Чтение онлайн

— Вы хотите, чтобы я поехал с вами?

— Мне неудобно просить вас об этом, — смущенно сказал Джонсон, — но вы должны понять, месье Пуаро, суперинтендант Сагден — умный человек и отличный следователь, старательный, осторожный, но… в общем, ему не хватает воображения. Грешно было бы, раз уж вы здесь, не воспользоваться вашей помощью и… — он резко замолчал.

— Я буду очень рад, — быстро отозвался Пуаро. — Можете рассчитывать на меня целиком и полностью, но не нужно задевать чувств славного суперинтенданта. Я буду всего лишь неофициальным консультантом.

— Вы славный человек, Пуаро, — тепло отозвался полковник Джонсон и в сопровождении Пуаро вышел из комнаты.

Дверь Горстон-холла им открыл констебль, который проводил их в холл. Вскоре туда же спустился суперинтендант Сагден.

— Рад, что вы здесь, сэр, — произнес он, обращаясь к полковнику Джонсону. — Пройдите вот сюда — в кабинет мистера Ли. Я хотел бы кратко изложить вам факты. Они довольно странные.

Они прошли в небольшую комнату слева от холла. Там стоял большой стол с бумагами и телефоном, а все стены были закрыты книжными полками.

— Сагден, — начал полковник Джонсон, — это месье Эркюль Пуаро. Вы, наверно, слышали о нем? Ему случилось гостить у меня, и он любезно согласился нам помочь. Месье Пуаро — суперинтендант Сагден.

Пуаро слегка поклонился и бросил взгляд на человека напротив. Это был высокий мужчина с широкими плечами и военной выправкой, с орлиным носом, выступающим вперед подбородком и пышными каштановыми усами. Суперинтендант, не мигая, уставился на Эркюля Пуаро. Пуаро, как завороженный, смотрел на усы Сагдена, мысленно сравнивая их со своими.

— Разумеется, я слышал о вас, мистер Пуаро, — вымолвил Сагден. — Вы ведь были в наших краях несколько лет назад. Убийство сэра Бартоломея Стрейнджа, если не ошибаюсь. Отравление никотином. Это произошло не на моем участке, но у нас много говорили об этом деле.

— Хорошо, Сагден, — нетерпеливо прервал его полковник. — Теперь ознакомьте нас с фактами. Вы сказали по телефону, что это дело не вызывает сомнений.

— Да, сэр, способ убийства достаточно ясен, сомневаться не приходится. Мистеру Ли перерезали горло. Однако есть кое-какие странные обстоятельства…

— Что вы имеете в виду?

— Я хотел бы, чтобы вы, прежде всего, услышали мой рассказ, сэр. Сегодня вечером, около пяти часов, мистер Ли позвонил в полицейский участок Аддлеофилда, и, не объясняя причин, попросил меня зайти к нему в восемь часов вечера. Именно в восемь. Более того, он рекомендовал мне сказать дворецкому, что я, якобы, собираю пожертвования на полицейский приют для сирот.

— То есть, вы хотите сказать, что он подсказал вам благовидный предлог для проникновения в дом?

Начальник полиции подозрительно посмотрел на Сагдена.

— Вот именно, сэр, — ответил тот. — Конечно, мистер Ли — важная персона, и я сделал все так, как он просил. Я пришел сюда к восьми часам якобы для сбора пожертвований на приют для сирот. Дворецкий доложил обо мне и сказал, вернувшись, что мистер Ли ждет меня. Затем он провел меня в комнату мистера Ли, которая расположена на втором этаже, как раз над столовой.

Суперинтендант Сагден помолчал, вздохнул и официальным тоном продолжал:

— Мистер Ли сидел в кресле у камина. На нем был халат. Дождавшись, пока дворецкий выйдет из комнаты, мистер Ли предложил мне сесть. Затем, после некоторых колебаний, он сказал, что вызвал меня по поводу кражи. Я спросил его, что украдено. Он ответил, что у него есть основания полагать, что из его сейфа были похищены алмазы (помнится, он сказал «необработанные алмазы») стоимостью несколько тысяч фунтов.

— Алмазы? Вот как, — заинтересовался начальник полиции.

