Чтение онлайн

Я размышляла, а дверь в конце коридора служителей открылась. Резкий стук каблуков я тут же узнала, сердце от страха забилось быстрее. Тетя шла по коридору, глядя на пергамент в руке.

Я чуть не растаяла от страха. В ушах звенело, во рту пересохло. Я посмотрела на комнаты служителей. Не думая о том, во сколько закончится их ужин, я повернула ручку ближайшей двери, скользнула внутрь.

Я выдохнула, дрожа всем телом. Комнатка была пустой, из личных вещей здесь были только перо и пергамент на столе, а еще сапоги под кроватью. Я угадала со временем ужина служителей, но не ожидала, что Шаула придет сразу после ужина. Она должна была вести молитву, что ее отвлекло? Я прислонилась к двери, слушала, как каблуки Шаулы стучат по камню. Когда я убедилась, что Шаула повернула за угол, я приоткрыла дверь и прислонила ухо к щели.

— Открой дверь, Гиена.

— Да, ваше преподобие.

— И заходи. Мне нужно, чтобы ты передала весть капитану.

Замок щелкнул, дверь открылась.

Но я не слышала, чтобы она закрылась.

С сердцем в горле я выбралась из комнатки. Я прошла на носочках к углу и заглянула. Дверь была приоткрыта.

Может, я смогла бы проникнуть туда. Они могли уйти в другую комнату. Я могла бы даже укрыться под кроватью или в шкафу, дождаться, пока они уйдут. Может, я даже найду тогда ключ к сумке лекаря.

Но они могли стоять у двери и увидеть мое лицо в щели, как у самого глупого преступника.

Проклиная себя и всех, кто приходил в голову, я прошла к двери. Я задержала дыхание и слушала. Я слышала, как тетя говорит со стражем, но ее голос был приглушенным, словно звучал из другой комнаты. Я коснулась пальцами дверной ручки.

Если меня не повесят после этой ночи, я буду приятно удивлена.

Я заглянула в комнату. Она была просторнее и изящнее, чем простые комнатки служителей, но ее с трудом можно было назвать вычурной. Две двери вели из большого фойе — одна была открыта, было видно край письменного стола. Голос тети звучал оттуда. Я скользнула взглядом по фойе — тут был низкий диван и два стула с твердой спиной у камина, кофейный столик и большой гобелен Пророчества на стене, что был лучше, чем в Пристанище. Под диваном спрятаться не вышло бы, он был низким, и я посмотрела на вторую дверь. Молясь, чтобы это была спальня с пространством под кроватью или большим шкафом, я проникла в фойе, пересекла в спешке пространство и открыла дверь.

Это была спальня, но кровать была узкой и у дальней стены, под ней все было видно. Но мне немного повезло — вместо шкафа тут была ниша с занавеской, встроенная в кирпичную стену. Я поправила корзинку, поспешила туда и скрылась за шторой.

Как только я подвинула черные юбки и болеро, я подумала, что Шаула могла прийти переодеться, но менять решение было поздно. Я втиснулась в дальнюю часть ниши, ощущая запах миндаля от ее одежды. Я сжалась в углу, спрятала ноги под юбку, корзинка была на моих коленях. Тарантул дергался под тканью.

Я, похоже, сидела у стены, отделяющей ее спальню от кабинета, потому что было слышно, как она говорит со стражем. Ее слова были приглушены, и я не могла различить их, но узнавала тревогу в ее голосе. Я устроилась удобнее, что-то вонзилось мне в плечо. Ткань подвинулась. Я моргнула пару раз. На стене была новая тень. Точнее, новый источник света. Комната за шторой была серой от зимних сумерек, в нише было почти темно, но на стену рядом со мной падала полоска света.

Я подвинулась, потянула за ткань и сняла ее с деревянного ящика. Что-то шуршало в темноте. Что-то живое. Тревожась, но и испытывая любопытство, я заглянула через металлическое сито на ящике.

