Чтение онлайн

Поскольку в «картину мира» личности, наряду с информацией о реальных фактах, событиях и людях, сообщаемых СМК, включаются и коммуникативные интенции, то печать, телевидение, радиовещание, интернет-сайты в значительной степени могут сами, изнутри, корректируя интенциональность своего общения с аудиторией, то есть переходя от традиционного желания воздействовать к поиску взаимодействия и взаимопонимания, развивать коммуникативные навыки людей, тем самым утверждая, культивируя новое качество общения и выводя человечество на новый цивилизационный уровень.

Осознание интенциональной природы любого коммуникативного акта актуализирует вопросы, связанные с задачами и социальной целесообразностью диагностики и проектирования социокультурной (информационной) среды, особенно среды, создаваемой СМК. С одной стороны, существует законодательно закрепленное демократическое завоевание – право личности и организаций на свободу слова; с другой – нельзя не согласиться, что проектирование социокультурной среды так или иначе, но всегда происходит (любое общение интенционально). Поэтому не удивительно, что вопросы, связанные с социальной ответственностью коммуникатора, задачами и методами изучения социальных последействий, – объект внимания общества и различных направлений социальной науки.

В советский период, как известно, основными задачами коммуникации, предназначенной для массового восприятия, были идеологическое влияние, воспитание людей в духе социалистических ценностей. Использовались разные формы воздействия и манипулирования, что изначально исключало диалог с аудиторией. Характеристики функции социального управления, реализовать которую постоянно пытались печать, радиовещание и телевидение, были субъект-объектные: предполагалось одностороннее движение информации от коммуникатора (субъекта) к получателю (объекту), который, по мнению многих идеологов того периода, должен был легко перестраиваться в заданном направлении. Однако действительность постоянно разрушала подобное идеалистическое и, можно сказать, примитивное представление о процессах в системе «коммуникатор – получатель информации». Субъект-объектные отношения между участниками коммуникативных актов, основанные на желании коммуникатора воздействовать, остаются отличительной чертой и главной проблемой и нашего пространственно-временного континуума. Появились существенные отличия: былые задачи тотального и однозначного идеологического воздействия уступили «пальму первенства» задачам обслуживания власти, бизнеса, политических партий, отдельных личностей.

В течение 90-х годов прошлого века произошли такие изменения в стране и, соответственно, в функционировании печати, телевидения и радиовещания (так, был принят Закон о свободе печати), что об их роли и задачах в социальном управлении теперь если и можно говорить, то в принципиально ином, чем прежде, аспекте. Очевидно одно: прежняя, технократическая, «сверху-вниз», модель взаимоотношений коммуникатора с аудиторией себя изжила, а новой, отрегулированной в социальных, юридических и научных аспектах, практически нет.

Во-первых, нет единого представления о приоритетах – зачем и в чьих интересах должна осуществляться коммуникативная деятельность, например, деятельность СМК? Во-вторых, современные коммуникаторы любого уровня всячески открещиваются от любых попыток какого-либо вмешательства в оценку и регулирование их деятельности. В-третьих, свобода слова и отсутствие цензуры справедливо ассоциируются в сознании большинства людей со свободой от идеологического воздействия. Это – с одной стороны. С другой – каждый человек знает, даже если он и не специалист в коммуникации, что в результате чтения, слушания и смотрения люди радуются либо печалятся, получают удовольствие либо, наоборот, раздражаются. Информационная среда, создаваемая людьми и для людей, может оказаться даже опасной, например, стимулировать неконтролируемые действия. Напомним, как показ рекламного ролика (это случилось во время трансляции футбольного чемпионата летом 2002 г.), где мужчина бейсбольной битой крушил стекла автомобиля, усилил у части футбольных болельщиков агрессивные настроения, а у случайных очевидцев вызвал страх, тревогу и даже панику.

В рамках российской академической науки разработана модель управления с обратной связью, или социально ориентированного управления,в корне противостоящая былой, технократической [62] . Ее особенностями являются отказ от субъект-объектных («сверху-вниз») отношений между отправителем и получателем информации и установка на субъект-субъектные (диалогические, партнерские) взаимоотношения. Соответственно, приоритетами при решении социально значимых проблем являются «воспроизводство здоровой жизни в здоровой среде… поддержание стабильности, законности и гуманитарной ориентации» [63] .

