Чтение онлайн

– Возвышенная и чувственная в отличие от твоей, дикарь!

– О да, бесспорно.

– Ты смеёшься надо мной?

– Конечно.

– Тогда я вызываю тебя на дуэль!

Я зевнул, ещё раз показав клыки, и отвернулся. Южный ветер попытался ударить меня горячей воздушной плетью, но я отбил его атаку, извернувшись и перегрызя плеть зубами. Он бросил в меня волну тёплого ветра, но я легко охладил её. После этого он успокоился, видимо, моя контратака остудила пыл его высокой души. Помявшись немного рядом, он ушёл в своём направлении. Территория, которую просил удерживать господин, осталась за мной. Прекрасно. Ай да я.

Развлекаемся дальше.

*

Пока я шатался по рощам, выполняя свои обязанности, я краем глаза следил за передвижением жертвы. Девчонка успела выйти к деревне. Закончив осмотр, я длинными летящими скачками поспешил к ней через всё поле. Я с размаху наскочил на неё со спины и опрокинул на землю. Она вскрикнула и, кажется, чуть не прикусила язык. От боли и пережитого страха она захныкала, как ребёнок, хотя явно была старше шестнадцати.

Я снова прикинулся восторженным дурачком и стал лизать ей щёки.

– Сумасшедшая псина, - сердито сказала она, отталкивая меня.
– Отстань!

Я нежно, но ощутимо куснул её запястье.

– Да уйди ты!

Я протиснулся головой под её подбородок и замер, показывая, что не отстану, пока меня не поглядят. Она не выдержала и засмеялась сквозь выступившие слёзы.

– Какой же ты добряк, - прошептала она, прижимая меня к себе.
– Ты будешь моей собакой, если не уйдёшь. Я так и назову тебя: Добряк. Согласен?

Х-ха...

Как скажешь, о божество, о лорд мой светлейший, январь очей моих и снегопад моей души. Для тебя я буду кем угодно, хоть Добряком, хоть Пушком, хоть Шариком.

Дай только довести тебя до конца...

Так мы и сидели, обнимаясь, и она смотрела на небо. Шапка съехала ей набок, она не поправляла её. На севере зависли тучи, тяжёлые, набухшие, явно сулящие вьюгу.

– Я хочу, чтобы пошёл снег, - сказала она.
– Сейчас же.

А что ж!

Будет тебе снег, детка.

Узнай, что такое отклик природы на движения твоего сердца. Почувствуй себя её хозяином. Скажи ей: "хочу тебя!" - и стань ею, растворись в водовороте боли, тоски, восторга, злости, радости, боли, наслаждения, безумия, покоя, усталости, боли, страха, счастья, боли, боли, боли...

Ты ведь бог, не так ли?

Мир всколыхнулся, и нагнулась трава, зашумели голые деревья. Тучи сорвались с места и полетели по небу, как горбы фиолетовых волн, и посыпались из них мятежные хлопья, разрываемые моей волей. Девчонка приоткрыла рот. Её пальцы, лежавшие у меня на загривке, нервно вцепились мне в шерсть.

– Это я сделала, Добряк?
– спросила она.

Конечно.

Не я же.

Что за глупые вопросы, о мой господин?

Я вывернулся и отскочил, приглашая её продолжить прогулку. Она встала машинально, и каждый шаг её был замедленным, замороженным. Она смотрела вверх, задыхаясь от восторга, и ничего не замечала кроме снега, который рябил в глазах.

Вдруг она вскинула руки кверху и рассмеялась.

– Это я сделала!
– крикнула она.
– Я - бог холода! Я - повелитель зимы!

Я звонко залаял, и этот лай получился очень похожим на смех.

Она этого не заметила, к счастью.

Потом мы вместе скакали под обильным снегопадом, дразня друг друга, кусая и кувыркаясь в траве, как два настоящих щенка, и не важно, что один из нас человек, а другой - северный ветер, принявший облик пса. Мне, признаться честно, доставляло удовольствие это веселье. Девчонке, очевидно, тоже. Она даже не обиделась на то, что я пару раз укусил её слишком сильно и ударил лапой по лицу. Она великодушно простила мне это, правда, укусила и ударила меня в ответ. Я мог бы ответить покрепче, но посчитал, что пока рано. Она ещё получит своё. Сполна.