Чтение онлайн

Диана почему-то не ожидала такого очевидного ответа на свой несложный вопрос и задохнулась от возмущения. Видимо, до сих пор считала эту постель своей. Что ж, тогда ее переживания несложно понять.

— Диана? — из вежливости уточнила Иви. Новоприбывшая явно не собиралась представляться сама, а для поддержания разговора неплохо обращаться к собеседнику по имени.

— Ах, ты и имя мое знаешь?!

— А почему это тебя обижает?

— Да кто ты такая?! Предупреждаю: не держи меня за дуру. Я прекрасно знаю, что никаких сестер у Алана нет, а самая младшая кузина старше его на десять лет. — Диана приблизилась к кровати, скрестив руки на груди.

— Ну, подобная ложь даже не пришла бы мне в голову, — призналась Иви. — Слушай, а ты не могла бы сесть, а то я неловко себя чувствую. Ну или давай я встану…

— Вы только посмотрите на эту нахалку! Она неловко себя чувствует в моей постели! Может, мне еще и извиниться за вторжение?

— О, кстати, как ты вошла?

— У меня, между прочим, есть ключ от этого дома!

— А, ну да, это же естественно. — Иви взвесила свои возможности и поняла, что, стоя перед этой леди в платье цвета розового жемчуга в одной футболке, будет чувствовать себя не лучшим образом, и потому решила держать оборону в одеяле. Какая-никакая, а все же броня. — Меня зовут Иви.

— Какие мы любезные! Иви! Очень приятно, Иви, если тебя не смущает столь откровенная ложь. Где Алан?

— Его нет, — констатировала Иви.

Интересно, у кого самообладание иссякнет раньше? Вариантов развития событий, признаться, не так уж много. Либо она продолжит валять дурочку и Диана впадет в истерику, расколотит что-нибудь и умчится, хлопнув дверью, либо Иви сама разревется и эта женщина вышвырнет ее на улицу, как бездомного котенка. А Алана здесь нет, Алан за нее не вступится. Пожалуй, эту битву придется вести самой — и самой либо победить, либо потерпеть поражение.

Мысль о том, что поражение будет означать не только унижение, но и разлуку с Аланом, придала ей сил — и в то же время натянула нервы, как тугие струны.

— Ну ты прямо-таки открыла мне глаза. А где же он? — фальшиво мягко уточнила Диана.

— Где он — сказать не могу, считай, что это большая тайна, но если тебя это интересует, он вернется в понедельник. Передать ему что-нибудь?

На секунду ей показалось, что Диана сейчас зашипит, как гадюка. Пожалуй, если бы Диана и укусить умела, как эта милая рептилия, корчиться бы Иви в судорогах прямо здесь.

— Насколько я знаю, у Алана нет секретарши.

— А насколько я знаю, ты ушла и обещала никогда не возвращаться.

Господи, откуда у нее столько дерзости?

— Ты…

— Я, конечно, могу и ошибаться, но я знаю то, что знает Алан.

— Ах ты, маленькая шлюха, как ты смеешь лезть в нашу жизнь?!

— А я никуда не лезу, и я, с позволения сказать, не шлюха, может, у меня с Аланом чисто платонические отношения, а? Ты же не можешь сказать наверняка.

— Я сейчас полицию вызову! Вон из моего дома!

— Это дом Алана, он меня сюда позвал, он меня и выдворит. Если захочет. Успокойся.

— Я звоню девять-один-один, — как заведенная, повторила Диана. — Если ты сейчас же не оденешься и не унесешь отсюда свой зад…

— Вот это да! Какая высокая культура речи! Я никуда не пойду хотя бы потому, что ты здесь на тех же основаниях, что и я.

— У меня есть ключ! — в отчаянии выкрикнула Диана.

— A у меня, думаешь, нет?

— Значит, это у вас давно, да? И он просто ждал подходящего случая, чтобы избавиться от меня?!

Вот тут-то Иви стало жалко Диану — ведь ее мир сейчас летит в тартарары. Потом стало жалко Алана: а вдруг он до сих пор дорожит этой женщиной и у него все еще есть шанс с ней помириться? Потом стало жалко себя: что же ей делать, если у них все вернется на круги своя?

И что будет, если сейчас сказать Диане правду?! Про то, что она знает Алана всего пять дней, что это все почти случайность, странное стечение обстоятельств… Что она здесь, потому что во всем огромном городе Чикаго ей больше некуда идти?

Неправда, ей есть куда идти. Льюис ведь тоже стал ее другом.

Если облечь всю их историю в слова, она превратится в фарс. Стоит вынуть из нее эмоции — и она из яркой, живой картины превратится в схематичную газетную карикатуру. Но как рассказать про те чувства, что возникли у Иви к Алану и, хочется надеяться, у него к ней тоже?

Нельзя говорить, нельзя. Сейчас Иви либо останется честной, либо солжет, но в любом случае пути к отступлению не будет. Непоправимый шаг, необязательно неправильный — но именно непоправимый. Что же делать?

— Ты не права. Он порядочный человек и никогда не поступил бы так.

Выбор сделан.

Лгать, чтобы растоптать соперницу, — низко, с какой стороны ни посмотри.

Что ж, по крайней мере, мне нечего будет стыдиться, как-то устало подумала Иви.

— Да что ты говоришь?! А как же он поступил? Приволок в дом тебя… Может, он и вещи мои тебе отдал?

— Меня никто никуда не приволок, я свободный человек и делаю что хочу. Прекрати истерику. Тебе нужны вещи — забирай. Не нужны — проваливай. Алан будет в понедельник, тогда и поговоришь с ним. Что еще непонятно?

Иви не знала, откуда у нее взялись силы и спокойствие, то ледяное спокойствие, от которого ее слова наполнялись холодом. На мгновение ей показалось, что Диана сейчас вцепится ей в волосы и навсегда испортит свою репутацию настоящей леди — такая черная, дикая ненависть вспыхнула в ее глазах. Глаза были зеленые. А у змей зеленые глаза? — спросила себя Иви. Ответа на этот вопрос у нее не было.

Но волна схлынула. Иви нутром, каким-то клубком ниточек-чувств, спрятанным в груди, рядом с сердцем, почувствовала, что Диана отступает.

Она вышла молча, точнее не вышла, а вылетела порывом ураганного ветра. Хлопнула дверью спальни. Иви слышала еще один хлопок — это входная дверь…

Она застонала и сползла по подушке вниз, натянула одеяло до самой макушки.

Так вот, значит, что называют «бороться за любовь»?

Стоп.

Любовь?

Это слово впервые возникло в ее сознании в связи с образом Алана. До этого она считала, что он ей нравится, что она влюблена в него, но любовь — это же намного, намного больше влюбленности. Любовь — это то непрерывное движение тепла, что существует между ней и мамой, отцом, сестрой, даже в каком-то смысле Гаем.