— Да, сэр. Я задал ему несколько обычных в подобных случаях вопросов, но он вел себя как-то странно и отвечал очень неуверенно. Наконец он сказал: «Вы должны понять, суперинтендант, что я могу и ошибаться». «Простите, сэр, но я не понимаю, — ответил я. — Либо алмазы пропали, либо нет — одно из двух». «Алмазы действительно пропали, — отвечал он, — но не исключено, что это всего лишь чья-нибудь глупая шутка». Это тоже показалось мне довольно странным, но я промолчал. Мистер Ли тем временем продолжал: «Это очень сложно объяснить, но я почти уверен, что взять эти алмазы могли только два человека. Один из них мог взять их ради шутки. Если же сделал второй, то они, несомненно, украдены». Я сказал: «Что же конкретно вы от меня хотите, сэр?». «Я хочу, — быстро ответил он, — чтобы вы, суперинтендант, вернулись сюда примерно через час. Нет, немного позднее, — скажем, в четверть десятого. К этому времени я смогу точно сказать вам, украдены алмазы или нет». Я был немного озадачен. Однако мне пришлось согласиться. Затем я ушел.

— Любопытно… любопытно… очень любопытно, — заметил полковник Джонсон. — Что вы на это скажете, Пуаро?

— Могу я спросить, — сказал Эркюль Пуаро, — что вы сами об этом думаете, суперинтендант?

— У меня были разные мысли, — осторожно ответил Сагден, в задумчивости поглаживая подбородок, — но в целом я пришел к следующим выводам: о шутке здесь не может быть и речи. Алмазы, несомненно, похищены. Старый джентльмен, однако, не мог точно сказать, кто вор. Мне кажется, он действительно подозревал двоих, и один из них — слуга, а другой — член семьи.

Пуаро согласно кивнул:

— Tr`es bien [2] . Да, это объясняет его поведение.

— Отсюда его требование, чтобы я вернулся позднее. За это время он намеревался поговорить с каждым из подозреваемых. Очевидно, он хотел сказать им, что уже поставил в известность полицию, но, ежели похищенное будет возвращено, он замнет дело.

— А если бы его подозрения не подтвердились? — спросил полковник Джонсон.

— В этом случае он, видимо, намеревался передать расследование в наши руки.

Полковник Джонсон нахмурился и подкрутил свои усы.

— Для чего же ему тогда, — с сомнением спросил сн, — понадобилось вызывать вас? Он ведь мог поговорить с ними, не беспокоя понапрасну полицию.

— Нет, нет, сэр. — Сагден покачал головой. — Неужели вы не понимаете, что он не мог блефовать. В противном случае вор сказал бы себе: «Старик не хочет вызывать полицию, а его подозрения мне не страшны». Но представьте себе: старый джентльмен говорит: «Я уже вызвал полицию, суперинтендант только что ушел отюда». Вор обращается с расспросами к дворецкому, и тот подтверждает слова мистера Ли о моем визите. Тогда вор убеждается, что старый джентльмен не шутит и ему не остается ничего другого, как возвратить алмазы.

— Гм, да, — пробормотал Джонсон, — Есть какие-нибудь сведения о том, кто бы мог быть этим «членом семьи»?

— Нет, сэр.

— Никаких улик?

— Абсолютно никаких.

Джонсон покачал головой:

— Хорошо, продолжайте.

— Ровно в четверть десятого, сэр, — продолжал официальным тоном Сагден, — я подошел к дому. Как раз в тот момент, когда я собрался позвонить, изнутри донесся страшный вопль, а затем шум голосов и общего смятения. Я позвонил несколько раз и даже колотил по двери. Мне пришлось ждать три-четыре минуты, прежде чем дверь открылась. Когда лакей, наконец, отворил ее, я по его лицу сразу же понял, что случилось нечто важное. Его всего трясло и сам он напоминал выходца с того света. Он пролепетал, что мистера Ли убили. Я стрелой помчался наверх. В комнате мистера Ли царил дикий беспорядок. Там явно была жестокая борьба. Сам мистер Ли с перерезанным горлом лежал у камина в луже крови.