Чтение онлайн

***

Следственной группе не составило труда найти таксиста. Михаил Иванович полностью подтвердил слова Садокат. Эксперты определили, что найденные на территории загона следы от шин принадлежат его машине.

То, что основная версия не подтвердилась, работа по другим не дала результатов, а других правдоподобных версий и нет, усилили тревогу Фахриддина Каримовича. Теперь он понимал, что раскрытие этого убийства будет гораздо сложнее, чем он думал.

Дело следователя сродни рытью колодца иглой. Нельзя спешить. Работа эта требует большого труда, твердости и упорства, немыслимого терпения, беспримерного интеллекта. Только в этом случае можно добиться результата, раскрыть любое тайное преступление. Но главное – не ошибиться. Идти по неверному пути ведет не только к потере времени, безрезультатным потугам, но и способствуют увеличению расстояния между преступником и следователем, уничтожению преступных следов, сокрытию преступных действий. С течением времени у преступника возрастает возможность избежать наказания, а у следователя возможность раскрыть преступление сокращается… Значит, каждая ушедшая минута работает на пользу убийц. Надо спешить! Проверка подробностей и деталей убийства, даже самых вроде бы незначительных, проверка каждого события, каждой ситуации от нитки до иголки конечно желательны…Кстати, не построены ли их версии только на главных деталях и особенностях? Не остались ли в стороне от внимания неприметные факты. Были ведь в его практике случаи, когда из малюсеньких событий выстраивалась серьезная цепь раскрытия преступлений. Где же она, незначительная эта ситуация? Чему мы придали недостаточное внимание?..

Стук в дверь нарушил мысли Фахриддина.

– Можно к вам, вы еще не спите? – в дверях появился Санжарбек.

– Заходи, заходи. Не до сна теперь! Пока дело не раскрыто и идет следствие, нечего и думать о спокойном сне.

– У меня то же самое…

Фахриддин поднялся с места, показал куда сесть, подумал «может у него какие интересные мысли появились».

– Говори, слушаю тебя!

– Устоз, вот что мне в голову пришло, – Санжарбек сразу перешел к делу. – Звонок в дверь Садокат, ее пуговица у очага… Может быть кто-то хочет повесить это убийство на шею этой несчастной, как вы думаете! По-моему, здесь есть, о чем можно говорить.

– Хорошо, хорошо, продолжай! – пультом в руках он понизил звук телевизора и стал весь внимание.

– Все те события в тот злополучный день не кажутся мне случайными. Ревность женщины страшна. Ни одна не усидит на месте, узнав, что ее родненький с другой развлекается. «Дал бог мужа – дал жизнь!» – говорили мудрые предки. Зная это та, неизвестная женщина или ее товарки позвонили Садокат. Зажгли в ее сердце ревнивое пламя, и та полетела мужа искать, решила ехать к тому аж в загон. Так и получилось, как они думали. Да и потом пуговица… И ведь сразу после того, что произошло, при осмотре места пуговицу не нашли. Мы нашли…

– Ты хочешь сказать, с чего это кто-то ее специально подбросил? – сказал Фахриддин, показав, что эта мысль его тоже уже несколько дней заботит.

То, как его слушал устоз, подбодрило Санжарбека:

– Значит, кто-то подбросил пуговицу уже после убийства. Цель-то ясна. Чтобы запутать следствие, направить по ложному следу, свалить преступление на непричастную к нему женщину и тем самым выиграть время и выйти сухим из воды… К сожалению, в каком-то смысле они добились своих планов. Мы ведь задержались, вовсю крутясь вокруг Садокат…

– Если логически рассуждать, убийца близок к семье убитого, – устоз хотел призвать шогирда к обсуждению.

– Так и есть, в противном случае никто после убийства не смог бы так спокойно прийти и легко подбросить пуговицу.

– Неплохо мыслишь, но кто этот «герой»? Кого –нибудь подозреваешь?

– Конечно, первую жену пастуха – Мастуру, и еще пастуха Яхшилика… еще…

– Мастура – это понятно, возможно, прознав об изменах мужа, решила одним ударом устранить обоих. Однако, с чего бы это ты думаешь, что к такому жуткому преступлению может быть причастен Яхшилик – пастух?

