Чтение онлайн

— Да что изменится-то?

— Все, Эль, абсолютно все!

— Каждое наше решение — часть пространственно-временного континуума. Иначе… неужели ты думаешь, никто бы не попробовал все исправить?

— Ну исправляли же! — возмутился Эль.

— Да, условно.

— Но Кир же есть!

— Есть. Только… знаешь ли ты, чего это стоило Вселенной? Как могло бы все пойти, не исправь тогда этой смерти? Ты готов взять на себя ответственность? Серьезно, Эль.

Эль явно не хотел говорить, видя бессмысленным дальнейшие препирания с Сигом. Он резко повернулся к Эндемиону.

— Энед, я предлагаю сделку, ты отпустишь меня, а я… я ВСЕ исправлю. — Эль выразительно посмотрел на Сигнорина. Эндемион почернел лицом. Звонкая затрещина оглушила вконец растерявшегося Эля`Касмиэля.

— Если бы Владыка не был сейчас так занят, ты бы уже отвечал перед ним. — холодно произнес Эндемион. — Но раз уж тебе повезло, исправляй оступки сам, без камня. Эль'Сигнорин последит за тобой, пока отец в делах.

— За мной? — Эль озлился. — Он не в состоянии последить за крохотным кусочком простенького мирка, такого там наразводил: упыриха, волки, помирающая от ран сиротки, но он несомненно уследит за МНОЙ!

— Что ты сказал? — перед Эндемионом и Эль'Касмиэлем стоял Лакориан. Эль непроизвольно юркнул за старшего брата.

— Что слышал… — буркнул Эль уже своим туфлям. — Тоже мне, развел паноптикум.

— Ты видел ее? — Сигнорин смог вернуть себе волю. — Она жива, ранена?! Где ты ее видел? — дико заорал Сигнорин.

— Че ты орешь? — взорвался в свою очередь Эль. — Отпустишь — скажу! Нечего было сердоболие изображать. Ишь, открыл он дом призрения, опора страждущих… вторая Мари…

Договорить Эль не смог — уже Ларон вцепился паршивцу в ухо.

— Ай, пусти! — Завыл Эль. — Да где ей еще быть, ты, тупица!? На руинах, наверное, или в лесу. Черт ее знает, все время мне каст сбивает!

— Эндемион, умоляю! — Сигнорин повернулся к очень удивленному брату, но Энед спрашивать не стал. Он открыл портал в межмирье. Сиг едва не бросился туда, но нерешительно остановился и с мольбой взглянул на старшего брата: — Энед, последишь за Элем? Я быстро, обещаю!

— Иди, — успокоил Эндемион. — Эль связан, никуда не денется. Только, давай скорее — гонки на носу, помнишь?

Сиг быстро качнул головой и шагнул в портал.

Эль стоял побитой собачонкой. Эндемион пронзительно посмотрел на брата.

— Да… А ты, выходит, еще и подлый? — наконец изрек Эндемион. — А я думал, вы с Сили — друзья…

Эль с яростью и обидой взлянул Энеду в глаза и сразу отвел.

— Эль, знаешь, я ничего не скажу отцу, не хочу расстраивать. В твои годы мы так боялись его разочаровать… — Эль злился все больше, и оттого красные пятна проступили на щеках. Над Элем навис Ларон. — Пшёл вон с глаз моих! Но из дворца — ни на шаг… И только попробуй ослушаться!

Дракон развернулся и ушел в дом. Эль, красный и смущенный, так и стоял, глядя в траву.

— Эль?!Привет, Эль! — Сили вышла из дома в намерениях найти папу, а то они прятались уже добрый час, а никто их и не думал искать. — Ты где был?

Нежный и ласковый голос девочки заставил Эля вздрогнуть, слезы ярости и обиды смешались с новым чувством, очень щемящим и тяжелым. От чего щеки загорелись пожаром.

— Эль, что с тобой? Тебе плохо? — заботливая Сили явно перепугалась, увидев его таким. Она протянула руку.

— Отстань! — Эль резко оттолкнул протянутую руку. Глубокое чувство стыда и ярости на самого себя заняло с головой. Ничего, он все исправит… И это тоже! Надо только снять сеть братьев… где камень, он уже знал.

Глава Десятая. Зачарованный Край. В бесконечном сне.

Солео хотела пить, ей казалось, что под кожей живет огнедышащий дракон и его пламя растекается внутри. Сама кожа представлялась натянутым рыбьим пузырем, что медленно сушился на солнце.

— Воды… — Солео умоляла пространство. Но когда она пыталась открыть глаза, её ослеплял беспощадный свет солнца, отраженный каменным плато.

И тогда разум нырял в спасительный омут обморока, освобождая от боли и жажды. Ей чудились улицы, с гулкими мостовыми. Чудился смех. Она «видела» как девочки-школьницы бегут вприпрыжку на занятия. Сегодня у них первый день, азы магического мастерства… Солео смотрела на мальчика, угрюмого и так непохожего на остальных. Его было жаль.

Чужак. Он робко вышел из дома, оправляя одежду на ходу. Ярко- зеленые, и без того огромные, глаза казались еще больше от страха.

«Алеон! Идем скорее, опоздаем!», — девочка с растрепанной светлой косой схватила мальчика за руку и потянула за собой.

Видение растаяло, тяжелая реальность мучительно пульсировала кровью в голове.

Язык прилип к небу от сухости, а губы потрескались из-за жесткой корки.

И снова обморок.

Высокие башни… Казалось, они устремлены прямо в небо, башни резали небосвод, чаровали тонкостью и величием. Ажурные, выполненные из полупрозрачной породы небесного камня, они сливались с облаками.

Через миг Солео оказалась гостьей одной из башен. Летний закат окрашивал кварцевые стены в оранжево-розовый цвет. Где-то кричали стрижи.

— Сильвия Гаспаро, интересующая нас всех формула написана на доске, а не на окне… — Солео удивленно повернула голову к молодому учителю. — Сильвия, у вас есть пример для иллюстрации подобного явления?

— Магистр Алеон, с чего вдруг я?

— С того, что у вас в семестре упорно выходит неуд! Быть может, вы все же хотите положительную оценку? Или вам нравится подобный расклад дел?

Класс, увлеченный не столько формулой на доске и подбором примеров, сколько перепалкой между молодым учителем и строптивой ученицей, выжидающе замер. Солео же «слышала» тайный диалог.

«Сил, ну расскажи о дуализме частицы света!» — отчаянно пытался помочь ученице учитель.

«Не буду, такая как я, не может знать о дуализме».

«Сил! Ну это ведь ты точно знаешь!»

Сильвия упрямо молчала.

— Сильвия Гаспаро, поздравляю, у Вас очередной неуд! — Алеон страшно разозлился, но девушка снова смотрела в окно.

Класс покатился со смеху. Алеон легко читал мысли нерадивых и ленивых студентов. Призвав всех к тишине, он сам начал рассказывать о квантово-волновом дуализме частицы, как примере выбора и неоднозначности поведения материи. Неожиданно магистр Алеон раскраснелся до кончиков ушей. Он быстро отвернулся от класса, смущенный и растерянный. Чужой образ обжёг. Это было воспоминание их с Сильвией тайного свидания на берегу реки. Сильвия не поскупилась и передала самые яркие моменты встречи, где любовники сплелись в стремлении абсолютного единства.