Это «мягкая» модель вмешательства науки в социальную практику, в основе которой лежит интеграция междисциплинарного научного знания в практику выработки, принятия и реализации управленческих решений на базе высокоразвитых форм коммуникации, которые, в свою очередь, связаны с диалогическим коммуникативным пространством, с взаимопониманием общающихся субъектов [64] .

Для анализа коммуникационных процессов в рамках социально ориентированной модели управления «точкой отсчета», позволяющей делать выводы и рекомендации, являются данные об особенностях отражения отдельных произведений (текстов) и в целом социокультурной (информационной) среды в сознании людей, в «картинах мира» представителей разных интерпретационных групп. Для эффективной реализации социально ориентированной модели управления необходим комплекс взаимосвязанных методов и процедур, которые позволяют перейти от теории и деклараций к практическому уровню и дают возможность получать доказательные и воспроизводимые данные. Речь, следовательно, идет о социально-диагностическихи социально-проектных технологиях,основанных на междисциплинарном анализе: попытки решения отдельных, узких задач, в отрыве от других, взаимосвязанных с ними, как показывает опыт, малопродуктивны.

Методологическим и методическим аппаратом, адекватным для решения поставленных задач, оказывается комплексная междисциплинарная семиосоциопсихологическая концепция, универсальная для анализа любых процессов общения и взаимодействия людей. Пользуясь разработанным здесь методом интенционального (мотивационно-целевого) анализа, можно, во-первых, выявлять мотивационно-целевую (интенциональную) доминанту исходящих от коммуникатора материалов, произведений и т. д., причем такому анализу поддаются материалы, реализованные в любой знаковой системе, а также посредством комплекса знаковых систем; во-вторых, обнаруживать особенности «преломления» этих же материалов, произведений и т. д. в сознании воспринимающего человека и на основании полученных данных дифференцировать аудиторию по проявленным навыкам понимания (или – по коммуникативным навыкам); в-третьих, на основании сопоставления первого и второго этапов анализа возможно выявлять причины так называемых коммуникативных сбоев, выражающихся в отсутствии смыслового контакта между коммуникатором и коммуникантом, а также в социально негативных реакциях воспринимающей стороны (тревожность, неоправданные страхи, агрессивность и т. д.).

Можно назвать несколько стратегий и, соответственно, процедур исследовательской работы для социальной диагностики и социального проектирования коммуникационных процессов. В основе каждой из них, как преимущественный, лежит метод мотивационно-целевого (интенционального) анализа процессов общения, позволяющий выявлять не только очевидное коммуникативное намерение (целеполагание), но и латентные, не всегда осознаваемые даже коммуникатором мотивы общения и искомую «равнодействующую мотивов и целей».

Процедура исследовательской работы с изучаемыми материалами (произведениями) состоит, во-первых, в составлении мотивационно-целевых (интенциональных) структур этих материалов (произведений). Выявление интенциональности позволяет сделать выводы об их оригинальности, степени художественности, социальной значимости и соответствии общепринятым морально-нравственным нормам.

Во-вторых, процедура исследовательской работы состоит в проведении комплексного междисциплинарного опроса аудитории,позволяющего получать социологические, социально-психологические и семиосоциопсихологические данные о респондентах (социально-демографические характеристики, интересы и предпочтения, особенности понимания изучаемых текстов, эмоциональные реакции в связи с воспринятым и т. д.).

Сопоставив данные об особенностях мотивационно-целевой структуры изучаемого произведения, отраженной в сознании личности, с реальной интенциональностью этого же произведения, можно судить о степени адекватности понимания респондентом интенциональности коммуникатора. Таким образом, можно, основываясь на полученных данных, дифференцировать опрошенный массив респондентов по уровню развития коммуникативных навыков, или навыков адекватного понимания другого.

В-третьих, процедура исследовательской работы состоит в сопоставлении данных, полученных в результате реализации первой и второй процедур, с данными традиционного социологического и социально-психологического анализа. Таким образом, можно сделать выводы, например, об особенностях эмоциональных и поведенческих реакций (в связи с воспринятыми текстами) представителей выделенных в исследовании групп (интерпретационных, социально-демографических, социально-психологических, групп по уровню жизни, по политическим пристрастиям и т. д.). Можно зафиксировать случаи так называемых коммуникативных сбоев,выражающихся в непонимании респондентом авторской интенциональности, в социально негативных реакциях, и даже назвать их причины – и на уровне структурной организации материала, и на уровне особенностей восприятия личности.