Чтение онлайн

И вот началась новая волна разрушений святых мест. Передо мной лежит папка документов из Новгородского архива. Это настоящая летопись гонений на святые источники в 50-е и 60-е годы. Здесь и доклады уполномоченных Совета по делам русской православной церкви при Совете Министров СССР, и длинные перечни святых источников, подготовленные IV отделом КГБ, и отчеты «о проделанной работе». Все документы – с грифами «секретно» и «для служебного пользования».[11]

Странное чувство возникает во время чтения этих бумаг: может показаться, что речь идет о какой-то жуткой заразе, о ямах, заполненных ртутью. Постоянно приходится напоминать себе, что речь идет о простых родниках и колодцах.

Но пора дать слово авторам документов.

Начальник 2-го отделения IV отдела УКГБ капитан Иванов: «…Ежегодно 23 июля в местечке Пустынька у дер. Рублево отмечается религиозный праздник Антония Леохновского. К родникам, бьющим из-под земли в этом месте, стекаются паломники (несколько тысяч), молятся, берут „святую“ воду, „святые“ камни и т. д. В этом году IV отделом УКГБ и партийно-советскими органами проведен ряд мероприятий. Ограду из валунов вокруг могилы Антония Леохновского развалили трактором, снесли кресты, колодцы завалили».

Уполномоченный Совета по делам РПЦ при СМ СССР по Новгородской области Капица: «…Имевшаяся на источнике вблизи дер. Стегново часовня в 1957 году сгорела. Источник засыпан, территория распахана под посев льна. В 1959 году к этому месту приходили отдельные единицы из числа местных граждан, в этом году, по информации председателя с/совета, уже никто к бывшему источнику не приходил».

Уполномоченный Совета по делам РПЦ при СМ СССР по Новгородской области Герасимов: «…Почитался так называемый „святой источник здоровья“ на территории Пятилинского сельсовета Новгородского района. Здесь имелись два колодца и специально оборудованная купальня. Купальня была завалена камнями, место это отведено под пастбище скота и огорожено».

«…На территории быв. монастыря „Забудуще“ Боровичского района водный источник был широко разрекламирован монахами далеко за пределами района. Здесь были поставлены две купальни для „исцеления“ (разобраны еще в 30-е годы). Здесь не сохранилось строений. Лесхозом проведены осушительные работы, и все место распахано и занято под посадку леса».

Многое в документах кажется просто бредом. Ведь борьба велась не только с колодцами и ключами, но и с ручьями и даже реками, которым тоже «не посчастливилось» оказаться святыми. Их берега обращали в свалки строительного мусора, занимали под склады.

«Верующие посещали заводь на р. Волхов и р. Донец у Антониева монастыря (в 1967 г. было до 800 чел.), где якобы останавливался „святой Антоний“, когда в XII веке прибыл в Новгород, – сообщал уполномоченный А. Герасимов. – Сейчас это место используется для складирования строительных материалов для строек города».

Еще сложнее обстояло дело с озерами. Так, например, уполномоченный Капица сетовал, что со Святым озером в Шимском районе ничего сделать нельзя: «По своему расположению указанное озеро занять для каких-либо нужд не представляется возможным». Однако раздумья у товарищей на эту тему были. (Можно представить, как вспухли бы у них жилы на лбу, если бы выяснилось, что верующие почитают святыми озеро Ильмень или Балтийское море!)

Огромные силы уходили на то, чтобы перекрыть сам доступ к источнику в день паломничества: «В целях предотвращения массового шествия верующих органами КГБ по договоренности с ГК и РК КПСС были проведены следующие мероприятия, – сообщал начальник 2-го отделения IV отдела УКГБ капитан Иванов. – На место к роднику[12] была выброшена изыскательская геологическая партия. В соседние села послали двух инструкторов РК КПСС для проведения массово-политической работы. Резко ограничили автобусное движение в окрестные места. На дорогах, ведущих в Серафимовну, усилили инспекторский контроль автомашин. На место выезжали оперработники КГБ, проводили чекистские мероприятия».

