Чтение онлайн

— Я пока выберу варианты...

— Надеюсь, не сбежишь на этот раз, — издевается она, целуя меня в щёку перед тем, как вылезти из авто.

— Нет, не сбегу. Вредный, противный зайчонок.

Шлёпаю её по заднице, а она взвизгивает и убегает, послав мне воздушный поцелуй. Сказать по правде, я скучаю по тем временам, когда мы вместе здесь учились.

— О, даров... Дамир, какими судьбами?! — в окно показывается рожа Ромахинова, и он тянет мне руку.

— В гости приехал, блин. Видел же, что с Миркой. Не притворяйся.

— Да я не притворяюсь. Думал, вы расстались. Она тут с Романычем отжигала, — нагло заявляет он, а я резко дёргаю за ручку двери и выхожу.

— Тихо, тихо! Я пошутил, блин. Дамирчик, чё такой психованный?! Нормально же общались!

— Только, блядь, пиздани мне ещё что-нибудь подобное, Сёма. Я тебе глаза на одно место натяну.

— Всё, ушёл я. Гангстер, блин, сраный.

Этот кусок говна отходит от моей машины, а я бросаю взгляд к крыльцу, где тот самый Рома стоит и прожигает меня недовольными ревностными глазами. Бля, мне теперь им всем морды чистить или как? Чё они все такие бесячие? Забираюсь обратно и еду выбирать для нас с малышкой квартиру. Около трёх часов уходит на то, чтобы выбрать подходящую. Достойную моего прекрасного милого зайчонка. На этот раз не свернём с пути. Всё уже предрешено. И выбираю я просторную двушку в двух шагах от универа, чтобы ей было удобно добираться. И никаких тебе проблем. Плюс, она поймёт, что для меня важнее всего угодить ей. И уже потом всё остальное.

Вечером в шесть забираю её с пар. Сейчас она не работает, потому что помогала матери с маленьким. И отказалась от идеи гробить себя на раздаче еды. А у меня всегда удалёнка, так что я особо не парюсь на тот счёт откуда работать. Всё само собой идёт. Хотя бы с этим проблем за границей не было. Хоть порой и вообще не хотелось ничего делать. Только плевать в потолок и выть от боли в грудине. Но сейчас...

Как по щелчку пальца мне стало одуряюще хорошо. Я дико счастлив, что мы снова вместе. Единственное за что я переживаю. Так это реакция отца. Я не завишу от него, но Мире он кровь может попить. Так же, как и её матери. Надеюсь, что нам удастся его убедить... Что всё это не назло. Что мы реально любим друг друга. Сам же должен понимать, что такое разлука с любимым человеком.

— А мы не на машине?

— Пешком. Тут очень близко, идём...

Забираю Мирославу с учёбы и веду через три дома, а там, вуаля! Мы на месте.

— Блин, очень удобное месторасположение. А тебе удобно?

— Мне всегда удобно, если рядом ты. Это понятно?

— Ага, — хихикает она. И мы поднимаемся на восьмой этаж новостройки.

Мирка и тут прячется за моей спиной. Она всегда как мой маленький серый напуганный зайчик.

— Проходи, наша ведь теперь квартира...

— Точно наша? — спрашивает, осматриваясь, а я подхватываю её на руки и усаживаю на тумбочку в прихожей.

— Ну... Можем пометить, если хочешь... Чтобы наверняка. Как такая идея? — соблазнительно шепчу прямо в маленькое ушло, а она жмётся от меня и смеётся.

— Погоди, мне щекотно! Дамир!

— М-м-м? — трусь об неё щетиной. — Что?

— Ты бываешь таким наглючим... Таким... Противным.

— Но остаюсь твоим любимым... Горячим. Восточным парнем, да?

Она хохочет на всю квартиру, а я не понимаю, что сказал не так. Говорили ведь уже на этот счёт.

— Я ведь не шутил, малышка, нет, — трогаю её грудь и целую шею прямо там. Нагло вторгаюсь к пуговице её брюк и тяну их вниз вместе с трусиками.

