Чтение онлайн

— Есть в кого, — хмыкнул в ответ.

Вот только родительских нотаций мне не хватало. Я ему не восемнадцатилетний пацан, которого нужно учить жизни. Хотя, в глазах «отца» я именно таким и был.

— Всё-таки хорошо, что я тебя не убил, — сглотнув слюну, произнёс Бестужев.

— Силёнок бы не хватило.

Граф невесело усмехнулся.

— Ты же понимаешь, что как прежде уже не будет?

— Да.

— Я не смогу оставить тебя в роду.

Пожал плечами.

Я и сам не собирался оставаться. Обязанности перед родом только бы меня сдерживали, сковывали по рукам и ногам. Зато теперь не придётся оглядываться назад и ждать, когда враг нанесёт удар по близким людям. Именно поэтому у меня в прошлой жизни не было ни семьи, ни детей.

Как сложится в этой — неизвестно, во всяком случае, пока я предпочитал оставаться один, тем более, с моей новой особенностью, которую придётся научиться контролировать.

Если уж я стал нежитью, нужно поставить это отклонение от нормы себе на службу.

Был у меня когда-то давно знакомый вампир, мы даже вместе какое-то время охотились на обозревших тварей, правда через три сотни лет он всё-таки слетел с катушек, впав в кровавое безумие, и мне пришлось его упокоить, но ведь и продержался Кэлвин довольно долго.

А так как упрямства мне не занимать, то и я продержусь. Воля у меня железная. Запру жажду на замок, сожму в кулаке. Быстро утихнет.

— И что ты предлагаешь? — поинтересовался у графа.

Я мог просто встать и отправиться на все четыре стороны, пускай Бестужев вычёркивает меня из родовой книги, но решил не спешить и выслушать Алексея Петровича.

Уходить, не прощаясь, дурной тон. К тому же, вряд ли Бестужев выгонит меня на улицу с голой задницей. Было видно, что сына он всё-таки любит.

Граф попытался подняться со стула, но пошатнулся и тяжело опустился обратно.

— Посиди ещё немного, скоро отпустит.

Бестужев покачал головой и недовольно поджал губы.

— Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался он у меня.

— Если смотреть на ситуацию в целом, относительно неплохо.

Поначалу проскочила мысль, что лучше бы, вообще, не разговаривать с графом, вдруг он поймёт, что я не тот — за кого себя выдаю, но потом передумал. Все странности можно списать на превращение в вампира, ведь для того, чтобы это случилось, человек должен умереть, а после смерти… Всё становится по-другому.

— Жажда больше не мучает?

— Нет, — помотал головой и только сейчас сообразил, что на губах до сих пор остались капли крови.

Сразу захотелось слизать их языком, но я пересилил себя и оттёр рукавом.

Пододвинул второй стул поближе и сел напротив Бестужева.

— Так что ты предлагаешь? — повторил свой вопрос.

Граф некоторое время подумал, оценивающе глядя на меня.

— Саша, ты уверен, что сможешь держать вампирскую сущность в узде? Хотя, о чём это я говорю? Ты же только что обратился. Вряд ли у тебя получится.

— Но сейчас ведь получилось.

— Это и удивительно, но дальше будет сложнее. Сегодня свою роль сыграло несколько факторов и самый главный из них — наше родство. Твои человеческие чувства ещё не успели притупиться, именно они помогли ослабить голод, не дав тебе довести начатое до конца.

Сказал бы я…

Интересно, когда и кого останавливали семейные узы? За всю мою долгую прошлую жизнь я встречал только четверых, кто удержался от соблазна и не растерзал близких после перерождения.

Обычно тот, кто обращал в вампира, сразу забирал птенца с собой в гнездо, но обстоятельства бывали разными.

Ещё бы вспомнить, что случилось с Александром в последний день жизни.

Ладно, отложим этот вопрос на потом. Сейчас есть дела поважнее.

— И что, попытаешься снова меня убить? — посмотрел прямо в глаза «отца».

— Нет, по крайней мере, до тех пор, пока ты кого-нибудь не выпьешь досуха.

— И как ты об этом узнаешь, если решил изгнать меня из рода?

— Поверь мне, узнаю. Мы поступим вот как… Сегодня вечером ты покинешь родовой особняк, до этого времени из комнаты ни ногой, — грозно посмотрел на меня Бестужев, — Ни с кем из семьи не контактируй. Не хватало, чтобы кто-то узнал, что ты стал нежитью или ещё хуже, пострадал по твоей милости.

— Без проблем, — кивнул согласно, прекрасно понимая опасения графа, — Что дальше?

— А дальше… — «отец» на секунду замялся, — Александра Бестужева не станет. Мой сын умрет в своей постели после тяжёлой травмы головы. Я всё организую. Никто из родственников не должен об этом знать: ни мать, ни братья, ни сёстры, так будет лучше.

Жестоко по отношению к близким, но оправдано.

Граф некоторое время молчал, ожидая моей реакции, но так и не дождавшись, продолжил:

— Я выправлю тебе новые документы. С моей должностью это сделать — раз плюнуть. Уедешь подальше из столицы, а там… Всё будет зависеть только от тебя.

Подобный расклад мне понравился.

— Согласен.

— Но смотри, если я узнаю, что ты примкнул к кровососам, лично найду и уничтожу.

— Принимается.

Я понимал, что это было самое разумное решение.

— Тогда я оставлю тебя. Можешь начинать собираться. Вечером вернусь. Будь готов к отъезду.

Когда за графом закрылась дверь, практически сразу рухнул на кровать. Схватка с «отцом» вымотала меня до предела. Несмотря на заряд бодрости, полученный от употребления крови, тело не было готово к подобным свершениям, перестройка организма ещё не завершилась полностью, вызывая слабость и лёгкий тремор.

В голове крутилось множество мыслей. Превращение в вампира всё перевернуло с ног на голову. Планы, полетели коту под хвост, но я не унывал.

Неважно, что в этом Мире вампиры считались врагами человечества, как, впрочем, оборотни и другие отличные от людей расы. Прорвусь, не в первой. Кстати, в призраков здесь, вообще, не верили. Если это нельзя потрогать, значит оно нематериально, а следовательно — не существует.

Глупо, конечно, но вполне объяснимо.

Возвращаясь к вампирам. Кровососы жили в тени, маскируясь среди обычных людей, и частенько нападали на одиноких путников или удалённые от городов слабо охраняемые поместья. После таких нападений обычно не выживал никто.

Сдавил виски, пытаясь вспомнить, как именно произошло обращение Александра. Смутные образы наполнили голову, но ничего существенно мне так и не удалось узнать.

— А это может обернуться проблемой, — пробормотал себе под нос, прекрасно осознавая, что тот — кто сделал из меня кровососа, рано или поздно вернётся, чтобы подчинить меня своей воле.

Не знаю как здесь, но в моем мире у вампиров существовала чёткая иерархия. Новообращенные просто не могли противиться воле старших, покорно исполняя их приказы, словно послушные марионетки.