Чтение онлайн

— А почему нет? Ты напишешь ему в «ВСекте», кинешь заявку на добавление в друзья, а там видно будет. А там дело за малым. Я уверяю тебя, ты ему точно понравишься. Ему нравятся такие женщины, как ты. Макс будет без ума от тебя, ему всегда нравились рыжие девушки. Вот почему ему Женька нравилась? Потому что была рыжая и весёлая, прям как ты.

Снова молчание. Вероника смотрела мимо Алисы в окно. Гончарова подумала, что Вероника мыслями очень далеко, её глаза не выражали ничего. Совсем. Алиса лишь отчасти понимала, что нужно делать. Вероника знала. Но, ни Вероника, ни Алиса до конца не могли просчитать всех вероятностей. Точка. Одна на всех. Гончарова нарушила молчание:

— Хорошо, — она вздохнула. — Я согласна.

В этот момент мозаика событий способная, как вирусная РНК, к самосборке сложилась. Все части пришли в движение, и из старого узора начал складываться новый образ событий и реальности. Процесс был запущен, начался обратный отсчет. Реакцию ядерного обмена теперь уже не возможно было остановить. Пространство и время, разъединились, соединяясь в точке начала, в точке формирования новых вероятностей и создания будущих направлений развития событий.

Вероника ответила почти сразу же:

— Отлично. Тогда начинай, а там видно будет. Я думаю, что мы получим желаемое.

Алиса уловила в голосе Вероники уверенность и радость. Гончарова видела, что с Вероникой что-то происходило, она чувствовала, но не совсем понимала происходящее. Они посидели ещё некоторое время, ощущая, что всё же пора домой. Уже пора.

Выйдя из кофейни, они разошлись каждая своим путем. Алиса ехала домой и думала. Мысли были самые разные. Войдя в квартиру, она устало бросила сумку в угол. Всё было как обычно. Половина восьмого — самое время. Алиса приходила почти всегда так. Первым делом она включила комп. Это было всегда важно, а сегодня и вообще приобретало мистическое значение. Сейчас она будет вершить историю. Не снимая куртки, она, упав на диван с ноутбуком, быстро нашла свою страницу в «ВСекте». Поиск Макса Александровского занял каких-то 30 секунд. Вот они чудеса интернета. Ещё меньше времени заняло отправление заявки на добавление в друзья. Сердце Гончаровой стучало в бешеном ритме, ударяясь о стенки грудной клетки. Если бы не прочные ребра, то её сердце уже бы упало на черные кнопки ноутбука, печатая сообщения, удар за ударом толкая нужные буквы. Теперь она понимала, что чувствовала Вероника, общаясь с Максом. Заявка была отправлена. Алиса уставилась в монитор, будто это могло ускорить процесс. Итак, дело сделано. Что дальше? Макса не было в сети, поэтому на быстрый ответ рассчитывать не приходилось. Началось тягостное ожидание. Ждать всегда очень сложно. Ждать в ситуации напряженной неопределенности нереально. Легко было Веронике говорить: «Добавься в друзья. Всё очень просто». Ага. Легко. Легко было Веронике, она Макса Александровского, который для неё уже просто Макс, знает давно, и для неё он не гиперзвезда металлической сцены, а обыкновенный или не совсем обыкновенный мужчина. Да ещё ко всему прочему — её бывший.

Несмотря на тягостное ожидание, жизнь протекала в привычном русле. Нужно было приготовить ужин, разобрать завал в ящике стола, да и учебой наконец-то заняться. Алиса собиралась поискать нужную информацию в интернете, написать пару-тройку отчетов о проделанной работе на практике, сочинить реферат, который надо было сдать ещё в прошлом семестре и, уже после всего конечно же, проверить как там дела в «ВСекте». Всё намеченное она делала быстро и уверенно, благо за три года работы в универе на кафедре Алиса овладела искусством компиляции одного реферата и отчета из многих в совершенстве. Да, бумаги придумали враги. Это точно. Переписывая из одного отчета в другой свои героические подвиги на практике, Алиса иногда проверяла обновления своей страницы, хотя сама себе пообещала, что сделает это только после того как всё закончит с рефератами. Но на то оно и своё слово: хочешь — даёшь, хочешь — назад берёшь.

Проверив обновления свой страницы в очередной раз она с удивлением, страхом, восторгом и глубокой озадаченностью заметила, что в друзья её соблаговолили добавить. Гончарова не знала, что делать теперь. В одну секунду скорость мышления превысила скорость света и звука вместе взятых. Ей хотелось прыгать, кричать, что-то делать. Вероники пока в сети не было, поделиться радостью и получить совет, как поступать дальше, по телефону не удалось. Значит, надо действовать самой. Алиса набралась смелости и написала первое сообщение. Действие, занявшее меньше минуты, полностью уничтожило весь запас энергии и уверенности в себе. Алиса хотелось вопить, но вопить было слишком поздно да, и, в общем-то, практически бесполезно. Оставалось ждать ответа от господина М., так они называли Макса Александровского в своих разговорах с Вероникой. Гончарова проверила страничку. Макс был в сети, Вероники не было, ответа от Александровского тоже не наблюдалось. Желание заниматься учебой улетучилось как пары эфира. Хотелось, чтобы он ответил, обратил внимание, хотелось обсудить это с Фадеевой, хотелось, очень хотелось… Чего? Чего хотелось? Гончарова и сама не понимала, чего именно ей хотелось. Всего! И ничего в тоже самое время. Усилием воли, или того, что от неё осталось после отправки первого сообщения Максу Александровскому, Алиса потратила на попытку вернуть себя к написанию отчетов по практике и заданий по теории. Но не вышло. Сеть звала, звала, заставляя проверять снова и снова страничку на предмет новых сообщений.

