Чтение онлайн

– Хоть это радует, – заключил старик, – Но теперь ты должна беречь себя, если хочешь, чтобы с ним ничего не случилось. Или из-за него, – цинично произнёс он. И добавил, – Поверь, не ты одна за него переживаешь. Мне тоже хотелось бы думать, что с ним всё в порядке... Всё, он идет. Слёзы вытри, – и очень резво оказался у стола.

Рыска отвернулась к печи, делая вид, что подкидывает туда дрова. Вот Саший, а она столько лет жила в счастливом неведении! Знать бы, не оставила бы Алька уже поэтому... И вот незадача: всё сказанное стариком стоически перенесла, а последняя фраза выбила из колеи – разревелась. Вспомнилось посещения скита десятилетней давности. Так же, как тогда, её душа разрывалась теперь на части.

В какой-то момент Альк заметил, что Рыска плачет, но она отмахнулась, сказав, что ей попал в глаза дым, и больше вопросов не последовало.

После обеда, когда дед и внук всласть наговорились, Альк и Рыска продолжили свой путь. Старик предлагал им заночевать у него, но Альк учтиво поклонился и произнёс:

– Благодарю, дедушка, но нам, развратникам, не место под этим святым кровом. Особенно ночью.

Отшельник покачал головой.

– С каким бы удовольствием я вырвал твой поганый язык! – сказал он. Но обнял внука сердечно, как в последний раз. Собственно, старик был уже в таком возрасте, что так оно могло и быть. А может, видуны уже точно знали об этом, просто не озвучивали.

Рыске старик пожал руку, на миг заглянув в глаза, и слегка кивнул, словно желая удачи, и сердце её снова сжалось. До самого вечера на ней лица не было.

Когда остановились на привал, девушка как обычно приготовила ужин, но сама есть не стала, а поспешила поскорее прилечь, сказавшись уставшей.

Сердце у Рыски снова бешено колотилось, и потому уснуть нечего было и пытаться. Лежа на спине, она тупо смотрела в темное, затянутое тучами небо.

Погода, словно стараясь сделать ей как можно хуже, испортилась: дул противный ветер с близкой реки, с востока доносились раскаты грома, то и дело стрелы молний прочерчивали небосвод. Надо было в веске заночевать... Впрочем, о грозе путница совсем не думала. Ненастье в собственной душе было куда страшнее.

Когда Рыске показалось, что Альк уснул, она встала, не в силах больше улежать на месте, подкинула дров в костер и уселась напротив, обхватив руками колени и положив на них голову.

Отшельник просил ничего не рассказывать Альку.

Она обещала сама себе ничего от Алька не скрывать...

– Ну и долго собираешься так сидеть? – услышала она его голос у себя за спиной и подскочила.

– Я думала, ты спишь... – пролепетала она, схватившись за сердце и обернувшись.

– А я думал, мы друг другу доверяем, – Альк помолчал. – Что тебе дед сказал? – напрямую спросил он.

Рыска вздохнула. Пусть знает, решила она, и во всём призналась, испытав невероятное облегчение. Правду говорят: вдвоём беде противостоять легче.

Выслушав, Альк лишь отмахнулся.

– А я-то испугался! – сказал он, – У дедушки маразм. Не слушай его.

– Не может быть! – уверенно возразила Рыска, – Нет у него никакого маразма, и ты это знаешь.

– Ну, хорошо, он за меня переживает. И книгу эту я тоже читал. Из неё же могу сделать вывод: пока ты жива, со мной ничего не будет.

– А вдруг?

– Ладно: за эти десять лет ничего же не было! С чего должно быть теперь? И потом: ничего такого я не чувствую. Поверь, мне есть, с чем сравнить. – где-то в глубине души Альк даже немного сожалел, что перед ним больше не наивная девчонка. Такую успокоить было бы проще. Но сам же говорил: с умной надо и самому быть на высоте!

– Я не знаю, Альк... – тихо сказала она. К счастью, в её голосе было больше печали, чем желания узнать что к чему. – Я просто не хочу опять выбирать между “плохо” и “очень плохо”.

Альк пожал плечами:

– Да тебе и не придётся, судя по всему. Тебе будет всё равно, если дед прав, – заметил он, – Но я всеми силами постараюсь этого не допустить, – пообещал Альк мрачно. – Ладно, хватит ломать голову. Ты ничего не добьёшься тем, что не выспишься. Ложись спать, завтра нужно ехать весь день, а то мы и так уже задержались.

Рыска со вздохом прилегла рядом с Альком, но сна так и не было.

– Альк? – позвала она.

– Ты уляжешься уже или нет? – раздражённо спросил он, видимо, успев задремать.

– Теперь твоя очередь, – не обращая внимания на его ворчание, сказала Рыска.

– По поводу чего?

Она помолчала, а затем спросила не терпящим возражений тоном.

– Что произошло в Зайцеграде?

Альк вздохнул, переворачиваясь на спину.

– Я тебе уже всё рассказал, – ответил он.

– Тогда почему злишься? – она приподнялась на локте. – Говори, давай! – велела она, – И не забывай: я так же вижу тебя насквозь, как и ты меня.

...Прошла лучина. Рассказ давно иссяк, а вот ветер, наоборот, усилился.

Альк поведал Рыске о девушке, сумевшей парализовать его волю, утаив, впрочем, её обещание разобраться с ним позже.

Рыска молча поднялась с лежака, подкинула дров в костер, потом поднялась во весь рост, глядя куда-то вдаль, и застыла, скрестив руки на груди. Альк видел лишь чёрный силуэт на фоне изредка освещаемого молниями неба – стройную изящную фигурку с развевающимися на ветру волосами. Словно берёзка на краю обрыва во время урагана... Захотелось обнять её и согреть. Так и сделал: поднялся, подошел к ней, прижал к себе. Одетая в одну только тонкую рубашку, она была вся холодная, словно из камня вырезанная. Лишь склонила голову ему на плечо, но с места не сдвинулась...

– Ну что ты? – тихо спросил белокосый, – Пойдём спать! Ты же замёрзла вся...

– Значит, всё хуже, чем я думала? – словно не услышав его, полуутвердительно произнесла Рыска, – Мало нам было разлуки, которую я еле пережила, войны, которая нависла над тсарствием, теперь ещё и это?!

– Рысь, путникам не положено паниковать, – предупредил Альк, чувствуя, что ещё щепка – и она расплачется.

– А мне надоело! – истерически выкрикнула она, вырвавшись из его объятий, – Путникам не положено паниковать! Весчанке нельзя замуж за господина! Нельзя нормально объяснить, что произошло, из всего надо делать тайну! – крик потонул в раскате грома. – Ты знаешь, что это за девка, похожая на меня? – прорыдала Рыска.

– Не знаю.

– И не догадываешься?

– Пока нет...

– Это она! Тсарица-видунья! И эта сволочь Берек присягнул ей на верность. И ещё неизвестно сколько таких как он и его крысиный племянник! Никому теперь нельзя верить, Альк!.. – сорвавшись с места, она побежала куда-то в рощу. Альк, оставшись один, вздохнул. Именно такой реакции он и боялся.

...Он не пошел её искать. Сел у костра, задумчиво глядя в огонь. Он чувствовал, что ей нужно побыть одной.

А раньше она такой не была. Раньше предпочитала плакать на чьем-то плече...