– Ну мотив – то есть – обогатиться! Узнав о сокровищах пастуха, Яхшилик и решил присвоить золото. Ведь…

– Ну формально ты прав! Однако не верю я, чтобы и Мастура, и Яхшилик смогли бы провернуть это дело, сказал Фахриддин, не отрывая глаз от телевизора.

– свою злобу человек внутри держит. Этот пастух мягонький с виду, что твоя каша, о изнутри – волчара. Такие знают, как где себя вести. Со стороны такой неприкаянные, жалкие, а на самом деле ни перед чем не остановятся, плуты, мошенники – равных нет. Смирение и скромность для них – пустые слова…

– Что привело тебя к этой мысли? Или больше других версий нет, вот и всякие предположения?…

– Оснований достаточно. В отношении Мастуры: по-моему, не очень-то горюет по умершему мужу, как будто знала о таком исходе, во-вторых, узнав о второй жене мужа, о ребенке от него, о том, что он им дом купил, не стерпела такой измены. Глаза кровью наполнились от ревности. Между любовью и ненавистью – один шаг… – Санжарбек подумал, «не перегнул ли я палку?» и посмотрел с тревогой на собеседника. Но нет, тот слушал его с вниманием, это еще больше подбодрило его. – Мастура знала, где он прячет свое золото. То, что он тратил свои сокровища только для второй жены, возмущало ее существо. Боялась, что и от мужа, и от сокровищ будет отделена. «Коварство женщины тяжелее верблюжьей ноши». Понявшая, что теперь-то уж от мужа ничего хорошего не стоит ожидать, она решила избавиться от него, стала искать пути. Пришла к мысли, что «только этим путем можно сохранить для себя оставшиеся сокровища». Наняла убийцу…

– Убийца, это интересно, это правдоподобно! – Фахриддин усмехнулся и посмотрел на шогирда.

Санжарбек не понял, это искренние слова или ирония.

– Работать с этой версией можно при двух условиях, – продолжил Фахриддин. – Во-первых, знала ли Мастура о другой жене? Если знала, подняла бы скандал, поругалась бы с мужем. Это естественно. Не может быть, чтобы другие не знали об этом. А вот по словам пастуха Яхшилика наша «подозреваемая» не знала об изменах мужа. Да и по его утверждениям, Садокат никогда не сталкивалась с соперницей. А во-вторых, неизвестно, знала ли она о найденных мужем сокровищах. Логично, что если мы не установим истину в этих двух вопросах, с этой версией нечего и работать.

– Разрешите, я завтра по этим направлениям начну работать!

– Да, конечно! – сказал Фахриддин Каримович, какчая головой. – Обычно, к такого рода преступлениям приводят ревность или богатства, сокровища. Велика вероятность, что схватка двух жен за мужа либо найденные пастухом Норбутой сокровища привели к убийству. Но что бы ни было, мы и золото должны найти! Но и по другим версиям следует поработать.

Санжарбек понял, что беседа на этом закончилась, пожелал спокойной ночи и вышел к себе…

***

Несмотря на то, что так и не уснул, всё вертелся с бока на бок в постели из-за разных мыслей, Санжарбек встал рано. Сегодняшний день должен принести какие-то подвижки, оживить наконец замерший на одном месте следственный процесс, осветить правильность созданных гипотез и многих обсуждений, думал он и эти желания – надежды согревали ему душу и вдохновляли его.

Думая, что устоз еще не проснулся, он не стал дожидаться, а сразу пошел в столовую гостиницы, легко позавтракал и поспешил на работу. Он зашел в отведенную для них комнату, стал записывать, что должен сделать сегодня, потом поднял трубку, стал давать задания членам опергруппы…

Когда в комнату вошел так и не выспавшийся Фахриддин Каримович, Санжарбек кое-какие дела уже успел сделать.

– Устоз, не решился вас будить так рано, как отдохнули?

– Так себе! Сон пропал, только к утру и уснул. – Фахриддин устроившись в свое кресло, посмотрел на шогирда с вопросом на лице «ну что там, говори, не томи?».

По обоим направлениям начали работать. Отправил парней, чтобы побеседовали с соседями, близкими Мастуры и Садокат, надо внести ясность в проблему. Отправил запрос в телефонную станцию, чтобы дали список разговоров, что были у них по их телефонам. По трем адресам готовы санкции на обыск.