Чтение онлайн

В индуистской мифологии одним из «тайных» имен бога огня Агни служит Матаришван — «растущий в матери». Матаришван — Агни, добывший по поручению одного из многочисленных «солнечных» богов Вивасвата (родоначальника людей) «небесный огонь» для человеческого рода, не только «растет в матери», но и добывается из нее «священным половым актом»{110} то есть сам процесс добывания огня («мудрости» в эзотеризме) неотделим от эротики. То же самое, по сути, мы видим и в разобранных нами мифах, где условием появления на земле огня (или его символического эквивалента, «головы мудрости»), его высвобождения из «материнского чрева», является соитие, воплощаемое в некрофилии.

«Мертвая, непорочная дева», или, в древнеегипетском варианте, «мертвый двуполый Осирис» в тайной науке и философии эзотеризма олицетворяет собой «мертвую материю», порождающую «дух огня» — мудрость. То есть из мертвой, неодушевленной материи порождается жизнь, мудрость. И эта пресловутая «мудрость» эзотеризма ничто иное, как мудрость неодушевленной, слепой природы и ее первоосновы — слепой, неодушевленной материи. Вся эта каббалистическая чушь нашла свое «научное» отражение в Эволюционной теории Ч. Дарвина, которая так приятна материалистам, и которая рисует появление жизни на земле как некий химический процесс. Первобытный ил, якобы, получил какой-то солнечный или радиационный заряд из космоса и появились простейшие организмы, которые через бесчисленную цепочку эволюционных превращений породили, в конце концов, из обезьяны человека. Американский ученый С. Гроф замечает по поводу этой материалистической модели:

У нас еще будут возможности увидеть, как «тайная наука для Посвященных» (эзотеризм) воздвигает на своих каменных алтарях-пьедесталах различные ответвления материалистической науки. И когда мы узнаем, что творцы этих атеистических концепций, такие как Ч. Дарвин и К. Маркс, являлись членами всяческих Тайных обществ наподобие масонских, все эти «совпадения» перестают удивлять.

В эзотерических («языческих») концепциях оживляющей стихией является не душа, а огонь. Будучи (наряду с Гефестом) богиней огня, Афина при сотворении людей вдохнула в них «душу», то есть свою пламенную сущность.{112} Одновременно, эта богиня не просто «мудрость» — она в позднюю античность уже становится олицетворением «всеобъемлющей мировой мудрости», принципа «неделимости Космического Ума».{113} Иными словами, огонь (солнце) оживляет мертвую материю (сотворение людей), вдохнув в них огненную душу — частицу «Космического Ума», «мировой мудрости». Афина — «покровительница целомудрия», «дева-воительница», рождается из головы Зевса, которую, как и в случае нартовского эпизода о рождении «огненного» героя из камня, раскалывает молотом божественный кузнец (Гефест или Прометей).{114} Сам Зевс изначально предстает как «камень», «каменный бог» (эпизод камня, подсунутого Кроносу вместо Зевса и его долгое пребывание в каменном гроте на о. Крит далеко не полное, но достаточно красноречивое этому свидетельство).

На двуполость Афины намекает пророчество Геи и Урана о ней как о «сыне», тогда как она появляется с женскими чертами, но издавая при рождении воинственные крики, порядком напугавшие папу-Зевса.

Мы не говорим о прямой связи с Афиной «мудрой» Саты, которая является таким же воплощением высшей мудрости (черта, которую подчеркивают в ней все национальные версии Нартиады). Эта связь уходит в глубину общей концепции культа огня и Верховного Существа, хотя взаимные влияния и самих мифов достаточно очевидны и прозрачны.

Невозможно охватить всю символическую палитру этого единого древнего мономифа, его истолкования и ответвления. Но все они, словно пышный куст, произрастают из одной точки, одного корня — технологии добычи огня, отождествления последнего с «огнем небесным» — Солнцем и появления ритуала «рождения» огня. Являясь якобы творцом и душой всего сущего, огонь стал осознаваться и как принцип и воплощение Космического Разума, или Космического Высшего Существа. И «мудрость огня», соответственно, есть ничто иное, как тайна сочетания в единой сути принципов добра и зла, бога и дьявола.

