Чтение онлайн

«Магмедицинский взвод. Офицерские должности: маг-целитель, травник. Младшая офицерская должность: шаманщик. Ефрейторские должности: снимальщик чар, помощник снимальщика чар… он же помснимчар. Големские должности: младший фиксатор – держит того, с кого снимают чары. Работа с местными населением, введение противовампирной сыворотки…»

– Ты всегда был хитрый! – сказала Белава весело. – Я тебя подловила, а ты меня обхитрил! И наверняка потратил… сколько ты там потратил?

– Один кап.

Белава наморщила хорошенький лобик:

– А в магре сколько капов? Десять? Как копеек в рубле?

– Здрасьте! Копеек в рубле сто. А в магре сто капов!

– Надо же… Я и правда забыла, сколько капов в магре! – Она засмеялась. Смех у неё был хрипловатый, завлекающий.

– Слушай, – сказал Филат, – видишь тот стеклянный шкаф? Верхние полки перегружены, а нижние почти пустые. Два капа – и он свалится прямо на тебя… Так что брось свои фокусы!

Белава вздохнула. Её похожие на водоросли волосы взвились и опали.

– А если мне не хочется бросать фокусы?.. Так и быть! Уговорил!

– Ты здесь давно?

– Да кто ж его знает! – сказала Белава. – Три дня! Погоди! А в сутках сколько часов? Двадцать четыре? А почему на моих часиках всего двенадцать цифр?.. Ладно, я не забыла сколько. Хотела тебя порадовать. Мужики обожают объяснять тупые вещи.

– Ты здесь одна или с Пламмелем?

– А тебе это правда так важно знать? – умилилась Белава. – Я всегда одна! Брожу по закоулкам магболя. Знаешь, тут можно сильно не прятаться! Сотрудников тут не пойми сколько и никто друг друга не знает! Кто-то увольняется, кого-то затягивает в чёрные дыры! Одних главных врачей тут штук восемь. Главный врач! Призрак главного врача! Клон главного врача! Ещё где-то есть жена одного из главных врачей, которую все зовут главная врачиха, но её я не встречала. Я вообще терпеть не могу баб!

Филат, не удержавшись, сказал, что он это уже почувствовал. После этого повторил вопрос про Пламмеля. Он прекрасно знал, что Пламмель Белаву одну не отпустил бы. Если у Пламмеля и имелись слабости, то эта единственная слабость сидела сейчас перед Филатом и болтала ножками, на месте которых когда-то был русалочий хвост.

Белава скривилась.

– Пламмель! Где ты там? Он всё время про тебя спрашивает! – капризно окликнула она. – Если я до такой степени никому не нужна, я могу уйти. Только дай мне немного магии… Ну хотя бы тысяч пять!

– На что можно потратить пять тысяч в магболе? Здесь только и есть что паршивый буфет, который весь, включая мебель, можно выкупить за триста магров, – недовольно произнёс кто-то.

Из стены вышагнул Пламмель. Причём вышагнул не там, где был проход на лестницу, а на метр дальше этого места. Чтобы пройти сквозь уровни лабиринтов, надо не просто иметь очень много магии – надо минимум быть элементалем.

Пламмель был уверенный в себе, небрежный и победительный. Жёсткие бакенбарды его, толстые как колючки ежа, порой исчезали, превращаясь в пламя. Но сейчас пламя это было не злым, а вполне себе ручным. Просто от полноты сил.

По пятам за Пламмелем двигался Грун. Сейчас он напоминал не чёрную бесформенную кляксу, выплеснувшуюся из чана с протоплазмой, а прорезь в картине, которая стоит у чёрной стены. С последней их встречи Грун не только успел восстановиться, но и явно стал сильнее.

– Не только буфет! Тут ещё парихмагерская внизу есть! – сказала Белава. – Ты же знаешь, это меня успокаивает!.. И ещё там стоит аквариум с редкими рыбками. Называются «гуппи». Я не удержалась и съела несколько штук. Каждая из них стоила триста магров.

