Чтение онлайн

Резюмируя достижения ученых-языковедов в изучении этой проблемы, А. П. Новосельцев писал, что «в наши дни окончательно решена этническая принадлежность урартов (алародиев), которые, как это основательно доказано, говорили на языке ныне исчезнувшей языковой группы (ближе всего к ней некоторые современные центрально-северокавказские языки — чеченский и ингушский)».{494} В последнем издании материалов по истории СССР это родство отмечено следующими словами: «Урартский (как и хурритский) язык принадлежал к особой языковой семье, из современных языков наиболее близким к ним являются некоторые языки Северного Кавказа (чеченский и ингушский)».{495} и, наконец, это родство, как доказанный научный факт, получило отражение на страницах ВУЗовских учебников: «племена алародиев (или урартов), говорившие на не сохранившемся до наших дней языке (из современных к нему наиболее близки чеченский и ингушский), еще в XIII в. до н.э. создали свой племенной союз».{496}

Таким образом, нет ничего удивительного в том, что в эпоху бронзового века на Армянском нагорье обнаруживаются носители кавкасионского антропологического типа — это, как мы видели, лишь укрепляет фактом из смежной науки выявленное лингвистами генетическое родство древних хуррито-урартов с современными вайнахами.

Мы просим читателя подумать еще над одним научно доказанным фактом. Заключается он в следующем. Самым древним языком на нашей планете, известным ученым, считается шумерский язык, который стал мертвым более 4-х тысяч лет назад. На нем говорили люди, создавшие самую первую из человеческих цивилизаций и придумавшие письменность еще в конце IV тыс. до н.э., то есть более пяти тысяч лет назад. Города и государства у шумеров возникай еще раньше — в V тысячелетии до н.э.{497} Казалось бы, древнее народа и быть не может. Но вот одна загадка — Б. Брентьес пишет: «среди названий городов шумеров почти нет шумерских: чуть ли не все они ведут свое происхождение от дошумерской цивилизации».{498} Эти слова подводят к поразительному заключению — в Месопотамии существовала цивилизация какого-то древнего народа еще до появления там шумеров. Если шумеры заимствовали у этого древнего народа названия их городов, то не попали ли в их язык и другие слова, другие термины? Ученые отвечают на этот вопрос утвердительно. Им даже удалось выяснить, каким был язык, слова из которого попали в шумерский. Этим языком оказался хурритский,{499} что является свидетельством его баснословной древности. Как мы видим, хурритский язык и его потомок — современный вайнахский, имеют едва ли не такую же древность как и кавкасионский антропологический тип, отражающий облик самых первых европеоидов-кроманьонцев.

Этот беглый экскурс в антропологию и лингвистику был вызван лишь тем, чтобы читатель, имеющий поверхностное знание истории, знал о прочной научной базе, на которой стоит «сенсационный» для многих вывод: современные вайнахи сохранили и донесли из невероятных глубин времен физический облик и, возможно, в какой-то мере и сам язык древнейших европеоидов — кроманьонцев.

И теперь мы можем понять, почему Иоганн Фридрих Блюменбах назвал белую, арийскую расу «кавказской», а также и то, почему грузинские ученые назвали «кавкасионским» тот антропологический тип, древними носителями которого являются вайнахи и их далекие предки хурриты. Все это, повторим, вращается вокруг того факта, что именно вайнахи сохранили в полной мере физический облик самых древних европеоидов (арийцев) на земле — кроманьонцев.

Теперь пора пригласить читателя взглянуть на эту проблему с религиозной точки зрения. Всем хорошо известно, что Библия и Святой Коран родоначальником современного человечества считают Ноя (пророка Нуха — мир ему) и тех людей, которые спаслись с ним вместе от потопа. В Библии все спасшиеся обозначены как члены семьи Ноя, в Святом Коране говорится, что от гибели в водах потопа была избавлена не только семья Нуха (мир ему), но и другие праведные люди.

Гора Арарат, где высадились после потопа спасенные — позднейшая интерпретация. Г. А. Меликишвили писал об этом так: «Из ассиро-вавилонского мира было заимствовано это название (то есть Урарту — авт.) в древнееврейском — „Арарат“, в библии (в его еврейском оригинале) оно никогда не означает гору, а всегда страну (или царство). В большинстве случаев и здесь „Арарат“ употребляется… в смысле общего названия территории, лежащей к северу от Ассирии».{500} Мы помним, что такого же мнения придерживался и крупнейший востоковед И. М. Дьяконов.

К северу от Ассирии, в древности, мы обнаруживаем только хуррито-урартский мир, обозначаемый в ассирийских надписях как «Наири» или «Урарту». Это -идентичные названия и второе из них, как пишет Г. А. Меликишвили, отпечаталось в Библии как «Арарат». Таким образом, если следовать библейскому преданию, современное человечество зародилось на Кавказе, «к северу от Ассирии», там, где с самых древних времен фиксируется присутствие хурритов.