Многоножки.

Ящик многоножек.

Они сияли.

Я прищурилась, глядя на зловещее сияние, которое они источали. Тусклое бело-зеленое. Они ползали поверх друг друга, сотни ножек трепетали, передвигаясь. Некоторые сидели на влажной губке и напитывались жидкостью. Некоторые были вокруг тарелки еды. Это был не просто ящик, в нем для них была устроена среда обитания.

В спальне тети.

Я вспомнила слова мамы о том, что Шаула шла по стопам родителей, но решила стать служителем. Откуда тогда в ее спальне ящик с образцами ее старой работы? Многоножек нельзя было назвать домашними питомцами, как жуков-оленей или богомолов. И она не показывала их, хоть они и необычно сияли. Я чуть тряхнула коробку, чтобы тела зашевелились. И я снова ощутила запах миндаля. Это был их защитный механизм. Они выпускали ароматную жидкость, чтобы отогнать хищников.

«Зачем они тете здесь?».

Я отклонилась от ящика, мысли путались. И тут я поняла, что голоса из кабинета перешли в фойе.

Приблизились.

Я снова сжалась, прижала колени к груди, раздавливая корзинку. Тарантул зашипел.

«Молчи!» — яростно подумала я.

Шаги тети стучали по полу ее спальни.

— …ответа не было.

— Советник Изар все еще нездоров?

— Да, хотя лекари говорят, что он может пойти на поправку. Но мы не можем ждать его. Мне нужно, чтобы ты доставила этот указ капитану, а еще предложение разделить его силы.

— Они не нашли королеву на берегу?

— Я сомневаюсь в том следе, — ответила тетя. — Не хочу, чтобы генералы теряли время, не сейчас, когда мы вернули Сиприян. С четырьмя провинциями в нашей власти нам нужно все силы направить на возвращение Лилу, а не на поиски королевы. С подписью короля на указе не будет никаких колебаний, как только мы поймаем ее.

— Мне отправляться сейчас?

— Нет, оставайся, пока я не заменю тебя другим стражем. Не хочу оставлять свою дверь без присмотра. Я бы осталась тут, но нужно идти на ужин. Не вовремя, но король хотя бы подписал указ.

С грохотом штора на нише отъехала, и все в моем теле — голова, сердце, легкие — точно перестало работать. Я видела носки ее черных начищенных сапог под длинной юбкой. Комната за ней все еще была тусклой, она не зажгла лампу. Она поискала среди одежды и сняла болеро с плечиков.

— Чара опаздывает, — рассеянно пробормотала она.

— Приходила прачка, — сказала страж. — Я ее не узнала. Отправила ее за запиской.

Тетя вздохнула и задвинула штору.

— У нас есть дела важнее, чем новенькая из прачечной. Пусть делает работу.

— Да, ваше преподобие. Простите.

— Вернись на пост. И передай капитану послание.

— Да, ваше преподобие.

Они вышли из спальни и прошли по фойе. Дверь заскрипела петлями и закрылась.

Я выдохнула с тихим шипением. Я не шевелилась, прижимаясь к ящику с многоножками, тарантул дергался под бельем. События происходили быстро в Алькоро и вне страны. Четыре из шести провинций Сиприяна были в нашей власти… как долго продержатся две другие? Как скоро мы вернем положение на водных путях и бросимся на порты Пароа?

И что за указ Шаула заставила Селено подписать? На что он согласился? Она не верила, что я убежала к берегу, как мама и думала. Это означало, что нужно было все сделать сегодня.

Когда я убедилась, что они обе вышли из комнаты, что никто не вернулся за чем-то забытым, я выпрямила ноги. Я пошла вперед, выбралась из-под плотных юбок Прелата. Тело было вялым, подавленным от страха, что меня обнаружат. Я опустилась на пол спальни, пытаясь набраться смелости от факта, что я была заперта в этом месте, и страж охранял дверь снаружи.