Чтение онлайн

Наконец-то медленно подъезжает маршрутка. Запрыгиваю в неё, съеживаюсь на сидении. Она доедет почти до самой фирмы Богдана. Там останется пару сотен метров пройти.

Крупный незнакомец заходит вместе со мной, еще и садится сзади. Он видит меня постоянно, а я его лишь когда обернусь. Черт!

Блин, хватит параноить! Человек едет себе спокойно по своим делам, а я кошусь на него так, будто узнала в нем маньяка.

Уставляюсь в окно, на полностью закрывший обзор снегопад. Маршрутка едет медленно, почти ползет. Достаю телефон, включаю его. Следующий раз может не включиться.

Набираю Богдана, но слышу все тот же механический ответ — «Ваш абонент вне зоны покрытия».

Когда включается автоответчик, быстро говорю куда я еду, и снова выключаю телефон.

Проверяю карманы — может, в них завалялись какие-то деньги, чтобы расплатиться с водителем. Но в них пусто. Черт, еще и с этим придется как-то разобраться. Как только остановится на нужной остановке — быстро выходить.

Кутаюсь в куртку и смотрю в окно, стараясь не пропустить нужное место. Периодически оглядываюсь на стоявшего рядом со мной на остановке незнакомца, всматриваюсь в каждого заходящего. Нервы шалят ого-го.

Где сейчас Танюшка? Что с ней? Жива ли она?

Блин!

Может, следовало поговорить с Андреем? Но от страха я предпочла просто убежать.

Не знаю, правильно ли сделала. Действовала чисто из страха. Но поговори я с ним — не факт, что сейчас дышала бы.

Маршрутка медленно подъезжает к нужной остановке. Поднимаюсь, иду вперед, вижу, как человек передо мной расплачивается, выходит и проскальзываю в дверь за ним. Слышу недовольный возглас, но иду вперед, в пургу. Сейчас пройти два небольших переулка — и окажусь рядом с входом в нужное здание. Хоть бы меня пропустили.

Холодный ветер свистит в ушах, забирается под одежду, щиплет тело. Но я не останавливаюсь. Достаю телефон в надежде набрать Богдана снова, но тот не включается. Зараза!

В переулке почти безлюдно, несмотря на то, что это почти центр города. Рядом старая церквушка, которую уже не первый год собираются реконструировать, но все не хватает то денег, то еще чего-то. Проходя мимо неё, крещусь.

— Господи, помоги. Больше надеяться не на кого.

Обходя её, натыкаюсь на припаркованную у обочины серую машину. А рядом с ней стоит Андрей.

Черт!

Разворачиваюсь в желании убежать, но тут же поскальзываюсь, падаю, больно ударяюсь коленом.

Андрей подходит ко мне, протягивает руку, но я поднимаюсь сама.

— Садись в машину, — говорит он.

— А если не сяду — запихнешь силой? — фыркаю я.

— Нет. Просто Танюше будет нехорошо.

От его слов по моему телу словно бы проходит ток.

Андрей достает телефон, звонит куда-то.

— Дай девочку, — говорит он и протягивает телефон мне.

Дрожащими руками беру аппарат.

— Да.

— Мам, когда ты меня заберешь? — слышу знакомый детский голос.

— Тебе делали что-то плохое?

— Нет. Но тут чужие дядьки. Я их боюсь.

Андрей вырывает из моих рук телефон, убирает его в карман.

— Она мне не нужна. Нужна ты. Если поедешь со мной — девочку тут же отпустят.

— Зачем я тебе?

— Не твоего ума дело. Это между мной и Богданом.

Он открывает дверь машины, жестом приглашая меня внутрь, а я не знаю, что делать. Вон, впереди высится здание фирмы Богдана. До него рукой подать. Но, черт возьми, Танюшка. Если они с ней что-то сделают…

— Поклянись, что отпустишь девочку, если поеду с тобой, — шиплю я.

— Клянусь, — спокойно отвечает он, и я забираюсь на заднее сиденье машины. Он закрывает за мной дверь, садится на водительское место, снова берет в руки телефон, куда-то звонит.

— Отвезите девочку в центр и отпустите. Она больше не нужна.

— Куда ты меня везешь? — спрашиваю я, смотря на Андрея.

Тот не отвечает, будто в рот воды набрал. Взгляд стеклянных глаз полностью сконцентрирован на дороге, рука быстро и резко переключает передачи.

— Что со мной будет?! — спрашиваю еще громче.

— Ты умрешь, — резко отвечает он.

И так понятно…

Он не сказал мне надеть на голову мешок или завязать глаза, я вижу, куда он меня везет, а я знаю кто он. Все это время он старался держаться в тени, все время действовал через кого-то. Он мог убить меня миллион раз, но по одному лишь ему известным мотивам чего-то ждал. Может, боялся попасться, а может, в этом было что-то еще. Не знаю.

— Зачем тебе моя смерть?

Сердце в груди сильно колотится, но сквозь всеобъемлющий страх, ненависть, впившиеся в кожу ногти, я чувствую облегчение. Они отпустили Танюшку, если этот урод, конечно, мне не соврал.

— Не твое дело. Это между мной и Богданом.

— Ты хочешь убить меня, чтобы насолить ему?

— Заткнись уже! — рявкает он, не отрывая взгляд от дороги. В его голосе чувствуется злость, ненависть ко всему миру. Уж не знаю, что ему сделал Богдан, но готова поставить что угодно — это месть.

Только за что?

Мы подъезжаем к окраине города, которая больше похожа на деревню. Небольшие одноэтажные домики, откидывающий снег мужик в фуфайке, лающая из двора собака, играющие прямо на дороге в снежки дети.

Не так давно здесь и официально была деревня, но город рос, строились все новые и новые улицы, и теперь она считается его частью. Власти города уже давно обещали дать здешним жителям квартиры и настроить тут многоэтажек, но до дела все никак не доходило.

Андрей достает телефон, кому-то звонит.

— Подъезжаем, — после короткой фразы он возвращает аппарат в карман.

Через минуту вижу, куда подъезжаем. Прямо на отшибе деревни стоит одноэтажный дом, со всех сторон окруженный деревьями. Он далеко от улицы, с неё ничего не разглядеть. И, кажется, тут давно никто не живет.

Тип с внешностью бывалого зэка открывает перед автомобилем проржавевшие ворота, и мы въезжаем во двор. Заброшенное место. В одном из окон дома зияет дыра, штукатурка давно отлепилась, видны голые кирпичи, в ветхом решетчатом заборе виднеются дыры.

— Выходи, — командует Андрей.

Я выбираюсь из автомобиля и слышу лишь холодную тишину. Нигде ни звука, будто бы тут не то, что нет жизни, а это место и вовсе для неё не предназначено. Лишь скрип снега под ногами нарушает покой давно забытого места.