Ничего. Совсем. Ни ответа, ни Вероники, ни Макса on-line. Чтобы хоть чем-то себя занять, Алиса вышла покурить. Она курила самокрутки, придирчиво выбирая табак, бумагу и фильтры. Гончарова скрутила папироску, чуть не прищемив до крови пальцы в машинке для закрутки. Закурила.

Эх… Мозг наполнился едкой смесью никотина и смол, мгновенно соединявшихся с рецепторами. Никотин тормозил активность разгоряченного мозга. Хорошо. Легкие среагировали также мгновенно — бронхоспазм, а затем глубокое дыхание, что способствовало попаданию едкого дыма самокрутки в кровь. Первая ударная волна докатилась до мозга. Хоррошшшооо…Оччченннь хорроошшооо! Видимо мозгу это нравилось, раз Алиса не могла бросить курить, впрочем, она и не хотела. Вероника частенько говорила ей, что бросить курить нельзя, можно только временно воздерживаться, что и подтверждала своим примером.

Но, сколько ни кури, возвращаться к делам надо. Гончарова снова проверила наличие ответа. И, о чудо, оно решило ответить. Странно, но они частенько называли Макса — Оно. Ага, «Оно» Стивена Кинга. Алиса не читала, но Вероника читала, перечитывала и безостановочно цитировала любимого автора. Да уж, всё как раз в стиле Стиви. Ожидаемый ответ был. Макс был в сети, Вероника тоже. Вот теперь как раз пора было воплощать в реальность идею о новой точке отсчета и запускать свою реакцию ядерного обмена. Статус Вероники был обратным отсчетом правда не понятно до чего и для кого, но это было вполне забавно.

В ответ на сообщение Алисы:

— Привет, слышала много о тебе от г-на Старых… Музычку офигенную делаете. Видео вообще крутое.

Макс ответил, как обычно, кратко:

— СПАСИБО, РОДНАЯ…

Почему-то Макс, полностью игнорируя сетевой этикет, писал частенько заглавными буквами. Впрочем, может быть, Макс не знал, как переключать режимы, и случайно ткнув одну кнопку на клавиатуре, не знал, как всё вернуть в первозданное состояние. Всё могло быть.

Алиса несколько обалдела от такого ответа, но продолжила:

— Я реально заинтересовалась Вашим творчеством. Жаль, что пока мне это доступно только в виртуальном формате.

— СПАСИБО!!!

— А когда ближайший концерт? Хотелось бы увидеть живьем.

Алиса уже не могла остановиться. Её несло в эйфории, словно тяжелый грузовик по обледеневшей дороге. Но, в тот момент, когда она готова была продолжать общение, молчание Макса было единственным ответом, который она получила. Гончарова тут же пожаловалась Фадеевой.

Вероника утешала и успокаивала, говоря, что всё хорошо, что всё будет лучше, чем они вообще себе представляют. Правда за этими утешениями проскальзывало то ли раздражение, то ли усталость. Вероника уверяла Алису, что вот как раз ни ей до Макса, ни ему до неё нет никакого дела, и что она для него лишь женщина из прошлого, и даже просто само прошлое, потерявшее давно свою актуальность.

Безумный вечер, перешел в неспокойную ночь, но утро всё поставило на свои места. День напоминал сон, но Алиса с нетерпением ждала вечера, и приходя домой, первым делом кидалась к компьютеру.

После двух дней переписки с Максом Алиса начала думать, что по ходу дела, она строит из себя сумасшедшую фанатку, хотя это вовсе не входило в первоначальный План. Нужно было менять направление беседы. Вероника, как и обещала, предоставила полную информационную поддержку. Каждый день Алиса узнавала какие-то новые подробности их взаимоотношений и особенности Макса Алексадровского. Вероника в перерывах своего виртуального романа с Бешеным находила время поболтать в сети или после работы с Алисой. Не смотря на сильную увлеченность Алексом, Вероника находила время и желание методично пинать Александровского в сети, предоставляя Гончаровой подробные отчеты того, как путем не сложных лингвистических ходов можно вывести из себя более чем устойчивого человека. Хотя может быть, это гиперспокойная уверенная устойчивость была лишь частью мифологии Супер Звезды Макса Александровского? Иногда Алиса начинала думать, что это лишь фасад. Да и Вероника частенько говорила о том, что Макс совершенно не такой, каким они представляется сначала. И если это так? То что? Эта игра превратилась из простой в сложную, в русскую рулетку по-бразильски, что означало полностью заряженный барабан револьвера. Как ни крути, выход один. Hasta la vista! До встречи!

«Гениальная» идея спросить, чем же он интересуется, возникла в мозгу Алисы в этот момент, когда под натиском эмоций он зациклился на одной точке, напоминая стрелку кварцевых часов с севшей батарейкой, беспомощно дергающуюся около какой-то одной цифры. На самом деле, Гончарова заметила, что с момента, когда они с Вероникой, или Вероника сама, приняли решение о реакции обмена, её мозг перешел в то странное состояние функционирования, которое порождает безумные разорванные ассоциации и раскалывает целостное, пусть и неадекватное восприятие мира на сотни цветных стекляшек, перекатывающихся хаотично, как в калейдоскопе, формируя сюрреалистические пейзажи. Вероника предлагала разные идеи и фразы для сообщений, но у неё был очень запоминающийся стебно-ироничный стиль, и Алисе приходилось переводить их на другой язык. В итоге, через час обсуждения в «аське», чтобы такое Гончаровой написать Максу, чтобы развести его на разговор, Алиса отправила глубокомысленное сообщение: