Чтение онлайн

В моей груди зародилась первобытная ярость, из горла само собой вырвалось рычание, очень мало походящее на человеческое, а ещё… Ещё я ощутил зверский голод.

Отмахнулся от странного ощущения. Сейчас не до этого, потом буду разбираться, что со мной происходит. Пока же нужно уйти из-под удара.

Умирать я сегодня не планировал. Не для того готовил ритуал воскрешения, чтобы в первые же дни после пробуждения, меня закололи как свинью на бойне.

Знания и навыки, наработанные в течении прошлой жизни, никуда не делись, поэтому я ушел в сторону перекатом, правда при этом свалился с кровати и хорошо приложился локтем об пол.

Тело подвело. Оно ещё не успело полностью восстановиться.

Слаб. Как же я слаб, аж злость берёт, но ничего. Даже в таком состоянии я способен на многое.

Глава рода Бестужевых взревел как раненый медведь, увидев, что первый удар не достиг цели, и вновь поднял меч.

Судя по замаху, он собирался снести мне голову.

Решил действовать на опережение. Резко подался вперёд и выбросил ноги, сконцентрировав в них всю силу, чтобы в следующую секунду ударить по коленям «отца».

Он не упал, но отшатнулся, а я вновь сделал перекат, избежав смертельной участи.

Вскочил на ноги. Ну как вскочил?

Скорее поднялся, опираясь о стену. Мы застыли напротив друг друга. Отец и сын — смертельные враги.

В взгляде Алексея Бестужева я отчётливо разглядел боль и отчаяние. Он не хотел убивать Александра, но и отступать не собирался.

У меня подобных душевных терзаний не было, так как этого человека я сегодня увидел впервые.

В ушах резко зашумело, слух притупился, зрение затуманилось, а затем снова вернулось, став более чётким, острым. Звуки тоже вернулись. Я слышал глубокое дыхание «отца». Слышал, как бьётся его пульс, как неровно и быстро стучит сердце, как кровь стремительно бежит по венам.

Непроизвольно сглотнул слюну, а в следующее мгновение ощутил, как разум застилает кровавая пелена.

Я испытал голод. Нет — не так. На меня навалился сильнейший ГОЛОД!

Казалось, если сейчас не поем, то точно сдохну. Все инстинкты кричали, что со мной происходит что-то странное, неправильное.

Я глядел на стоящего передо мной человека и понимал, вот оно — моё избавление. Спасение от нестерпимого голода и жуткой жажды.

Осталось только насытиться и всё пройдет. Недомогание исчезнет, тело станет быстрым, сильным и ловким.

Усмехнулся, видя, как на лице Алексея Бестужева промелькнула тень страха.

Правильно, чем больший ужас испытывает жертва, тем вкуснее.

Я смотрел на «отца», как гурман смотрит на жареного лангуста в кисло-сладком соусе. Мой личный бочонок с выдержанным вином, так и хочется поскорее отведать.

Верхние челюсти резко заныли, а затем, язык наткнулся на что-то длинное и колючее.

Рука взлетела вверх, тут же нащупав острые клыки.

Именно этот момент выбрал глава рода, чтобы броситься в атаку. В этот раз я не стал уворачиваться и тоже рванул на противника. Почему-то отчётливо знал, что даже если граф Бестужев проткнёт меня мечом, ничего критичного не случится, главное — не потерять голову, в буквальном смысле.

Я действовал не разумом, инстинктами. Меня вела за собой непреодолимая сила, заставляя тело изгибаться так, как я не мог даже помыслить. Скорость увеличилась в разы. Я смотрел на противника и понимал, что по сравнению со мной, он двигался очень медленно: как муха, увязшая в киселе.

Канцлер тоже это осознавал. На лице Алексея Бестужева отчаяние смешалось с ещё большей решимостью, он собирался пойти до конца: убить меня или сдохнуть.

Я оскалился, а в следующую секунду поднырнул ему под руку и оказался сзади, тут же выбивая меч и одновременно с этим впиваясь клыками в беззащитную шею. Краем сознания засек, что как только мои зубы вонзились в мягкую плоть, из них по каналам потёк яд. Хотя, скорее не яд, а вещество, вызывающее у жертвы временный паралич.

«Отец» перестал дергаться, мгновенно затихнув и начав заваливаться на бок.

Не в состоянии выпустить из рук столь вожделенную добычу, опустился на пол вместе с недвижимой тушкой графа Бестужева.

В рот хлынула сладкая кровь, ударяя по рецепторам и вызывая довольное мычание.

Именно оно отрезвило мой разум.

Химера тебя задери! Что происходит?

Усилием воли взял под контроль собственное тело, с трудом вытаскивая клыки из теплой плоти.

— Шши-шии, — раздалось шипение, и я с удивлением понял, что оно вырвалось из моей глотки.

Как такое могло произойти? Что за подстава?

С досадой стукнул кулаком по ладони и втянул клыки обратно. Потрогал языком. Обычные зубы, и не скажешь, что секунду назад я выглядел как клыкастик.

— Тьфу! — сплюнул от досады.

Это же надо было так опростоволоситься. Всё-таки попал в нежить. В кровососа. Сплошная непруха.

Скрипнул челюстями, понимая, что уже ничего не исправить.

И что теперь делать? Убиться об стену?

Ну уж нет!

Раз мне досталось тело упыря, буду как-то с этим справляться. Придётся вплотную заняться самоконтролем и гасить голод. Впрочем, совсем без крови тоже не обойтись, но я обязательно что-нибудь придумаю.

А сейчас нужно что-то решать с графом. Вот он, лежит, глазами хлопает, значит, паралич уже отступает. Скоро начнёт двигаться.

Поднялся на ноги, и подхватив тело «отца», усадил на стул.

Теперь мне стало понятно, почему он решил меня убить. Сын превратился в монстра, в неконтролируемого вампира, который представлял угрозу для всей семьи, да какое семьи — для всего рода Бестужевых и не только.

Однако, сейчас в теле Александра находил я — Великой Инквизитор Лорн, которому подавить сущность вампира, раз плюнуть. Ну-у, может не раз… и не два, но я точно сумею задавить жажду крови и не позволю ей затмить свой разум.

Судя по тому, что я помнил, бывший владелец этого тела не был кровососом, а значит, его обратили совсем недавно и этого обращения парень не пережил. В итоге, я занял его место и получилось — что получилось. Досадно, но тут уж ничего не поделаешь.

— Поговорим, — посмотрел на графа Бестужева, — тот моргнул, давая понять, что согласен на разговор, — Я понимаю, почему ты так поступил и не в обиде. Сам на твоём месте сделал бы тоже самое.

Прознай Инквизиция, что младший сын канцлера Российской Империи стал нежитью, а род его прикрывал, всех на костёр бы отправили, в назидание другим.

Да — в этом Мире тоже имелась Инквизиция, впрочем, неудивительно. Если есть твари — то будет и орден, который этих тварей уничтожает.

— Мм-мм, — промычал граф, речь начала к нему потихоньку возвращаться, — Ты… устоял… Не выпил до дна. Я не верил… что справишься.

Алексей Петрович говорил с паузами, паралич ещё не до конца прошёл, но с каждым словом его голос крепчал.

— Честно, — склонил голову на бок, — Было сложно удержаться.

— Зачем ты вообще влез во всё это? — продолжил он, — Я ведь предупреждал. Говорил, оставь свои игры в детектива, но нет… Тебя не переубедишь, хоть кол на голове теши. Упрямец, — речь графа с каждым словом становилась всё лучше и скоро полностью вернулась в норму.