В иных случаях методы властей заставляют вспомнить об ордене иезуитов: «Чтоб отвлечь население от посещения церкви, праздник Успения был объявлен днем заготовки корма для индивидуального скота, поэтому колхозники были заняты этой работой, церковь же посетили отдельные престарелые граждане». Иначе говоря, колхоз великодушно разрешил своим крепостным весь день заниматься заготовкой корма для «индивидуального», то есть личного, скота, и у людей просто не было выхода – нужно было заготавливать корм, и в церковь никто не пришел. В другом колхозе (Оксочский сельсовет) накануне паломничества к местной святыне был объявлен «ударный декадник по завершению уборки картофеля».

Много внимания уделялось пропаганде атеистических взглядов. От лица колхозников сочинялись письма в местные газеты: «…Значительная работа была проведена в Солецком районе. Здесь организаторы паломничества к роднику, представлявшему питьевой источник жителей дер. Молочково, были разоблачены через районную газету путем публикации писем колхозников, знавших, какими обманными средствами пользовались церковники, создавая святость вокруг источника. После этого решением райисполкома была разобрана имевшаяся на источнике часовня. Сам источник был благоустроен как место водоснабжения для нужд колхоза и колхозников».

Вероятно, поначалу самим уполномоченным по делам РПЦ казалось, что еще немного, и решения партии и правительства будут выполнены на все сто процентов. Но вскоре они начали понимать, что рано праздновать победу…

«Наталкиваются на яростное сопротивление…»

Спущенные сверху директивы требовали самых крутых мер, и в ход зачастую шли бульдозеры, взрывчатка, бетон. Посреди леса внезапно вырастали заборы. Велась «работа» с наиболее активными верующими, для которых у уполномоченных появился даже специальный термин: «злостный организатор паломничества». В эту категорию попали, например, житель деревни Великуша Владимиров Сергей Владимирович, 1925 года рождения, «хранящий у себя икону Пантелеймона»; житель деревни Кулотино по прозвищу Егор Генерал, «который ранее выносил икону к источнику, организовывал крестный ход»; пенсионер Иванов Николай Иванович, «проживающий на ст. Вялка около железнодорожного магазина, который лично совершал богослужение и продавал свечи», жительница деревни Носково Воробьева, организовавшая в своей деревне «сборище» в день Пророка Илии; бывший дьячок Виноградов Дмитрий Георгиевич, 60 лет, руководивший «сборищами» в селе Воскресенск в день памяти Святителя Николая, и многие другие.

«К наиболее злостным элементам… принимались административные меры воздействия, путем вызовов организаторов паломничества в местные исполкомы и органы милиции для проведения с ними индивидуальных бесед», – пишет Капица в своем отчете. Тот же документ сообщает, что в 1958 году работниками Окуловского отделения милиции на святом источнике «в момент обслуживания паломников молитвами» был задержан некто Яков Заволокин. Как «извлекавший доходы из пропаганды суеверия», он получил два года исправительно-трудовых лагерей.

Но несмотря на гонения и репрессии, люди продолжали совершать крестные ходы и молебны, и никакие «меры» не могли их удержать от этого. Верующие крепко держались за свои святыни.

Около деревни Калмыково Оксочского сельсовета с давних пор стоял камень, который люди почитали святым. Капитан IV отдела КГБ Иванов сообщал: «На камне имеются углубления, заполненные водой. Для употребления этой воды на камне постоянно находится ложечка. В предыдущие годы здесь сбор людей достигал 800–900 чел. Райисполком принял решение о ликвидации этого очага шарлатанства церковников. Камень был взорван, а среди населения проведена соответствующая разъяснительная работа по разоблачению обманных действий церковников. Однако нашлись отдельные верующие-фанатики, которые собрали осколки камня, слепили их цементом, глиной и камень водворили на прежнее место».