– Ско-олько? – удивился Пламмель. На стожара он подчёркнуто не обращал внимания.

– Некоторые даже больше! Ну так мне джинн сказал, который там в фойе убирает.

– Всегда верь джиннам! – похвалил Пламмель. – Джинны не обманут!

– Он мне поклялся!.. Представляешь, у него три жены и восемьсот детей! Он же, кстати, рыбок и пожарил!.. И я ему осталась ещё должна, Пламмельчик! Он ждёт!

– Сколько?

Белава пошевелила пальцами: русалки сильны в обольщении, но не в арифметике.

– Я съела двадцать рыбок!

– Двадцать рыбок по триста магов – это шесть тысяч! – мрачно сказал Пламмель. – Этот джинн из фойе становится мне интересен. Грун поможет тебе расплатиться!.. Грун, не хочешь взглянуть на рыбок-гуппи ценой в шесть тысяч магров?

Грун молча развернулся и полез обратно в дыру. Он протискивался и буквально стирал пространство, искривляя магические линии. «Неужели и мой малыш Груня когда-нибудь таким будет?» – огорчённо подумал стожар. За Груном спешила Белава. Он двигалась как истинная русалка – точно по стеклу и одновременно так, что казалось, будто она ступает по бутонам цветов. Ни одна девушка не умеет ходить так красиво, как ходит расставшаяся с хвостом русалка.

– А я почти поверил Белаве, что она здесь одна! – сказал стожар скорее себе, чем Пламмелю.

Пламмель передёрнул плечами:

– Почему мы верим женщинам? Потому что они сами себе верят. Женщина всегда здесь и сейчас, в этом мгновении – в этом её сила. Белава, например, свято убеждена, что я её угнетаю и что она страдает!

– Ты меня правда угнетаешь, котик! Ты давишь… Ты дико токсичный! – заявила Белава. Последняя фраза донеслась уже из закрывшейся прорези в стене.

Пламмель дошёл до беговой дорожки, с интересом оглядел её и стал тыкать пальцем в кнопки. Дорожка медленно пришла в движение. Пламмель трусцой побежал по ней, не касаясь поручней.

– Вся наша жизнь – бег на месте. А эта штука – лучшее тому доказательство. Уверен, создатель беговой дорожки был величайшим циником, – сказал он.

– Чего вам с Белавой от меня надо? – спросил стожар, стараясь не смотреть на Пламмеля, чтобы не разозлиться. – Здесь моя мама. Настасья и Бермята договорились с магзелями, чтобы её не трогали. Мы думали вскоре вообще забрать её отсюда! И вот вчера кто-то привёл из Теневых миров змея.

Пламмель сокрушённо покачал головой:

– Чисто случайно я наблюдал этот бой издали. Всё было очень… – он поскрёб голый подбородок, выуживая слово, – …эпично! Пенный змей, складная пасть… голубое сияние, бьющее из глаз… Ползает, всё выжигает. Стены прямо насквозь… пшш-пшш! Все бегают! Пациенты, персонал, магзели! И все орут: «Мы погибнем!» А некоторые, представь, действительно гибнут! А посреди всего этого – твоя мама!.. Застыла как изваяние, только вскинула руки и что-то бормочет! А змей ползёт прямо на неё! И ведь магии у твоей мамы было кот наплакал! Я надеялся, она опять возьмёт кредит и уйдёт в минус, а она – нет… не взяла!

Пламмель, словно сам себе не веря, покачал головой. Он привык тратить целую кучу магии, а мама стожара сделала невероятную вещь всего за несколько магров. И Пламмелю это было неприятно, потому что он не любил сомневаться в собственных силах.

Филат левой рукой сжал запястье правой:

– Мама чуть не погибла. А ты стоял тут с кучей магии и не вмешивался! Хотел, чтобы она взяла кредит.

Пламмель удручённо зацокал языком и сошёл с беговой дорожки. Там, где ступали его ноги, на покрытии остались следы как от горячего утюга.