Чтение онлайн

Застолбить тян — значит написать на девушку такой донос, чтоб по красному суду ее приговорили к столбу. Сделать это не так-то просто, суды у нас честные и местами даже неподкупные, тут мало сказать, что так и так, вот Олеся, я слышал, шпионит для легиона фиолетовой луны. Тут еще и нужны доказательства. Обычно тян подлавливали на намеренной порче имущества, что редкостью не было в силу психологических обстоятельств.

Если же вину тян доказать не удавалось, доносчика самого приговаривали к столбу за лжесвидетельствование. Это и значило «словить столбняк».

Парни старались друг друга со столбов сразу снимать, но получалось не всегда. Бывало, что все заняты написанием доносов, и столбняк мог висеть несколько часов кряду. К таким обычно подходили барышни и пинали их по яйцам. По женскому кодексу чести, одна дама — один пинок. Соблюдали его, как и любой кодекс, нечасто.

Вот этот парниша, привязанный к столбу, уже явно вкусил пару десятков женских обид. Когда я проходил мимо, он хрипло прошептал:

— Мужская солидарность.

Что такое «мужская» я примерно понимал, а вот значение «солидарности» для меня пока что оставалось загадкой. Знаю, что на западе страны город такой есть — «Соледар», может как-то связано.

— Солидарность, — кивнул я, чтоб скрыть свою неученость.

Палата фортуны представляла из себя круглое здание, вроде циркового шатра. Она стояла в самом центре крепости, и к ней, будто к Риму, вели все дороги. Брусчатые дорожки, если быть точным.

У входа, под полосатым козырьком, уже ждал Валет. Желтоволосый забияка задумчиво наблюдал за возней двух Тузиков, что играючи боролись в невысокой траве.

Зомби-кошка прыгала за зомби-белкой, но стоило ей только коснуться расфуфыренного гниющего хвостика, как белочка превращалась в белый туман и растворялась в воздухе. А затем, по-человечески посмеиваясь, возникала в совсем другом месте.

— А ты не торопишься, я посмотрю, — скривив рот, сказал Валет.

— Ой, извините, пришлось малость задержаться, — картинно поклонился я. — Был занят спасением твоей си от лап некого Голдена.

— Что? — поменявшись в лице, переспросил золотой мальчик.

Хе-хе, то-то. Щас я как на совесть надавлю, век будешь глазки по полу собирать.

— Ничего такого, просто твоим куколкам выдали боевые автоматы, а в конце нас пытался замочить огромный стелс-робот с самурайским мечом. Еще там был пулемет, кажется.

— Что с Люсией? Она в порядке?

Вот оно. Каким шелковым сразу сделался.

— В порядке. Пара ушибов, немного обожгла лицо, но в остальном ничего так. Заходить-то будем или тут остаемся?

— Да. Да.

Валет повернулся и постучал.

Сбить боевой настрой — есть. Победить его будет проще простого. Единственное — убивать нельзя, раз уж я сестричке его обещание дал.

Резную дверь отворил человек в угловатой маске пса и красном балахоне. Стандартная форма охраны низшего порядка.

Те, кто рангом покруче, носят маски быков, тигров и слонов. Самая верхушка — антимагическая гвардия Червей, предпочитает быть совами.

— Гав-сподин, — поприветствовал я. — Мы на дуэлю.

— За мной, — сипло раздалось из-под маски.

Пол шатра был выполнен в стиле шахматной доски. Крупная плитка поделена на черные и белые квадраты, одни сменялись другими, но караул подкрался незаметно. В самом конце, перед еще одной дверью, две черных плитки шли подряд.

Мне сразу захотелось убивать, душить и разрушать. Ну что за чмо косорукое их ложило? Дайте мне его, мигом голову оторву.

А может, именно за этим их тут и разместили. Поднимать накал бойцов. Работает отлично.

Мы вышли в просторный зал. Идеально квадратный, я понял это, посчитав черно-белые квадратики. По восемь с каждой стороны. В центре стояло оно. Великое колесо. Крутили его только по самым особым случаям.

Хм, мне казалось, оно будет висеть на стене, а не стоять на полу, будто стол.

Перед тем как подпустить нас к колесу, пес-охранник спросил:

— Валет черв, вы сторона инициатор. Не утихла ли страсть спустя неделю раздумий?

— Чё? — не понял Валет. — Какая страсть? Мы не гномики, понял?

— Короче, — вздохнул пёс. — Вот прямо сейчас ты еще можешь отменить вызов, и я спрашиваю: отменять будешь или деретесь?

— А-а-а, — протянул Вельдан.

Он еще раз смерил меня взглядом. Закусил губу, и промычал:

— Деремся.

— Десять черв, — обратился ко мне пес. — Вы сторона защиты. Что ждет проигравшего?

Тут я уже всё распланировал.

Выходов из дуэли было три.

Смерть, обычно ей всё и решалось.

Сдача, но тогда победитель должен сдачу принять.

И потеря сознания. В боксе это называется нокаут. Вроде бы. Там еще куча всяких разновидностей есть. Ногдаун, например.

Ногдаун — это нокаут ударом ноги, если ничего не путаю. Есть еще тачдаун — нокаут одним касанием, но на такое способны только восточный мастера.

Суть в том, что если дуэль не закончилась смертью, в дело вступало специальное правило, которое назначала сторона защитника.

— Проигравший отправится в альфа-два, без возможности вернуться, — оттарабанил я. — Его место займет королева альфы-два. Такой вот обмен.

— Принято, — прошипела собачья морда.

Королевой был Рома номер два. Меняем некроманта на некроманта, чтоб Туз не бухтел. А вот при следующей возможности неплохо бы перетянуть к себе Эйру. Нужно только понять, кого она заменит.

И наконец мы проследовали к колесу.

— Первым барабан вращает сторона защиты, — пёс сделал приглашающий жест, — дисциплина!

Барабан поделился на несколько секторов, и то, что я там увидел…

— Это еще что? — Валет схватил охранника за балахон, — Какая к черту дисциплина?

«Классический бой», «Покер», «Шахматы», «Бутылочка», «Конькобежный спорт», «Русская квантовая рулетка с отложенным выбором».

— Нововведение, — невинно признался пёс, — прием солдат в наш корпус закончен, нужно уменьшать смертность.

Засопев, золотой мальчик выпустил балахон из рук.

— Десять, — поправил одежду пес, — вращайте барабан.

Из барабана вверх торчали серебряные штыри, я уверенно взялся за один такой и с силой крутанул.

Сейчас главное — держать уверенную мину и надеяться на чудо.