Чтение онлайн

Правительственное постановление, принятое 19 февраля 1948 года, гласило:

«1. Разрешить Главному управлению Северного морского пути при Совете Министров СССР (т. Афанасьев) провести в марте — апреле 1948 года высокоширотную арктическую воздушную экспедицию в район географического и магнитного полюсов.

2. Возложить на высокоширотную воздушную экспедицию: а) изучение особенностей магнитного поля в высоких широтах для обеспечения точными магнитными картами полетов авиации дальнего действия и плавания судов в высоких широтах; б) выяснение основных законов движения льда и характера водных масс Северного Ледовитого океана в комплексе с атмосферными процессами для составления долгосрочных прогнозов состояния льда и погоды…

4. Обязать министерство Вооруженных сил СССР (маршала авиации Вершинина и Главного маршала авиации Голованова) и Главсевморпуть при Совете министров СССР (т. Афанасьев): а) провести испытание материальной части отечественных самолетов в условиях приполюсного района и изучение особенностей аэронавигационной эксплуатации в высоких широтах; б) проверить возможность использования ледовых аэродромов в Арктике для массового базирования самолетов и их эксплуатации; в) определить наиболее рациональные аэродромные средства в условиях Арктики по обеспечению постоянности действия аэродромов и обеспечению самолетов и провести испытания образцов климатического обмундирования, снаряжения, палаток, средств обогрева, продуктов питания и вооружения.

Для проведения испытаний начальнику Главсевморпути т. Афанасьеву, маршалу авиации т. Вершинину и Главному маршалу авиации т. Голованову выделить и направить для участия в высокоширотной воздушной экспедиции Главсевморпути самолеты и соответствующих специалистов… План материально-технического обеспечения экспедиции утвердить т. Хрулеву (начальник тыла Вооруженных сил — заместитель министра. — Прим. авт.), Вершинину, т. Голованову и т. Афанасьеву.

5. Утвердить начальником высокоскоростной воздушной экспедиции заместителя начальника Главсевморпути генерал-майора авиации т. Кузнецова А.А., его заместителем по вопросам ВВС ВС полковника т. Серебрякова Н.Г.

6. Подготовку и руководство высокоскоростной воздушной экспедиции возложить на начальника Главморсевпути т. Афанасьева А.А.

7. Разрешить Главсевморпути (т. Афанасьев) по выполнении основных задач экспедиции опубликовать в открытой печати о самом факте научной экспедиции на гражданских самолетах (выделено мной. — Прим. авт.) и общие сведения о ее ходе, не составляющие государственной тайны, в целях закрепления приоритета Советского Союза в исследованиях Арктики»21.

Последний пункт постановления появился не случайно. Незадолго перед тем, в ноябре прошедшего года, последовало значимое решение. «В интересах сохранения государственной тайны», указывало оно, прекратить в печати и на радио «освещение работы советских полярников по освоению Арктики и Северного морского пути»22. Таким стал ответ СССР на столь же засекреченные работы США по изучению района, «через который проходят кратчайшие пути между Советским Союзом и Северной Америкой»23.

Но не следует полагать, что предельно засекреченная высокоширотная экспедиция, фигурировавшая во всех документах как «С-2» или «Север-2» (первой считалась проведенная в марте — мае 1941 года в район полюса недоступности на самолете, который вели летчик И.И. Черевичный и штурман В.П. Падалко), носила исключительно оборонительный характер, служила только для испытания инженерного оборудования, взрывчатки миноискателей, противопехотных и противотанковых мин, автоматов, для тренировки авиации дальнего действия и воздушно-десантных войск. Задуманная еще в сентябре 1946 года на заседании у А.А. Афанасьева, она в конце концов включила в свой состав три десятка ученых-полярников, среди которых были и широко известные впоследствии М.М. Сомов, А.Ф. Трешников, Е.И. Толстиков, В.Ф. Бурханов24.

С-2, располагавшая помимо военных и четырьмя гражданскими самолетами — двумя С-47 и двумя Ил-12, создала прежде всего опорные базы на островах Котельный (крупнейший в группе Новосибирских) и Врангель. Там хранилось горючее, запасные части, оборудование, запасы продовольствия. Оттуда и совершали вылеты как военно-транспортные самолеты для проведения десантов в треугольнике, ограниченном этими островами и Северным полюсом, так и гражданские, практически ставшие воздушными лабораториями.

Экспедиция в установленные сроки столь успешно справилась с заданием, что положила начало целой серии аналогичных. В 1949 г. — С-3, а в следующем — С-5 (о С-4 сведений не обнаружено). Последняя после рассекречивания всего четыре года спустя, самая продолжительная — она действовала почти год, получила известность уже как СП-2.

Новые задачи Главсевморпути, организация, главным образом, подобных воздушных экспедиций, привели и к кадровым перестановкам. А.А. Афанасьева весной 1948 года назначили министром Морского флота СССР, что больше соответствовало его профессиональному опыту. Он плавал матросом с 1918 года, получал знания в Петроградском училище дальнего плавания. Снова плавал, теперь уже штурманом, старпомом, капитаном. Закончил Ленинградский морской техникум. В годы войны работал начальником Дальневосточного пароходства, заместителем наркома Морского флота.

Афанасьева сменил его первый заместитель, боевой летчик генерал-майор А.А. Кузнецов. Такое назначение наглядно свидетельствовало о смене Главсевморпути приоритетов. Отныне наиважнейшим для Арктики стала авиация.

…Принимая решение об усилении боеготовности Вооруженных сил страны, особенно в Арктике, советское руководство отнюдь не перестраховывалось, а действовало в строгом соответствии с реальной обстановкой в мире. Ведь именно тогда, 30 марта 1948 года, Совет национальной безопасности США подготовил свой пресловутый доклад «Позиции Соединенных Штатов по отношению к направляемому Советским Союзом мировому коммунизму». В нем же, как и два года назад У. Черчилль, исходил из заведомо ложной посылки, содержавшейся в «длинной телеграмме» Д. Кеннана.

«Если принять во внимание, — утверждал документ, — сущность настоящего под советским руководством мирового коммунизма, уже достигнутые им успехи и опасные перспективы развития в ближайшем будущем, то оборонительную политику нельзя считать эффективным средством для того, чтобы ограничить размах советской экспансии и заставить Кремль отказаться от своих агрессивных планов… В качестве альтернативы оборонительной политики Соединенные Штаты могут организовать всемирное контрнаступление на мировой коммунизм, руководимый Советами… Разгром сил мирового коммунизма, руководимого Советами, имеет жизненно важное значение для безопасности Соединенных Штатов… Поэтому Соединенные Штаты должны взять на себя руководящую роль в организации всемирного контрнаступления с целью мобилизации и укрепления наших собственных сил и антикоммунистических сил несоветского мира, а также в подрыве мощи коммунистических сил советского мира»25.

Измыслив себе в собственных целях мистического врага, Вашингтон не остановился на том. 18 августа того же года на свет появилась теперь уже секретная директива Совета национальной безопасности — «Цели Соединенных Штатов по отношению к России», позже названная «План Даллеса».

«Наше представительство, — гласил документ, — вынуждено даже сейчас, в мирное время, для достижения целей в развернувшейся политической («холодной». — Прим. авт.) войне наметить более четкие и воинственные задачи по отношению к России, чем те, которые оно сформулировало в годы войны относительно Германии и Японии в преддверии грядущих военных действий против них».