Сердце Северного Ликана
Шрифт:
Марисоль вздохнула. Не оставлять же её здесь? Она может погибнуть от страха, да и перепортить добрую часть вещей в доме. Надо было что-то срочно придумать, чтобы выпроводить её наружу.
Внезапно птица успокоилась, усевшись на спинку одного из плетеных кресел, уставившись на девушку блеснувшими в темноте глазами, склонив голову. Удивительно, что мебель не переломали в пьяном угаре друзья Мари, но здесь всё ещё стоял их нетрезвый дух, и воздух, сейчас заходивший в открытую дверь, вытеснял эту скверну, наполняя дом ночными ароматами цветущего сада.
— И что мне с тобой делать?
На самом деле, спать уже не хотелось. На улице было темно, как бывает всегда перед рассветом, а он уже был не за горами, и Марисоль, остановившись на пороге, решила насладиться свежим воздухом и, возможно, первыми лучами солнца, которые вскоре должны были появиться на горизонте.
Птица выпорхнула через её плечо, слегка напугав и взметнув светлые волосы девушки, но улетать не спешила, приземлившись на лужайку перед домом.
— Эй, что за шутки! — попыталась наигранно возмутиться Марисоль, но тут ей стало не до смеха.
На том самом месте, где только что сидела ворона, она своими глазами увидела девушку! Она сидела спиной к Марисоль и тихо всхлипывала, то ли плача, то ли смеясь. Длинные тёмные волосы завидным каскадом спускались на спину, чёрное платье касалось подолом земли.
«Неужели опять началось?» — пронеслась в голове совсем не радостная мысль.
Но как иначе было объяснить происходящее?
Марисоль боялась пошевельнуться, но тут уже сама незнакомка повернула к ней голову. Лица было не разглядеть.
И было ли оно?
Марисоль показалось, что вместо него у девушки одна сплошная рана. Лишь глаза сверкнули в темноте зелёным неестественным блеском. Она что-то прошептала, но слов было не разобрать. Марисоль, несмотря на весь ужас происходящего и смертельный холод, что сковал её изнутри, вся превратилась в слух, но по прежнему не разбирала ни слова.
— Я не понимаю… — наконец, решилась ответить она.
Незнакомка одарила её еще одним пугающим взглядом и прошептала: «Помоги».
После чего очертания её тела начали таять, растворяясь в темноте, и вот уже чёрная крупная птица взметнулась в ночное небо, оставляя Марисоль в полном одиночестве.
Та с трудом удержалась за косяк двери. Сердце готово было выпрыгнуть из груди, если бы то было возможным. Кажется, все страхи и опасения девушки были не напрасны: прошлое возвращалось стремительно, не спрашивая и не разбирая дороги. А, значит, впереди её ждали очередные испытания. И хотелось бы Марисоль сказать, что к ним она не готова. Да только вот никто её о том не спрашивал.
Глава 3. Пропажа
Утро ворвалось в её жизнь вместе со звоном будильника. Осознание того, что сегодня ей предстоит защита проекта, взбодрила Марисоль. Она легко поднялась и, покончив со всеми утренними процедурами, поспешила на кухню. По пути заглянула в комнату Мари, той там ожидаемо не обнаружилось. На завтрак оставалось совсем ничего времени, и девушка, закинув в себя пару тостов и запив их кружкой горячего кофе, вызвала такси и поспешила в университет.
Уже после, уставшая, раскрасневшаяся и счастливая, она брела домой, наслаждаясь погожим летним деньком и почти забыв о вчерашнем происшествии.
А было ли оно?
Марисоль очень сейчас хотелось, чтобы всё это было неправдой. Может быть, ей это просто приснилось? Она перенервничала, задремала, и…
Но обманывать себя было просто бесполезно. Легче было не думать, забыть, откреститься от навязчивых воспоминаний. И Марисоль практически это удалось.
Дом встречал её всё той же тишиной. Следы вчерашней вечеринки никуда не исчезли, пустые бутылки, фантики из-под снеков, разбросанные вещи и грязная посуда — всё это лежало на тех же местах, что и ранним утром. Но Марисоль не собиралась убирать это, пусть Мари сама расхлёбывает последствия своих похождений. Ей будет полезно лишний раз напомнить, что жизнь — это не только отдых, но и труд.
— Мари! — громко позвала она, прислушиваясь.
Но ответа не последовало. Должно быть, сестра её крепко спала, или до сих пор не вернулась домой. Следовало проверить.
Увы, пустая постель и отсутствие каких-либо признаков присутствия Мари в её комнате отсутствовали. Она и впрямь не возвращалась, не спала и даже не переодевалась сегодня в своей комнате. Это не было неожиданностью, ибо случилось не впервые, и всё же неприятное чувство, зародившееся в груди Марисоль, болезненно укололо сердце.
Она, покопавшись в сумочке, выудила оттуда телефон, и машинально набрала номер сестры. Длинные гудки не сказали ей ничего нового, но и трубку никто не взял. Ну что же, это было так похоже на её сестру.
Вечер за домашними хлопотами и приготовлением ужина прошёл быстро. Родители были в отъезде, и Марисоль приготовила совсем чуть-чуть рагу из овощей и пожарила пару стейков, прежде чем опять попыталась набрать сестру, в этот раз более настойчиво.
Но Мари будто в воду канула. Неужели, обиделась настолько, что не желала даже разговаривать с ней?
Поев в гордом одиночестве, Марисоль отправилась в постель, хотя она и понимала, что вряд ли уснёт, пока не дозвонится до этой легкомысленной упрямицы. Хоть сестра и не была подарком, но всё же она чувствовала ответственность за неё. Да и мама будет интересоваться… Родителей вот никак волновать не хотелось!
И она набирала и набирала этот злополучный номер, пока (о чудо!) на том конце невидимого провода наконец-то не подняли трубку.
— Мари! — почти закричала она, но голос на том конце принадлежал не её сестре.
— Кто это? — мужской ленивый баритон был слегка не трезв.
— Я хочу услышать свою сестру…
Мужчина икнул несколько раз подряд, при этом выругавшись.
— А… её нет… она уплыла…
— Куда? — опешила Марисоль.
— К-круиз, п-путешествие… — он опять икнул, и голос его резко стал жалостливым. — П-представляешь? Она б-бросила меня, и…
— А телефон?! Почему он у вас?!
— З-забыла, наверное…
— Могу я его забрать?!
— П-приезжай, к-красотка. — мужчина не переставал пьяно икать. — Ради т-тебя всё что угодно…