Вся эта «некрофильская» концепция, видоизменившись лишь в терминах, составила суть эволюционной теории Чарлза Дарвина. И как бы ее не усложняли последующие изменения, доработки и дополнения — суть ее не меняется. Жизнь, по этой теории, появилась из мертвой материи, которой коснулась слепая и, может быть, мудрая именно по причине этой слепоты, огненная стихия Солнца или космических излучений. То, что эзотеризм передает как банальный «половой акт», в учении Ч. Дарвина переименовано в «сложные химические процессы». Говоря о дарвинизме, мы подразумеваем под ней всю материалистическую концепцию, развившуюся из этого учения.

Почему-то принято думать, что дарвинизм является научной теорией, опровергающей «религиозные предрассудки и суеверия». На самом же деле в дарвинизме наука служит лишь прикрытием, маскирующим антирелигию, культ природы, возведенной в роль «творца» жизни. В Исламе такая подмена обозначается как ширк, многобожие, придавание Аллаху сотоварищей, язычество, сатанизм. Дарвинизм никогда не был и не может быть цельным учением, ибо не доводит объяснение мира до первооснов, до начальных истоков образования вселенной. В дарвинизме (или, шире, в материализме) всегда какие-то кардинальные проблемы мироздания остаются нерешенными, отодвигаются «на потом». Дойдя до какого-нибудь этапа, дарвинизм объявляет его начальным в истории миросотворения, но тут же обнаруживается предыдущий этап и так — без конца. Единственным логическим выходом из этого мировоззренческого тупика является признание Творца, существовавшего раньше любого творения, задумавшего и осуществившего каждое творение, запустившего процессы, покорные Его законам, в том числе и процесс биологической эволюции.

Но все дело в том, что современные ученые решительно отвергают даже такую базовую концепцию материализма, каковой является эволюционная теория Дарвина. Любопытно, что именно на родине Дарвина, в Англии, был вынесен окончательный приговор его теории, гласящей, что высшие виды животных (в том числе и человек) произошли в результате естественного отбора от низших животных. Около 120 ведущих ученых Лондонского Геологического Общества и Английской Палеонтологической Ассоциации в 1970 году заявили, что «каждая основная форма или род растений и животных имеет свою собственную, отличающуюся от всех других форм или родов историю! Группы растений и животных в палеонтологической летописи возникают внезапно… От общих предков нет и следа, не говоря уже о связи с каким-нибудь предполагаемым родоначальником из пресмыкающихся».{115}

Специалист по молекулярной биологии Майкл Дентон писал в 1986 году: «Не может быть и сомнения, что у Дарвина не было достаточно доказательств для его эволюционной теории… Его общая теория, что все формы жизни на земле появились и развились постепенным накоплением случайных мутаций, до сих пор, как и во дни Дарвина, является в высшей степени спекулятивной гипотезой, совершенно лишенной всякой поддержки существующими фактами, и очень далека от очевидной аксиомы, в которой нас хотят убедить некоторые ее весьма агрессивные сторонники… Можно было бы ожидать, чтобы теория такого кардинального значения, теория, которая буквально изменила мир, была чем-то большим, чем метафизика (то есть слепая, интуитивная вера — авт.), более значительным, чем миф».{116}

Наконец, приведем оценку физика и астронома Фреда Хойла: «Чем больше биохимики делают открытий о внушающей благоговение сложности жизни, тем яснее становится, что вероятности ее случайного возникновения так незначительны, что их можно исключить полностью. Жизнь не могла возникнуть случайно… Как могло случайное соединение химикатов в органическом „бульоне“ произвести 2000 жизненно важных ферментов? Вероятность этого „случайного“ соединения примерно такая же, как вероятность 50 000 раз подряд бросить „шесть“ неподдельным игральным кубиком! Это простое вычисление показывает полную несостоятельность концепции случайного возникновения жизни на земле».{117}