Наука определяет «потомство Ноя», современное человечество, термином «кроманьонцы». Антропологи свидетельствуют, что кроманьонцы (или, по Библии, «потомство Ноя») сохранили свой первоначальный физический облик именно в хурритах и в их потомках — вайнахах. Иными словами, синтезируя воедино библейские и научные данные, потомки Ноя, первые современные люди, кроманьонцы, сохранились в первоначальном виде там, где они и появились впервые — на Кавказе. Научные факты, приведенные нами, под каким бы углом зрения их не рассматривать, могут трактоваться только так. Примечательно, что Библия подкрепляет этот расклад, а Святой Коран в данном вопросе не опровергает Библию.

Можно было бы в этой связи подвергнуть анализу самоназвание чеченцев (нахчи, нохчи), происходящее от слова нах — «люди»; название Нахчеван (нам удалось в различных источниках отыскать четыре древних города с таким названием — около озера Урмия; в современной Турции вблизи армянской границы; в Закавказье — нынешний Нахичевань и в древней Кахетии — крепость Нахчеван); имя Ноя (в Библии — Ноах; в Святом Коране — Нух); некоторые древнеиранские и древнеармянские социальные термины с основой «нах» и связанные с понятием «люди», «население»; древнеегипетское название хурритской империи Митанни — Нахарина; раннесредневековое княжество в Армянском царстве — Нахче и многое другое. Но такой анализ требует самостоятельного исследования с привлечением многочисленных источников, и поэтому мы посвятим ему отдельную главу.

После того, как мы прояснили для себя некоторые моменты, связанные с «кавказской расой» и «кавкасионским антропологическим типом», их связь с вайнахами и глубокую древность реалий, покрываемых этими научными терминами, можно перейти к тем мистико-религиозным концепциям германского нацизма, с беглого упоминания о которых и была начата эта глава.

В 1938 году эмигранты из Германии, живущие в различных европейских странах, пополнились еще одним. Вступив в конфликт с руководителем местных национал-социалистов Форстером, уехал во Францию Герман Раушнинг, бывший глава Данцигского сената. До этого он много раз встречался с Гитлером и имел с ним беседы. Во Франции в числе его знакомых оказался немецкий еврей Имре Ревес, который подал Герману Раушнингу.идею написать книгу о своих встречах и беседах с канцлером Германии.

В Париже Имре Ревес обладал неограниченными средствами и, в тесном контакте с английским премьером Черчиллем, возглавлял антигерманскую кампанию в мировой печати. Ревес предоставил Раушнингу самую широкую помощь своими сотрудниками. Книга была написана в рекордно короткий срок и получила название «Гитлер сказал мне…». Затем эту книгу перевели на все основные европейские языки и издали большими тиражами. За эту работу Раушнинг получил 125 тысяч франков — самый большой гонорар, когда-либо выданный во Франции автору книги.{501}

Эти сведения мы излагаем для того, чтобы читатели не подозревали Германа Раушнинга в каких-то симпатиях к Гитлеру. Его книга переведена на русский и издана в 1993 году. Она написана человеком, который ненавидел Гитлера и написана по заказу ярых врагов Гитлера. Из этой книги можно узнать множество интересных вещей.

Вот, к примеру, несколько высказываний Гитлера о христианстве — так, во всяком случае, передает их Раушнинг: «Итальянские фашисты во имя Господа предпочитают мириться с церковью. Я поступлю так же. Почему бы и нет? Но это не удержит меня оттого, чтобы искоренить христианство в Германии, истребить его полностью, вплоть до мельчайших корешков».{502} Вот еще одно: «для нашего народа имеет решающее значение, будет ли он следовать жидовскому христианству с его мягкотелой сострадательной моралью — или героической вере в бога природы, бога собственного народа, бога собственной судьбы, собственной крови».{503} Обратим внимание на те понятия, которые Гитлер объединял в слове «бог» — природа, народ, судьба, кровь. Приоритет этих понятий для немцев Гитлер считал не просто важным, он употребил выражение «решающее значение». И еще: «Без собственной религии немецкий народ не устоит. Что это за религия, еще никто не знает. Мы ощущаем ее. Но этого недостаточно».{504}

Наконец, в Германии был реабилитирован культ Одина (немцы называют его Водан).{505} Конечно, Один предстал не в качестве бога. Он был воспринят прежде всего как олицетворение чистоты арийской крови, хранитель нордических традиций, воплощение мудрых и героических черт древних германцев. Почитание Одина вылилось в почитание немецкой нации, арийской крови, нордического характера. И здесь впервые вырисовываются очертания нацистской религии, в центре которой стоит культ Чистой Крови, воплощенный в полуисторической, полулегендарной личности Одина.

Касаясь религиозных и мистических аспектов нацизма, нам постоянно придется возвращаться к теме «Чистой Крови». Еще за год до прихода Гитлера к власти, вопросами крови занялся будущий рейхсляйтер, молодой ученый Даррэ. Раушнинг пишет: