больше, и ты знаешь это.
– Я не хотела брать и столько. Взяла лишь для того, чтобы он прочувствовал свой подарок матери. Да, я не забыла, что по договору ты имеешь право на свою долю от каждой моей вещи. Что ж, ты получишь свою четверть от пятидесяти фунтов.
Он положил руку на ее, сжатую в кулак и лежащую на столе.
– Я отказываюсь от своей законной доли, Мегги Мэй, и обязуюсь не преследовать тебя в судебном порядке при одном условии: сделай такой же подарок моей бабушке к Рождеству.
Она кивнула с серьезным видом.
– Можешь считать, мы заключили еще одно соглашение. А теперь… – Она смотрела на него, словно изучая каждую черточку лица, каждую ресницу в отдельности. – Ты можешь поехать со мной? Тут, недалеко. Я хочу кое-что показать тебе.
– Моя машина у входа. Твой жуткий велосипед уже в багажнике. Она улыбнулась.
– Я должна была догадаться, что ты так и сделаешь.
Ветер осени… Осенние краски листвы… Они едут по узкой дороге в сторону Луп Хеда. Вокруг – моря полей, с которых собрали урожай, и зеленеющих лугов, таких зеленых, какие бывают, наверное, только в Ирландии. Перед глазами Мегги – невысокие каменные ограды, те же самые, что пять лет назад, когда отец ехал здесь вместе с ней в свой последний путь. С тех пор она ни разу не была в этих местах.
Когда она услышала голос океана, ощутила в воздухе его запах, сердце у нее дрогнуло. Она крепко зажмурила глаза, потом снова открыла их.
Открыла и увидела стоящее отдельно здание, владелец которого вывесил на фасаде щит со словами:
"ПОСЛЕДНЯЯ ПИВНАЯ НА ПУТИ К НЬЮ-ЙОРКУ».
"Не сплавать ли нам в Нью-Йорк, Мегги, за следующей кружечкой пива?» – услыхала она голос.
Голос своего отца…
Когда Роган остановил машину, Мегги молча вышла, подставив себя под неистовые порывы ветра, сразу завладевшего всем ее телом. Взяв Рогана за руку, она повела его за собой по протоптанной тропинке ближе к берегу.