— Ты обалдел совсем... Только зашли... Даже квартиру не видели... Ах... — вздрагивает она, когда я вхожу в неё прямо на тумбе.

— Потом посмотрим... Сейчас самое время. Скучал. Хотел тебя... Да и ты не обманешь, — трогаю её клитор. Скольжу по нему выделенной смазкой. — Течёшь вся. Врунишка.

— Я не врала... Теку, конечно, — скулит моя девочка и целует, обхватывая ладонями мой затылок. — Поцелуй, Дамир... Поцелуй меня. Сильнее.

Кажется, всю её облапываю. И шанса не оставляю увернуться. Да она и не собирается, конечно. Она открытая со мной. Всегда. Искренняя и самая отзывчивая в мире моя Мира... Мой Мир.

— Дамир... — как чувствует, подгоняет мысли. С ума меня сводит. Я вообще не знаю, как жил этот год. У нас не секс. У нас что-то сильнее и выше этого. Потому что я не чисто физически расслабляюсь, а духовно. Мне с ней комфортно в любом ключе. Но кончать одновременно приятно вдвойне. Она сжимает мои плечи. Вся сгибается на этой тумбочке в три погибели, пока я делаю заключительные движения и кончаю прямо на край чёртовой мебели. Мира заливается, а я утыкаюсь в неё лбом.

— Прости... Не хочу с презиком. С тобой всё иначе...

— Я тоже ни с кем кроме... — замолкает она, видя мой взгляд. — Прости.

— Пойду на балкон, — отвечаю, подтянув штаны. Пиздец меня за секунду выносит с мыслей об этом. Всё было хорошо, и на тебе… Как будто в чан с кипятком опустили.

— Дамир, ну, подожди... Пожалуйста...

Зайчонок бежит за мной, а мне нужно просто выдохнуть. Чувствую, как её руки смыкаются на моём животе, а сама она обнимает, уткнувшись носом между лопаток.

— Дамир...

— Я не на тебя, малышка. Я просто злюсь. А сорваться не хочу... Всё полетело по пизде тогда. Я сам во всём виноват... Дай мне, пожалуйста, время... Хотя бы пять минут. Я подышу и приду к тебе... Покажу всё здесь. Хорошо?

— Хорошо...

Мира выходит с балкона, а я смотрю вниз с восьмого этажа и вспоминаю, как мне было хреново без неё... Ревность и загоны можно перетерпеть... А жизнь без неё — уже вряд ли...

Мирослава Королева

Дамир порой нервничает, но мы пытаемся всё уладить. Сейчас мы приехали к его отцу в больницу вместе. Его скоро выпишут, а нам пора рассказать... Это уже не тайна. И пока мы сидим, Дамир начинает этот нелёгкий разговор первым.

— Отец, нам надо сказать... Мы с Мирой. В общем, мы вместе. Как... Пара.

У Азхара такое лицо. Мне кажется, он готов разорвать его. А я сжимаю ладонь Дамира сильнее.

— Пожалуйста, не думайте, что мы назло. И что Дамир что-то сделал против моей...

— Мира, выйди, — перебивает меня Дамир. Жрёт его взглядом. Они оба не в себе сейчас.

Я нервно сглатываю слюну. Вообще этого никак не ожидала. Но всё же делаю, как он говорит. Выхожу к маме, а она пытается успокоить, но я слышу, как разговор продолжается на повышенных.

— Ты в своём уме?! Что люди скажут?!

— Да мне похер, чё они скажут! Я её люблю и срать я хотел на твоё мнение!

— Ты совсем уже охренел, Дамир?!

— Это ты охренел! Давно ли за тебя решали твои родители!? Давно ли ты матери рога ставил!? Что ты мне здесь общественным мнением тычешь?! Я забираю её, сегодня же! А если не нравится, можешь идти на хер и забыть про то, что у тебя есть сын! Так тебя устроит?!

Внезапно дверь распахивается, пока я плачу у мамы на плечах, а Азхар ещё кричит ему что-то вслед.